— Ой, Софа, как быстро летит время — не успеешь прилечь, а уже закапывают

размещено в: Жизнь семейная | 0
— Ой, Софа, как быстро летит время — не успеешь прилечь, а уже закапывают

1.
— Ой, Софа, как быстро летит время — не успеешь прилечь, а уже закапывают.
2.
— Сёмочка, я пожил на этом свете и хочу вам заметить, шо принять женщину такой, какая она есть, может только земля.
3.
— Наум Осипович, и шо это Вы не в настроении?
— Сегодня поехали с Идочкой разводиться … Не доехали.
— Шо так?
— Поругались…
4.
— Шапиро, где вы ночуете в Питере?
— У тёти.
— У какой?!
— Непринципиально.
5.
— Борис Аронович! Таки мазок мазку — рознь! Это я вам как уролог художнику говорю.
6.
— Семен Маркович, шо мне делать? Моя Сарочка хочет от меня секса каждый день. А я таки в возрасте…
— Шо я вам говорил, Наум Аронович, не берите в жены некрасивую женщину. Никто и никогда вам с нею таки не поможет.
7.
Моисей никак не мог принять ванну, так как вода постоянно расступалась и откуда-то сбегались евреи.
8.
Как говорила умная София Марковна: "Мудаизм таки превзошел все религии мира по числу последователей".
9.
— Семён Натанович, как Ваше ничего себе?
— Ну шо таки сказать… Чёрные кошки перестали перебегать дорогу. Не видят смысла.

— Ой, Софа, как быстро летит время — не успеешь прилечь, а уже закапывают
— Ой, Софа, как быстро летит время — не успеешь прилечь, а уже закапывают
— Ой, Софа, как быстро летит время — не успеешь прилечь, а уже закапывают
0
Поделиться с друзьями:

Костюм ему жалко. Семейный разговор

размещено в: Жизнь семейная | 0
Костюм ему жалко. Семейный разговор

Маш, ты что новый костюм дома таскаешь? Сейчас изгваздаешь все, готовишь ведь. Хороший же, дорогой, только купила.

Мария внутренне согласившись, что негоже трепать красоту понапрасну, побрела в комнату переодеться: в выцветшие легинсы и мужнину старую футболку. Начав стаскивать с себя обновку, остановилась на середине икры и задумалась. Потом надела обратно спортивные штаны и вышла к мужу.

-Игорь, мне сорок восемь лет, какого хрена я должна беречь какой-то сраный костюм? Куда мне в нем ходить, на парад? В гроб себе оставить? Сейчас вообще шубу достану, шпильки и пойду в них лягу в ванну. И сожру торт. Одна. Целиком. А потом пойду в клуб, напьюсь. Какая уже разница, мне почти полвека. Костюм ему жалко.

Муж, помолчав немного:

-И правда, прости. Бред какой я сказал. Хочешь ванну налью, чтобы ты в шубе туда легла?

Инет

Костюм ему жалко. Семейный разговор
0
Поделиться с друзьями:

С женой поссорился. Автор: Антон Павлович Чехов

размещено в: Жизнь семейная | 0
С женой поссорился. Автор: Антон Павлович Чехов

Минутка юмора от любимого Антона Павловича ЧЕХОВА!

Рассказ А.П.Чехова "С женой поссорился"

