Анна и её зайчики. Автор: Хихинда

размещено в: Деревенские зарисовки | 0
Анна и её зайчики. Автор: Хихинда

Анна и её зайчики

Мальчик родился слабенький, маленький, его и на руки-то было страшно взять, вдруг что-то сломается? Назвать решили Андрюшей, уже и в ЗАГС собрались за свидетельством, но вмешалась бабушка, старая Анна, которую в родном селе за пристрастие к морковке и капусте, прозвали Зайчихой. Приехавшая взглянуть на первого правнучка, она быстро сориентировалась: юная внучка вымотана тяжелыми родами, её муж – рохля, слова против не говорящий. И тогда тоном, не допускающим возражений, Анна заявила:

– Вот что. Мальчонку я с собой заберу, выхожу, выправлю. И никаких «Андрюш», ну какой он Андрей? Когда, говоришь, родился? – Анна сурово взглянула на зятя, который тут же стушевался и еле слышно что-то пробормотал, – Ну вот, второго августа! Ильин день, значит, и ребенку быть Ильёй! Есть возражения?

Молодые родители если и хотели возразить, то под грозным взглядом старушки не осмелились.

– Вот и славно, – кивнула бабушка, – Давай, беги, свидетельство получай на Илюху, а мы тут пока соберемся.

Зять убежал, а старая Анна учила внучку:

– Со вторым не торопитесь. Учёбу вам нужно закончить, на ноги встать, потом уже и второго, и третьего, да хоть десятого рожайте. За Илюшку не переживай, тебя вырастила, и на него сил хватит, ты не смотри, что старая.

Зоя словно в детство вернулась, когда бабушка принимала за неё все решения. Она только покорно кивала головой и подавала бабушке нехитрые одёжки сына, в основном подаренные друзьями.

Матери, а тем более отца, Зоя не помнила, да и был ли отец, история умалчивает. Зоина мать была женщина скрытная, о её беременности никто и не подозревал, потому новость о том, что «старая библиотекарша» родила, поразила всё их село в самое сердце. Кто, где, как? Эти вопросы так и остались без ответа. Библиотекарша, которой на момент родов было 35, на работу так и не вышла. Она умерла от перитонита, когда дочке Зое едва стукнул годик, оставив девочку на попечении своей уже немолодой матери. Анна девочку вырастила, после школы отправила учиться в город. А та, едва ей стукнуло 18, выскочила замуж за такого же как она студентика из общежития, сироту Алёшку.

Новоиспеченный папаша скоро принёс свидетельство о рождении. Анна подхватила правнука, брезентовый рюкзак с вещами ребенка:

– Ну что, зятёк, проводи нас на автовокзал.

Уже садясь в автобус, она давала последние наставления, повторяя те, что были озвучены внучке: учитесь, вставайте на ноги, со следующими детьми не торопитесь. Она сунула Алёшке привезённые пятьдесят рублей:

– Вот, держи. Корми Зойку, а то она совсем прозрачная стала. И купи презервативы, понял? Чего краснеешь, взрослый уже! Ну, бывай. На каникулы ждём!

Уже в автобусе Анна посмотрела на безмятежное личико спящего ребёнка:

– Спит, и даже не знает, что судьба устроила такой выверт! Ничего, зайчик, прорвёмся…

С тех пор и повелось, мальчика называли или Илюшенька, или зайчик, внук Зайчихи. Когда он подрос, на вопрос «Мальчик, как тебя зовут?», бодро отвечал:

– Илюшенька-зайчик.

Ну, это он думал, что говорит «Илюшенька», все окружающие слышали «Люфанька-зайчик».

Анна забрала правнука в сентябре. Зоя с Алёшкой регулярно звонили с переговорного пункта, обещали приехать на зимние каникулы. Но чем ближе подходило обещанное время, тем менее уверенно звучали их голоса. Анна заподозрила неладное:

– Что происходит?!

Но внучка испуганно твердила, что всё нормально. На каникулы она всё-таки приехала, но одна, и Анна сразу поняла почему: зять просто-напросто побоялся явиться на глаза! То, что Зойка опять беременна, старушка поняла практически сразу, хотя живота почти не было видно.

– Куда? Тебе только 19 исполнилось, вам учиться еще сколько! Неужели трудно зайти в аптеку? Я же давала деньги!

Внучка опустила голова и еле слышно пробормотала:

– Стыдно…

Бабушка так и села:

– Стыдно?!

Оказывается, Алёшке было стыдно зайти в аптеку и купить презерватив! Ну да, время советское, во многом ханжеское, но для женатого человека, уже имеющего одного ребёнка, и – стыдно? Анна даже не нашлась, что сказать.

Рожать Зоя приехала к бабушке. Были летние каникулы, Алёшке деваться было некуда, и он тоже явился перед грозные очи Анны Егоровны. Но та только вздохнула:

– Что поделать-то? Но до окончания университета больше ни-ни!

Она даже лично пошла в аптеку и под ехидные смешки школьников, покупающих «Аскорбинку», приобрела «резиновые изделия № 2», целую кучу:

– Вот вам! И не дай Бог…

Но Бог дал. Когда Зоя не приехала в зимнюю сессию домой, отговорившись тем, что завалила экзамен, и ей нужно сдавать хвосты, Анна что-то заподозрила. Она оставила малышей, Люфаньку и его младшего братика Никитку, под присмотром соседки, работавшей в сельских яслях нянечкой, и рванула в город. Живот у внучки был уже приличный, и у Анны вырвалось только:

– Как?!

Зоя, красная как свекла, пояснила:

– Ты слишком маленькие купила…

– Да уж, ошиблись люди, – пробормотала Анна, – Не меня, тебя надо было «Зайчихой» называть!

