Что это с февралём?
Что он, сошёл с ума?
С крыши — капель ручьём,
а говорят: зима…

Звоном разбужена рань, —
как о таком судить?
Что ж это ты, февраль,
шутки вздумал шутить?

Пожалуйста, это брось, —
прими посолидней вид, —
лужи-то хоть заморозь,
а то ж это просто стыд —

выше нуля в тени,
в парке сплошная грязь…
Слышишь, февраль, крутани
снегом в последний раз!

Ну-ка, тряхни стариной!
Разбудоражь нам кровь,
снежною белизной
озимь в полях укрой…

Выглядишь киселём,
стань настоящим малым!
Будь собой, будь февралём,
не притворяйся маем!

Роберт Рождественский

Иван Бунин
Первый утренник, серебряный мороз!
Тишина и звонкий холод на заре.
Свежим глянцем зеленеет след колес
На серебряном просторе, на дворе.

Я в холодный обнаженный сад пойду —
Весь рассеян по земле его наряд.
Бирюзой сияет небо, а в саду
Красным пламенем настурции горят.

Первый утренник — предвестник зимних дней.
Но сияет небо ярче с высоты,
Сердце стало и трезвей и холодней.
Но как пламя рдеют поздние цветы.

Я ШАГАЛ ПО ЗЕМЛЕ
Я шагал по земле, было зябко в душе и окрест.
Я тащил на усталой спине свой единственный крест.
Было холодно так, что во рту замерзали слова.
И тогда я решил этот крест расколоть на дрова.
И разжёг я костер на снегу.
И стоял.
И смотрел,
как мой крест одинокий удивленно и тихо горел…
А потом зашагал я опять среди чёрных полей.
Нет креста за спиной…

Без него мне
ещё тяжелей.