— Чёрт вас возьми! Придёшь со службы домой голодный, как собака, а они чёрт знает чем кормят! Да и заметить ещё нельзя! Заметишь, так сейчас рёв, слёзы! Будь я трижды анафема за то, что женился!
Сказавши это, муж звякнул по тарелке ложкой, вскочил и с остервенением хлопнул дверью. Жена зарыдала, прижала к лицу салфетку и тоже вышла. Обед кончился.
Муж пришёл к себе в кабинет, повалился на диван и уткнул своё лицо в подушку.
«Чёрт тебя дернул жениться! — подумал он. — Хороша „семейная" жизнь, нечего сказать! Не успел жениться, как уж стреляться хочется!»
Через четверть часа за дверью послышались легкие шаги…
«Да, это в порядке вещей… Оскорбила, надругалась, а теперь около двери ходит, мириться хочет… Ну, чёрта с два! Скорей повешусь, чем помирюсь!»
Дверь отворилась с тихим скрипом и не затворилась. Кто-то вошёл и тихими, робкими шагами направился к дивану.
«Ладно! Проси прощения, умоляй, рыдай… Кукиш с маслом получишь! чёрта пухлого! Ни одного слова не добьёшься, хоть умри… Сплю вот и говорить не желаю!»
Муж глубже зарыл свою голову в подушку и тихо захрапел. Но мужчины слабы так же, как и женщины. Их легко раскислить и растеплить. Почувствовав за своей спиной теплое тело, муж упрямо придвинулся к спинке дивана и дернул ногой.
«Да… Теперь вот мы лезем, прижимаемся, подлизываемся… Скоро начнём в плечико целовать, на колени становиться. Не выношу этих нежностей!.. Всё-таки… нужно будет её извинить. Ей в её положении вредно тревожиться. Помучу часик, накажу и прощу…»
Над самым ухом его тихо пролетел глубокий вздох. За ним другой, третий… Муж почувствовал на плече прикосновение маленькой ручки.
«Ну, бог с ней! Прощу в последний раз. Будет её мучить, бедняжку! Тем более, что я сам виноват! Из-за ерунды бунт поднял…» — Ну, будет, моя крошка!
Муж протянул назад руку и обнял тёплое тело.
— Тьфу!!.
Около него лежала его большая собака Дианка.
Антон Чехов

С женой поссорился. Автор: Антон Павлович Чехов
Анто́н Па́влович Че́хов — русский писатель, прозаик, драматург, публицист, врач, общественный деятель в сфере благотворительности. Википедия
Родился: 29 января 1860 г., Таганрог, Россия
Умер: 15 июля 1904 г. (44 года), Германия
0
Поделиться с друзьями:

Пайеточки. Автор: Олег Батлук

размещено в: Жизнь семейная | 0
Пайеточки. Автор: Олег Батлук

ПАЕТОЧКИ

Мы с женой лежали в постели. Все было, как и должно быть в две тысячи сто шестьдесят первую брачную ночь — жена в своем телефоне, я в своем.

Из ее телефона по громкой связи доносился приторный до зубной боли женский голосок, адски мимикрирующий под мимимишность, от которого затупляются ножи и самоотклеиваются обои. Моя жена увлекается скрапбукингом, и это был чей-то онлайн мастер-класс.

— …мы же с вами провели онлайн опросик, и победила идея с зайчатками. Ну, что же, девчонки, на этот раз нам понадобятся анкеры, бордюрички, брадсы, ниточки берем обязательно вощеные и не забываем про паеточки. Перво-наперво делаем биговочку…

Из этого потока профессиональный патоки я понял только "пивной картон" и "глиттер", и то, в случае со вторым словом мне наверняка все-таки показалось, что я его понял.

—…берем дырокольчик и делаем в картончике прокольчики, раз, два, три, четыре, пять, шесть…

Эта рукодельница из одиннадцатого века (если судить по "перво-наперво") когда-нибудь остановится, или мне ее прокольчики вместо овец на сон грядущий считать?!

—…двенадцать, тринадцать, и не забываем про паеточки…

Еще бы, могла бы и не предупреждать, я теперь про эти паетчоки до конца жизни не забуду.

Я лежал неподвижно, якобы уставившись в свой телефон, и чувствовал, как по телу бежит неприятная волна шевеления волос. Где моя жена? Та, которая взглядом умела гнуть подковы? Чей реализм я время от времени глотал пригоршнями, в качестве лекарства от своего воображения? Ниточки обязательно вощеные? Really? Эй, ты, фея, обнюхавшаяся клея "Момент", так и подмывало меня крикнуть ведущей мастер-класса, немедленно верни мою жену!