Мальчика, родившегося в конце мая, назвали Мишкой. Правда, бабушка его тут же прозвала Минькой, что для села не редкость. Но только Анна знала, что Минька – это от слова «мини», слишком маленький…

Когда в сентябре Зоя с Алёшкой уезжали, они увозили с собой презервативы всех имеющихся в природе размеров и наказ бабушки:

– Больше не приму никого! Этих бы поднять.

Мальчишки были похожи друг на друга как две, вернее, три капли воды. Бабушка, несмотря ни на что, их нежно любила:

– Зайчики мои бедолажные, дал же Бог бестолковых родителей!

На натуральных продуктах и свежем воздухе ребята быстро окрепли, уже не напоминали тех заморышей, какими были при рождении. Родители приезжали редко, хорошо хоть, перестали рожать каждый год. После окончания университета попали по распределению в один из арктических районов. Анна грудью встала:

– Не пущу! Сами езжайте, а зайчики мои со мной останутся. Три года быстро пролетят, вернетесь, тогда и заберете.

Три года – это был обязательный срок отработки по распределению. Не смея перечить бабушке и, что скрывать, с некоторым облегчением, Зоя и Алёшка отправились по месту работы, а зайчики остались с прабабушкой.

Моя мама, которой Анна приходилась двоюродной тёткой, ездила в командировку, гостила у родственницы и потом рассказывала:

– От горшка два вершка, и всё туда же: и пол метут, и воду волокут, хоть и в маленьких ведерках, и сорняки на огороде рвут. Дружная команда, а Люфанька у них командир!

…Наступили 90-е, со всеми сопутствующими им атрибутами. Люфанька, которому исполнилось восемь, заявил:

– Ты, бабушка, нас «зайчиками» больше не зови, ладно?

– Вот те на! – всплеснула руками Анна, – И как же прикажете вас величать?

– Мы, бабушка, теперь банда! – гордо заявил Люфанька, а Никитка и Минька важно закивали головами, – Только нам нужны автоматы, ты купи, пожалуйста.

Автоматы купил сыновьям Алёшка. Возмужавший, он приехал в отпуск без жены:

– Я за пацанами, Анна Егоровна. Мы с Зоей решили на Севере остаться, там у нас и жилье, и работа, чего еще желать?

– А Зойка чего ж не приехала, почему один? – бабушка радовалась северным гостинцам, рассматривая редкие для их мест лисьи шкурки, оленьи унты и другие подарки, – Али беременная опять?

Алёшка кивнул:

– Надеюсь, девочка будет, – он улыбнулся, – Теперь-то, надеюсь, можно?

Бабушка только кивнула и быстро отвернулась, чтобы скрыть от зятя непрошенные слезы. Но тот заметил:

– А может, Вы тоже с нами?

Но Анна отказалась:

– Здесь вся моя жизнь прошла, здесь родители, муж, дочка единственная похоронены. Куда я поеду? Но вы уж не забывайте, приезжайте иногда.

Когда уезжали, верили, встреча не за горами, первым же летом – к бабушке! Но летом Алёшке дали семейную путевку в санаторий в Сочи и оплатили проезд.

– Конечно! Мальчишки никогда моря не видели, – убежденно произнесла Анна, – Когда еще такая возможность выпадет? А ко мне на следующий год, я дождусь!

– Бабуля, тут у нас море – круглый год! Море Лаптевых! – смеялась Зоя, – Но теплое море нам всем не помешает, маленький постоянно болеет (да-да, родился четвертый мальчик!). На следующий год обязательно к тебе, на всё лето!

Но на следующий год началась неразбериха с выплатой зарплаты, которая продолжалась почти два года. Анна и сама бы рада приехать, пенсии худо-бедно, но выплачивали. Только вот ноги уже подводили, да и зрение тоже, куда уж лететь!

– Боюсь умереть, и так и не увидеть своих зайчиков, – говорила она соседке, – Ты уж им скажи, когда хоронить приедут, что я их всегда любила.

– Ты, Егоровна, что-то совсем сдала. Может, позвонить Зойке?

– Не смей! Им и так тяжко, а еще обо мне заботы! Не позволю!

В конце мая Анна сидела на крыльце и тоскливо думала, зря она остановила соседку, может, и правда, приехали бы, хоть перед смертью повидаться. Где-то недалеко раздалось звонкое «ку-ку».

– Кукушка, кукушка, сколько мне осталось?

Анна была готова ко всему, даже к короткому половинчатому «ку», но услышала совсем другое:

– Много! Очень много!

Через минуту она уже плакала навзрыд, обнимая мальчишек:

– Откуда? Как? Почему не сообщили?

Зоя поцеловала старушку:

– А мы насовсем, пустишь?

Северный поселок в 90-е начал хиреть, люди стали разъезжаться. На семейном совете решили переехать поближе к городу, пока обосноваться в родном селе Зои. О том, что бабушка совсем плоха, Зоя не догадывалась.

Анна прожила еще десять лет. С приездом своей «банды зайчиков» она буквально ожила на глазах, помолодела, в селе шептались, никак эликсир молодости где-то нашла. А Зайчиха смеялась:

– Правнуки, вот мой эликсир, зайчики мои дорогие.

А потом говорила внучке:

– Как хорошо, Зойка, что ты меня слушать не стала, рожала. Даже подумать страшно, что кого-то из них могло и не быть…

Автор Хихинда

Анна и её зайчики. Автор: Хихинда
0

Автор публикации

не в сети 17 минут

Татьяна

Анна и её зайчики. Автор: Хихинда 823
Комментарии: 1Публикации: 4828Регистрация: 28-12-2020
Поделиться с друзьями:

Добавить комментарий