—…красочки у нас акриловые, ленточка у нас киперная, скотч у нас принтовенький…

— Да пошла ты в жопу, — вдруг сказала жена, — красочки у нее акриловые.

Она шумно выключила телефон, резко стянула с меня почти все одеяло, как обычно, и, не поворачиваясь ко мне, буркнула:

— Спать!

Я послушно засыпал, считая своих положенных овец, и думал о том, как все-таки хорошо, что никакие обнюхавшиеся феи не властны над нашим браком, даже в его две тысячи сто шестьдесят первую ночь.

Олег Батлук

Пайеточки. Автор: Олег Батлук
0
Поделиться с друзьями:

Накануне командировки. Автор: Виктор Висловский

размещено в: Жизнь семейная | 0
Накануне командировки. Автор: Виктор Висловский

Накануне командировки 

Однажды выпадает мне срочная командировка. Беру билет на самый ранний рейс. Вылет в шесть. Значит, быть в аэропорту максимум в пять. Проснуться в четыре. Лечь пораньше. Такой план. Дома – никого. Жена на юбилейной встрече одноклассников, сын-студент у своей девушки.

Жена вернулась домой за полночь и не обнаружила в своей сумке ключ от двери. Чтобы не будить меня, решила позвонить сыну на мобильник. Она предполагала, что он, как обычно, в это время сидит за компьютером в своей комнате и, якобы готовится к зачету. Но в эту ночь сын остался у своей подружки.
Он пришел почистить аквариум в отсутствие родителей и неожиданно задержался.

Между мамой и сыном происходит по телефону следующий разговор:
– Сынок, открой дверь.
– Какую дверь? – вальяжно развалившись в кресле и постукивая пальцем по чистому стеклу аквариума, вполне резонно спрашивает мальчик.
– Входную.
– А ты где?
– Я стою перед входной дверью.
Девочка слышит этот диалог и так таращит глаза, что становится похожа на самую большую золотую рыбку из своего аквариума. Она знала, что мама у её друга очччень строгая, но что она придет за своим сыном в это время…
Разговор стал приобретать скачкообразный вид, периодически пропадает звук. Это сын закрывает трубку рукой и общается с девочкой.
– Как она узнала адрес? – испуганно спрашивает девочка.
– Как ты узнала адрес? – растерянно повторяет мальчик.
«Сын у меня с чувством юмора», – с гордостью отмечает мама.
– Очень остроумно. Открывай! – говорит она.
Мальчик, как бы подтверждая наличие острого ума, говорит девочке:
– Она всё знает. Красный диплом!
Он вспоминает, как мама в детстве говорила ему, что от неё ничего нельзя скрыть, она всё по глазам определяет.
Девочка, изображая радушную хозяйку, бежит на кухню готовить чай.
Мальчик по-прежнему пытается осилить две мысли: как мама узнала адрес и в чем причина столь позднего визита.
– Давай же, открывай, – нетерпеливо требует мать.
Сын, с лицом задумчивого сомика, поёживаясь, подходит к двери и смотрит в глазок. Естественно, там ни души. Для кого-то это – естественно, мальчик же впадает в глубокую оторопь. Он приоткрывает дверь и выглядывает. На лестничной площадке от этого многолюдней не становится. На всякий случай он спускается на этаж ниже… Никого не обнаружив, возвращается.
Несколько заторможено прикрывает дверь и пытается придумать объяснение этому факту. Это ему не удается.

Видимо, надо знать законы физики, возможно даже, теорию относительности, – размышляет мальчик, – а он-то гуманитарий. А девочка, как раз таки, физик! Он в надежде смотрит на неё, но та своим видом показывает, что в данный момент профессиональные знания не дают ей возможность разумно истолковать ситуацию.
Они молча стоят, как в траурном карауле, потупив взор…
Опять раздается телефонный звонок.
– Ну, и где ты? – уже грозно спрашивает мама.
– Я открыл дверь. Тебя нет.
– Ну, хватит шутить.
Сын снова открывает дверь. Вдвоем с подругой они выходят на площадку. На этот раз поступают умнее. Мальчик поднимается на этаж выше, а девочка спускается. Расширяют зону покрытия. Результат аналогичен предыдущему.
На этот раз звонит мальчик, и голосом человека, который внезапно и навсегда потерял зрение, говорит:
– Мамочка, я тебя не вижу.
Мама тоже начинает волноваться, ведь неоднократно советовала мальчику поменьше сидеть за компьютером.
– Я стою возле лифта, сынок.
Эти слова, прозвучавшие в пятиэтажной хрущёвке, вызывают ещё большее замешательство.
Мальчик смотрит на девочку, будто та скрывала самую страшную тайну и неуверенно блеет:
– У нас лифта не-е-ет… – и нажимает на телефоне кнопку «отбой».
Он начинает догадываться, что сходит с ума. В крайнем случае, спит. Однако снова звонит телефон и сон прерывается.
– Мне это уже надоело. Зови папу?
Мальчик понимает, что в данном случае речь может идти только об отце девочки и отвечает:
– Их нет. Они уехали на дачу.
– Кто – "они"?
– Отец и его новая жена.
Так… Наконец, мама также начинает подозревать, что сходит с ума. Она из последних сил пытается цепляться за действительность.
Особенно ей помогает в этом информация, что за сегодняшний вечер её муж уже успел завести себе новую жену.
– Какая такая жена?
– Вторая.
– У кого вторая жена?
– У Николая Ивановича новая, вторая жена.
– Кто такой Николай Иванович? – задает наводящий вопрос мама.
– Отец.
Мама понимает, что многое не сходится в его пояснениях. Не исключено даже, что, вопреки законам природы, это не её сын. Собрав в кучку разрозненные факты, она, на всякий случай, спрашивает:
– Чей отец?
– Маши.
Тогда она осторожно и по-матерински заботливо задает последний вопрос:
– А где твой папа – Виктор Иванович?
– Так он же дома…
– Не поняла… А ты где?
– Я не дома.

… Пришлось жене звонить в дверь. Обнаружив меня дома и одного, она очень обрадовалась, а я едва не опоздал на самолет.

© Виктор Висловский

Накануне командировки. Автор: Виктор Висловский
0
Поделиться с друзьями:

Саввушка. Автор: Лара Хамзина

размещено в: Жизнь семейная | 0
Саввушка. Автор: Лара Хамзина

Савушка был толстощек, румян и кудряв. Все любили его. Особенно бабушка. Она души не чаяла во внуке. Да и Савушка любил ее всем своим сердцем. Вот и сейчас, он сидел за бабушкиным столом и кушал сочные и нежнейшие вареники с картошечкой и грибами. Брал пухлый вареник и макал его в плошку с домашней сметанкой.
Сметанку бабушка покупала ему в деревне. Специально ездила за домашней сметанкой, молочком, сливочным маслом и деревенскими яйцами с яркими оранжевыми желтками. Бабушка была словоохотлива , но всегда молчала, пока он ел. Чтоб не отвлекать внука от священного процесса поглощения полезностей.
Когда он доел последний вареник, бабушка молниеносно провела рокировку. Теперь перед Савушкой стояла огромная кружка свежезаваренного чая с молоком, тарелка с горячими блинчиками и розетка с земляничным вареньем.
Когда Савушка доел блины и допил чай, он лениво встал и прошёл в зал.
Там уже был застелен диван, лежали три мягчайших подушечки, вязаный уютный плед и пульт от телевизора.
Савушка плюхнулся на диван и стал лениво переключать каналы. Нужно было идти домой к жене и детям, но вставать совершенно не хотелось.
– Бабусь! – крикнул он. – Если Инка позвонит, скажи я в гараже, а телефон тут забыл, ладно? А я посплю немножечко.- сказал он и подложив под толстую щеку ладонь, сладко захрапел. Бабушка неслышной тенью взяла его телефон и унесла на кухню, завернула в полотенце и убрала его в холодильник, боясь звонка , который мог разбудить ее сокровище.
– Наженюцца рано на пёсдах, потом вот карауль тут, сиди, – ворчливо пробурчала она…

© Лара Хамзина

Саввушка. Автор: Лара Хамзина
0
Поделиться с друзьями:

Одесса! Из сети Меньше

размещено в: Жизнь семейная | 0
Одесса! Из сети Меньше

Одесса!
-Але, мама? Мама, меня Сонечка послала на базар купить селёдку. Я забыл, как её надо выбрать.
– Так. Вопрос первый, а и де сама Сонечка?
– Она пошла в парикмахерскую, у неё маникюр.
– Маникюр – это святое. Вопрос второй, а почему ты забыл про селёдку?
– Ну забыл.
– А забыл ты, потому что маму не слушал, а маму надо слушать, а не делать вид, шо слушаешь. А ещё тебе мама говорила, шо пока она жива, то не грех бы за ней и записывать. Лучше тупой карандаш, чем острая память. Так всегда твой папа говорил. Записывай.
– Мама, я сейчас записать не могу, я уже на базаре.
– Так. Тада слушай….шобы выбрать селедочку, надо, для начала, посмотреть ей в глаза. Если они светлые, красивые, как у твоей жены на первом свидании, то тебе уже крупно повезло…и с женой, и с селёдкой. Потом надо посмотреть на её фигуру, она должна быть ровненькая, толстенькая, шкурка сиять. Понятно?
– Ну так…местами. Про глаза я понял, а про фигуру нет.
– Конечно, куда твоей Соне, с её фигурой до нормальной селёдки. Ну-ка дай телефон в руки продавщице рыбой. Але! Это кто, Зина? Нет. А кто Маруся? Нет. А кто? А-а-а, Тамарочка. Боже мой! Скока лет, скока зим, как я рада тебя слышать. Мы с тобой на прошлой неделе не успели поговорить. Ну как там твой паразит? Очухался…ну и слава Богу. Слушай, солнце моё, это мой сыночка пришел за селёдкой, пока его жена на маникюре. Что ты, она славная девочка….местами. Ну, в общем, ты поняла, селёдку надо такую, шо бы када мой мальчик нёс её домой и все соседи плакали и стонали от зависти. И вес шобы был точный, но без фанатизма. Целую тебя, золото моё.
– Але, сына. Щас тебе выбирут такую селёдку, шо твоя Софа будет тобой гордиться. Бери и иди домой с высоко поднятой головой. Софочке от меня привет.
из сети Меньше

Одесса! Из сети Меньше
0
Поделиться с друзьями:

Однажды мы выдавали замуж мою старшую сестру Лину. Автор: Марианна Гончарова

размещено в: Жизнь семейная | 0
Однажды мы выдавали замуж мою старшую сестру Лину. Автор: Марианна Гончарова

Однажды мы выдавали замуж мою старшую сестру Лину. Это случилось абсолютно неожиданно. Из другого города ездил к нашей Линке ее друг Аркаша со звонкой фамилией Дзундза. Он звонил из автомата: мол, я приехал, выходи. А к нам домой прийти стеснялся. А мама приглашала, мы же все хотели посмотреть на Линкиного Дзундзу.

Мама говорила: «Познакомь нас! Ты что, – подозревала мама, – нас стесняешься?» А папа добавлял, что мы же – интеллигентная семья. Благодаря маме. И что он, Дзундза Аркадий, еще будет этим гордиться. Да-да… да-да…

И был как-то осенью дождик. И холодно. Линка простудилась. Тут вдруг телефонный звонок: Дзундза. Лина ему говорит – дождик, холодно. И, с одной стороны, она хотела бы видеть Аркашу, а с другой стороны – ее мама не пускает, потому что температура. А Дзундза растерялся: к нам зайти боится – что же делать? И Лина наша пошутила, умная: «Тогда уж женись!»
Пошутила и забыла. А Дзундза расценил это как приказ.

Через неделю он неожиданно позвонил. Но не по телефону, а в нашу дверь. Линка вся в мыле – она Каролину, собаку нашу, купала – открыла… И стоял там Дундза, такой торжественный-сияющий-праздничный, с букетом и двумя родителями – мамой и папой Дзундзами.

Мы, конечно, были в ужасе. Мы ведь ни сном, ни духом. Линка возилась с Каролиной. Я на кухне чистила клетку, где жил волнистый попугайчик Терентий, мама мыла посуду после обеда, а папа, как всегда, пел свою любимую песню про «я могла бы побежать за поворот, только гордость не дает» и налаживал удочки на зимнюю рыбалку. И так под папино пение мы мирно переругивались на тему: почему все в доме должна делать именно мама, – и у каждого был свой аргумент. У Линки – собака, у меня – попугай, у папы – песня. И вот нагрянули Дзундзы…

Сначала я даже обрадовалась. Наконец-то мы увидим Линкиного избранника. Ой! Он оказался такой симпатичный, такой застенчивый, что сразу уронил в прихожей большой керамический горшок с деревом алоэ. И алоэ шлепнулось на пол, и мокрая наша собака Каролина собрала на себя всю вывалившуюся из горшка землю. И попугай наш Терентий заорал: «Подсекай!» Мы все выбежали в прихожую и толкались там, от неловкости дотаптывая бедное, похрустывающее под нашими ногами алоэ.

Мама Дзундза была в красном пальто, огромная, как гренадер. А папа наоборот – мелкий и с усами. Мама Дзундза басом сказала стишок, что у нас товар – у них купец. И подмигнула, вручив маме коробку с тортом. И все остальные неловко захихикали, умиленно наклоняя головы то к правому, то к левому плечу. Гостей повели в дом. Мама Дзундза топала громко и уверено – бух-бух! – большими, как у пожарного, ногами, папа же Дзундза передвигался суетливыми перебежками – топ-топ-топ, топ-топ-топ – как муравей, стараясь никому не мешать и не привлекать внимания.

И тогда я поняла, что Аркаша – в папу. И это мне очень понравилось.
Через несколько минут мы все ошалели еще больше, потому что выяснилось, что Дзундзы к нам приехали почти навсегда. Ну то есть с ночевкой.
Положение, как всегда в нашей семье, спасла мама. Ну как она придумывает мгновенно такие слова, как она умеет все смягчить – недаром папа гордится, что у нашей мамы голубая кровь! А в нас с Линкой мамина интеллигентность вымерла еще в детском саду. (Так всегда добавляет папа). Мама привела Аркашу и Аркашиных родителей поселиться в нашу с Линой комнату, где папа за минуту до этого разбирал удочки и орал песню про девичью гордость. Аркаша, как только вошел, конечно, сразу зацепился за рыболовный крючок и, пытаясь выбраться, закрутил на себя половину очень ценной папиной лески, заодно затянув в круговорот и своего папу Дзундзу. Так они вертелись, пыхтели, стыдливо улыбаясь, кланяясь и извиняясь, пока папа не схватил острый нож и под визг особо слабонервных – то есть меня – разрубил узел и выпустил Дзундз на свободу.

Мама и Лина побежали на кухню готовить ужин, Аркаша вызвался им помогать, а мы с папой плотно сели в комнате с гостями, потому что надо же кому-то выяснить, в какую семью Линка замуж идет.

Оказалось, в ужасную: папа Дзундза работал дантистом, а мама Дзундза преподавала математику в школе. (Как я ненавидела зубных врачей и математику!) Я под видом «сейчас-сейчас» побежала на кухню шептать Лине про математику, но там было не до меня. Там бинтовали Дзундзу младшего. Аркаша успел залезть в клетку к Терентию, нашему попугаю, и тот больно, до крови, укусил Аркашу за палец. И чего полез? Кстати, у нашего попугая была еще одна страсть, из-за которой мы закрывали Терентия в клетке не только на задвижечку, – он ее легко открывал, – но и на прищепку.

Дело в том, что Терентий обожал сидеть в теплом картофельном пюре. В центре тарелки. И если вдруг клетку забывали закрыть, Терентий во время нашего обеда вылетал и купался в чьем-нибудь пюре, заедая купание котлеткой и овощами.

В тот день, когда Дзундзы приехали сватать нашу Лину, на ужин, как назло, готовили картофельное пюре.
Естественно, в суете, бинтуя Аркашу, накрывая на стол, попутно отпихивая вывалянную в земле все еще мокрую Каролину, забыли прищепить Терентия. Он возился не долго, чтобы открыть свою клетку, – ровно столько, чтобы пюре чуть-чуть остыло. Терентий вылетел как раз тогда, когда опрокинули третью рюмочку за родителей и чтоб был мир во всем мире, и мама разложила по тарелкам горячее – фрикадельки и картофельное пюре. Никто не заметил, как Терентий летает над столом, примериваясь, – он же маленький.
Мамы обсуждали варианты свадебного меню, Аркаша беседовал с Линой, папа вдохновенно рассказывал папе Дзундзе, какая рыба на что клюет. Терентия засекла только я, но поздно…

Попугай со всего размаху бухнулся пузом прямо в центр тарелки папы Дзундзы. Тот, вежливо кивая моему папе, обнаружил непрошеного гостя и сначала пытался незаметно вилкой спихнуть попугая. Но Терентий же не муха. У него вообще наш семейный характер: он не только настойчив, но и жизнелюбив. И тогда старший Дзундза смирился и наперегонки с попугаем стал поглощать салат и фрикадельки.

Я завороженно следила, кому же больше достанется… Болела за Дзундзу – он явно проигрывал. У Терентия всегда был отменный аппетит.
Наконец попугай наелся и, пригревшись в остатках пюре, вздремнул под разговоры. И Дзундза-папа аккуратно доел, что осталось, деликатно возя вилочкой вокруг картофельного островка, где сидел осоловевший Терентий. К тому времени его увидели уже все, но, к моему удивлению, мама Дзундза, хоть и была учителем математики, искренне всплеснула ладонями и ахнула басом: «Какая прелесть!»

Наша мама сидела с бледным вытянутым лицом и делала мне страшные глаза, чтоб я водворила Терентия в клетку.
Крик ужаса мы с мамой услышали одновременно, когда разливали чай, – Лина пошла в свою комнату за детскими фотографиями. Мама глазами приказала мне бежать и выяснить. Я побежала… Картина была ужасной! Каролина, наша болонка, чумазая, мокрая и счастливая, уютно свернувшись, спала прямо на пальто мамы Дзундзы – на новом красном пальто, небрежно брошенном в кресло.

Ой-ой-ой! И это было еще не все. Не все. Пальто – мелочи. Что пальто… Мы с Линой тихонько унесли его к родителям в спальню, а потом ночью Лина и мама вычистили его. Пальто – ерунда.

Страшное дело – мы забыли совсем о главном. Мы! Совсем! Забыли! Про кота!!!
Это была моя и только моя вина. Я обожала свою сестру. И искренне хотела ей счастья. И ужасно боялась, что ее не возьмут замуж за Аркашу из-за меня. Ведь папа сказал, что девушки – это такой товар, что надо отдавать, пока его просят.

Так вот, я прикормила уличного кота. И у него, у этого кота, появилась бессовестная привычка по ореху взбираться на окно нашей с Линой спальни. Обычно вечерами или позже он бродил по подоконнику туда-сюда, гремел жестью, подвывал и бодал головой стекло. Короче, те гости, которые оставались ночевать в нашей комнате, переживали по ночам незабываемые впечатления. (Если мы забывали их предупредить). Комната-то была на втором этаже…

И вот, когда все уже улеглись спать, мама вдруг ахнула: кот! Мы забыли сказать им про кота. И именно в этот момент раздался грохот – кот вспрыгнул на подоконник. Мы – мама, папа, Линка и я – в пижамах столпились у двери наших гостей, прислушиваясь.

Кот гремел, как каменный гость, но в остальном никаких других звуков не было: никто не кричал, не возмущался. Наши гости то ли замерли от страха, то ли потеряли сознание…

Папа спустился вниз во двор, чтобы позвать и покормить кота. А мы в жутком настроении разошлись по комнатам. Хуже всего было мне. Из-за меня Линка могла остаться старой девой и всю жизнь вязать синие чулки.

Утром я все проспала. Когда я проснулась, в доме пахло ванилью: на кухне мама Дзундза и моя мама пекли оладушки. Мама Дзундза что-то неторопливо рассказывала моей маме. Я пробралась в ванную – оттуда было удобно подслушивать: мама Дзундза рассказывала, как она познакомилась с папой Дзундзой, и как они однажды поссорились на мосту, и папа Дзундза повернулся и ушел. И тогда мама Дзундза закричала с моста во весь голос, – а у нее был тот еще голос, – она закричала так, что ее услышал весь город: «Не покидай меня! – протрубила мама Дзундза. – Не покидай меня, Дзундза!»
И папа Дзундза остался. Навсегда.

И так мне это понравилось, что я вышла из ванной, побежала за учебником математики и попросила маму Дзундзу объяснить мне формулы сокращенного умножения, которые я не понимала и путала. И она объяснила терпеливо и очень понятно. И потом мы снова сидели за столом, и наш папа вместе с папой Дзундзой пели песню про «побежать за поворот», душевно и тепло.

Весной наша Линка вышла замуж и стала Дзундзой. Родители Аркаши в своем городе рассказывают, что они взяли девочку из очень хорошей, интеллигентной семьи. И добавляют, что они – то есть мы – очень любят животных. И что это хорошо о них, то есть о нас, говорит….

Автор: Марианна Гончарова

Однажды мы выдавали замуж мою старшую сестру Лину. Автор: Марианна Гончарова
0
Поделиться с друзьями:

Как мы растрогались. Автор- @sonikawa

размещено в: Жизнь семейная | 0
Как мы растрогались. Автор- @sonikawa

Автор- @sonikawa.
____________________________
Когда муж уснул я решила полазить в его телефоне.
В списке контактов я нашла три номера, записанных как "Самые нежные прикосновения", "Милая слезинка" и "Госпожа моих снов".
Я жутко разозлилась и из-за ревности начала по очереди звонить по этим номерам, чтобы узнать, кого скрыл по этими названиями мой романтичный козел.
Набираю по первому телефону поднимает трубку его мама.
Оказалось, что номер "Нежные прикосновения" – это мама, номер "Милые слезинки" – его сестра. А когда позвонила на номер "Госпожа моих снов", зазвонил мой телефон.
Я заплакала от угрызений совести, потому что так несправедливо подумала про своего мужа, а потом сняла со счета все свои деньги и подарила их мужу.
Когда я рассказала об этом его маме, мама пошла и купила ему золотые часы.
Когда об этом узнала его сестра, она подарила брату мотоцикл.
Муж очень растрогался от такого отношения и даже немного всплакнул.
А потом он собрал все подарки, ушел и женился на той, которая в телефоне была записана как "Электрик Алексей".))))

Как мы растрогались. Автор- @sonikawa
0
Поделиться с друзьями: