Сегодня, 17 сентября, народному артисту России и лауреату «Оскара» Владимиру Меньшову исполнилось бы 82 года. Свой главный фильм «Москва слезам не верит» Владимир Меньшов, снимал, по сути, о себе самом.
Тут все пригодилось — и как в театральный институт трижды поступал, и как на заводе трудился, матросом был, в булочной подрабатывал. Как жили в общежитии с супругой молодой — Верой Алентовой.
Так что фраза из фильма «Москва слезам не верит», фраза мамы Рудика, героини Елены Ханаевой: «Для того чтобы что-то получить, надо сильно попотеть» — оказалась для судьбы Меньшова очень даже применимой, хотя мамуля эта вроде и не сильно положительная, скорее наоборот. Владимир Валентинович Меньшов ушёл из жизни 5 июля 2021 г.
Умер советский и российский актёр и режиссёр Владимир Меньшов. Лауреату премии «Оскар» был 81 год. Светлая память…
Скончался Владимир Меньшов В конце июня кинорежиссер попал в больницу с коронавирусом. Сегодня утром Владимира Меньшова не стало. О смерти кинодеятеля сообщили его коллеги по «Мосфильму».
26 июня Владимир Валентинович должен был присутствовать на публичном мероприятии, но не смог этого сделать из-за плохого самочувствия.
Врачи диагностировали у 81-летнего кинодеятеля коронавирус, который протекал в легкой форме. На днях состояние Меньшова резко ухудшилось, его госпитализировали в одну из столичных клиник.
Сегодня утром медики констатировали смерть звездного пациента. Сейчас в больнице, где лежал режиссер, находится супруга, актриса Вера Алентова. Коллеги и поклонники Владимира Меньшова приносят соболезнования его близким.
Кинорежиссер Владимир Меньшов Владимир Богданов, 1981 год, МАММ/МДФ. Влади́мир Валенти́нович Меньшо́в — советский и российский актёр, кинорежиссёр, сценарист, продюсер, телеведущий, педагог; заслуженный деятель искусств РСФСР, народный артист РСФСР, лауреат Государственной премии СССР, Государственной премии РСФСР имени Н. К. Крупской и премии Американской киноакадемии «Оскар» в номинации «Лучший фильм на иностранном языке» за фильм «Москва слезам не верит». Председатель Общественного совета при ФСИН России с 2010 года. Википедия Родился: 17 сентября 1939 г. (81 год), Баку, СССР
31 марта 1981 года в Лос-Анджелесе состоялась 53-я церемония награждения премией «Оскар» — одной из важнейших кинонаград в мире.
Среди номинантов было множество известнейших режиссеров — Мартин Скорсезе, Роман Полански, Дэвид Линч и другие.
В номинации «Лучший фильм на иностранном языке» участвовала кинокартина режиссера из СССР Владимира Меньшова «Москва слезам не верит». В этой номинации его соперниками были звезды мировой режиссуры: Акира Куросава (Япония), Иштван Сабо (Венгрия), Франсуа Трюффо (Франция).
Несмотря на столь именитых соперников, лучшим иностранным фильмом была признана картина Владимира Меньшова.
До этого главную кинопремию мира получали следующие отечественные фильмы: «Разгром немецких войск под Москвой» (1942 год, документальный), «Война и мир» (1965 год), «Дерсу Узала» (1975 год, советско-японский проект).
Правда, о награждении его фильма такой престижной премией режиссер Меньшов узнал только на следующий день, 1 апреля — и решил, что это шутка. До этого его отказались выпустить в США на церемонию, на которой номинировали его кинокартину. Впрочем, хоть спустя и восемь лет после этого триумфа, но своего законного «Оскара» он получил.
Статуэтка с 1981 год хранилась в Госкино; после того, как она все же попала в руки Владимира Меньшова, тот справедливо решил, что это его заслуженная награда — и не стал возвращать «Оскара» чиновникам, оставив его себе.
Актерские работы — лишь хобби для Владимира Меньшова. Главным делом своей жизни он считает кинорежиссуру. И это несмотря на соотношение «режиссер — актер» больше чем 1 к 10.
Владимир Валентинович снялся почти в сотне фильмов, но зритель любит Меньшова-режиссера ничуть не меньше. Даже если б была лишь «Москва слезам не верит», хотя без фильма «Любовь и голуби» отечественный кинематограф представить просто немыслимо.
Недавно залез почитать биографию о этом человеке и очень много фактов меня удивили, причем очень приятно.
Вот несколько из них которые меня больше всего впечатлили.
Влади́мир Валенти́нович Меньшо́в (род. 17 сентября 1939, Баку, Азербайджанская ССР, СССР) — советский и российский актёр, кинорежиссёр, сценарист, продюсер, телеведущий, педагог.
1981 году его фильм «Москва слезам не верит» (1979) был удостоен премии «Оскар» Американской академии кинематографических искусств и наук как лучший фильм на иностранном языке; о награде узнал случайно от коллег.
19 апреля 2007 года на церемонии вручении кинонаград, организованной телекомпанией «MTV Россия», отказался вручить приз фильму «Сволочи», бросил конверт с результатами голосования на пол и сказал:» Я надеялся, что пронесёт — не пронесло. Вручать приз за лучший фильм этому фильму, достаточно подлому и позорящему мою страну, я попросил бы Памелу Андерсон. Я, к сожалению, этого делать не буду. До свидания.»
В 2011 году как председатель российского Оскаровского комитета отказался подписывать решение о выдвижении на премию «Оскар» фильма Никиты Михалкова «Утомлённые солнцем 2: Цитадель».
Инет
На прощании в Доме кино Панкратов-Чёрный сказал о Меньшове: «Он так любил народ! И страдал за него! Страдал!» И могло показаться – дежурная фраза, пафос по случаю.
Но… Панкратов-Чёрный вспомнил, как однажды Меньшов целый день таскал его по Астрахани, городу своего детства, с гордостью и страстью показывал родные места, рассказывал о кремле, старинных закоулках, в бар зашли, где к пиву особенную рыбку подают.
А спустя пару лет (дело было на шукшинском фестивале в Сростках) уже Панкратов-Чёрный предложил показать Меньшову свою малую родину. «Далеко?»
«Да нет, не очень, километров 500» «А что, поехали!» Сели они в машину и рванули в деревню Конёво Алтайского края.
Дальше – прямая речь: И вот пока мой сводный брат Коля и его супруга Зоя накрывали на стол, я повёл Володю показать родную деревню, а это одна, собственно, улочка домов тридцать-сорок. Крыши, крытые дёрном, земляными пластами, трава на крышах растёт…
Идём, значит, я веду экскурсию: – Вот видишь развалившийся сруб? Это клуб, в нём даже маленькая библиотечка была.
– А чего ж не восстановят?
– Так ведь кино не показывают, да и ходить уже некому, остались одни старики, молодёжь разбежалась, работы нет, жить здесь не на что…
А вот видишь яма и несколько брёвен от фундамента? Это моя школа, я тут до пятого класса учился.
– Что-то больно маленькая какая-то…
– Ну, а что, в избе – комната для двух учительниц, комната для первого и второго класса, комната для третьего и четвертого…
А здесь был магазин, из райцентра раз в месяц сахар и конфетки привозили… Ну, вот больше показывать нечего, вся моя деревня…
Вернулись к брату в его пятистеночек, стол накрыт – грузди наши алтайские, огурчики, помидорчики, самогонка, хлебный квас – всё домашнее.
Брат весёлый, радуется, что меня увидел, да ещё и познакомился с таким великим артистом и режиссёром, Владимиром Меньшовым. Выпиваем, закусываем, хозяева улыбаются…
А Володя такой серьёзный-серьёзный сидит, мрачный, смотрит Коле за спину, а там на стене коврик – олень воду пьёт и лебеди плавают – а к коврику приколоты ордена и медали.
Володя спрашивает: – Отцовские медали, Коля?
– Да нет, почему… Мои. Вот орден за посевную в таком-то году, а это медаль за уборочную в таком-то… Ценили нас, ценили – работали-то мы с утра до ночи…
И вдруг Володя заплакал. Мы опешили – что такое? А он плачет и говорит, всхлипывая: «Ордена, медали… и ты так живёшь?..»
– А что, – Коля засуетился,
– Хорошо живу, огород, всё своё, видишь, какой стол… Ну, а денег не платят, так их и тратить не на что…Перебьёмся! А Володя плакал и плакал, вы не представляете…
Как Шукшин в «Калине красной» на холмике – «да ведь это же мать моя»…
Вот так и Володя рыдал, рыдал, обнял Кольку по-братски, говорит: «Да как же так! Сволочи! На мерседесах ездят, а всё равно Россией недовольны!..» Это было так пронзительно…
Мы еле его успокоили… А потом, когда ехали обратно, он вдруг говорит – строго так, горько: «Сашка! Снимать кино надо – о любви! Потому что русскому народу любовь не-об-хо-ди-ма! Иначе озлобится!»
Периодически Андрюша Миронов сидел на диете. Меня тоже втягивали в эту авантюру. Как–то после гастролей в Киеве мы двумя семьями поехали отдыхать на Днепр под город Канев. Там был пустынный пляж из дюн, какой–то пансионат и огромный памятник Шевченко.
Кроме памятника были наш 12–летний сын Миша и молодая жена Миронова актриса Катя Градова, которая категорически заявила, что мы все садимся на диету, гарантирующую похудание, и будем сидеть на ней до конца отдыха.
Диета состояла из постоянного потребления сухого вина с незначительным количеством сыра.
Голодные и пьяные мы валялись под Шевченко и с удивлением наблюдали, как наш сын Миша с Катей бодро и весело плещутся в Днепре.
Все это продолжалось до тех пор, пока наш сын не проболтался, что каждое утро после заплыва они с Катей короткими перебежками направляются в пансионатскую столовку и жрут по несколько порций макарон с тем же сыром.
Скандал был страшный, диета закончилась, но до развода Андрюши с Катей дело тогда не дошло, он случился позже, уже, вероятно, на другой диете.
22 июня отмечет свой день рождения известная актриса театра и кино, народная артистка РСФСР Светлана Крючкова.
Светла́на Никола́евна Крючко́ва — советская и российская актриса театра, кино и озвучивания. Народная артистка РСФСР, лауреат премии «Ника». Википедия Родилась: 22 июня 1950 г. (70 лет), Кишинёв, СССР
В театре, к сожалению, почти не осталось личностей. Все бегают, орут. Забывают о том, что артист – это не тот, кто громче крикнет. Артист – это когда ты выходишь на пустую сцену, перед тобой полторы тысячи зрители и почти нет декораций. И все эти полторы тысячи пар глаз смотрят только на тебя.
Для многих, Крючкова началась с песенки «Мы выбираем, нас выбирают…» в Большой перемене. Трогательная Нелли Леднева, влюбленная в смешного учителя истории…
Через три года после Нелли – совсем другой персонаж – Наталья из Старшего сына. И прическа та же, и даже гитара рядом появляется… Но девушка совсем другая – надменная и одинокая.
В чудном фильме о мечте и общественном мнении, Безымянная звезда, – мадмуазель Куку, школьная учительница. И все помнят ее металлический голос, диктующий ученицам правила поведения во время прибытия дизеля-электропоезда.
Нина в Родне, смешная Мохова в Утомленных солнцем, Старая кляча в фильме Рязанова, бабушка-тиран в Похороните меня за плинтусом…
Она играла императриц и два раза — Анну Ахматову. Она потрясающе читает стихи со сцены.
Одним из главных качеств для артиста Светлана Крючкова считает бойцовский характер. Вспоминает, как три года подряд сразу после школы она поступала в театральные вузы Москвы. Папа грозился проклясть, если пойдет в артистки. Приезжая в столицу, жила на вокзалах, устроилась работать на завод Лихачева слесарем-сборщиком карданных валов.
Поступив в Школу-студию МХАТ, долго искала свое место на курсе: провинциальная застенчивость плюс бешеный темперамент, непредсказуемые реакции на замечания пугали и раздражали педагогов.
Ректор школы-студии, вызвав к себе недисциплинированную студентку, поинтересовался: «Будем лечиться или менять характер?» Георгий Товстоногов был режиссером, умевшим находить таланты (достаточно вспомнить Смоктуновского, Юрского, Тенякову), но умевшим повернуть новой гранью и актера известного. Так, в провинциальном киевском комике Олеге Борисове на сцене БДТ открылся гениальный трагический актер.
В Светлане Крючковой мастер оценил яркость средств и внутреннюю наполненность, могучий темперамент и открытое сердце, умение не бояться любых сложностей в работе и ослепительную простоту лепки роли.
Королева без королевства.
К юбилею Светланы Крючковой
Сегодня у народной артистки Светланы Крючковой юбилей. Последняя из поколения великих учеников Георгия Товстоногова, ведущая актриса БДТ, одна из самых ярких звезд отечественного кинематографа 70–80-х годов, она и сегодня продолжает активную творческую жизнь, а название ее недавнего премьерного спектакля «Жизнь впереди» говорит само за себя.
«Сноб» поздравляет Светлану Николаевну и публикует эссе главного редактора нашего журнала Сергея Николаевича
Она любит ошеломить с порога. Войти так, как никто до нее никогда не входил и больше уже не войдет. Потому что после нее произносить ее текст бессмысленно, а занять принадлежавшее ей место невозможно. Да и, похоже, претенденток не очень-то много.
Это про нее Островский написал: «Пришла королевой, ушла королевой…» Впрочем, никуда Светлана Николаевна Крючкова не ушла, по-прежнему обретается всего в одном квартале от БДТ. «Королева в изгнании» — ее статус и вынужденная роль.
В репертуаре театра сейчас один спектакль с ее участием — «Игрок», а раньше и того не было. Время от времени она, конечно, заходит в родной театр, где все сразу вытягиваются по струнке — от вахтеров до администрации.
Крючкову боятся. Ее невозможно не бояться. Посторонние с ней общаются как с тигрицей в клетке. Очень осторожно, внимательно вслушиваясь в интонации тихого, повелительного голоса и на всякий случай ища глазами запасной выход. Она так себя поставила. От нее можно что угодно ждать. Опасная женщина. От сыгранных в кино императриц она переняла повадку надменной невозмутимости. Не идет, а вплывает. Не говорит, а дает указания. Наверное, это было бы совсем непереносимо, если бы Крючкова стала «королевствовать» всерьез по системе Станиславского.
Но она делает это по-другому, по-брехтовски, отстраняясь насмешливой иронией от того персонажа, которого когда-то сотворила и теперь выдает за себя. С шиком большой актрисы, у которой давно не было больших ролей. Кто в этом виноват? Сейчас уже поздно выяснять.
Да и зачем? Светлана Николаевна не из тех, кто будет жаловаться журналистам или вымаливать у начальства бенефис к юбилею. Более того, ее саму надо долго упрашивать, засылая гонцов, придумывать долгую и сложную интригу, чтобы она согласилась просто посмотреть в вашу сторону.
Это такой женский тип — гордость превыше всего. И с этим надо считаться. Для нее самое страшное, если вдруг ее заподозрят в жалком искательстве или желании кому-то понравиться. Всю жизнь Крючкова ведет себя так, будто это ей должны нравиться, а вовсе не она кому-то.
В БДТ до сих пор ходят легенды, как ей одной, еще совсем юной, без году неделя в театре, было позволительно спорить с самим Г. А. Товстоноговым: я этого не понимаю, объясните, что я тут должна делать? И Георгий Александрович прятал куда-то за пазуху свою режиссерскую свирепость и начинал кротко объяснять, чего бы он хотел от «Светланочки».
Когда она пришла в БДТ в 1976 году, то с ходу заняла долго пустовавшее после Татьяны Дорониной место первой актрисы театра. Даже непонятно, как это ей удалось. Ведь поначалу ее прочили на характерные и даже комедийные роли. Крупная, громкая, с этой московской наглецой в голосе и невозмутимых белесых глазах.
Я хорошо помню ее оглушительный дебют в легендарном спектакле «Фантазии Фарятьева» Юрского. Эту нелепую старшеклассницу Любу в коричневой школьной форме, укороченной выше некуда. И ее медленный голос, которым она вещала, поучая старшую непутевую сестру, словно юная пифия, знающая наперед, что с ними со всеми будет, а на самом деле не знающая ничего и больше всего боящаяся саму себя и бушевавших в ней скрытых страстей и желаний.
«Посмотрите на меня», — говорила она в финале, отбрасывая яростным жестом назад свои рыжие спутанные волосы, обращаясь то ли к Фарятьеву, то ли ко всему человечеству, уставившемуся на нее в свои бинокли. «Посмотрите на меня…» Это был отчаянный призыв и приказ, и мольба одновременно. Ее Люба умирала от любви, но не могла в этом никому признаться. Она рвалась к счастью, к другой жизни и никак не могла решиться на первый шаг.
Гордые женщины, которых Крючкова так любила изображать в театре и в кино, были на самом деле робкими, закомплексованными созданиями, прятавшими под хамоватой броней свою нежную, одинокую душу. Может, они и рады были бы раскрыться кому-то, расслабиться, отдаться доверчиво простым и понятным чувствам, быть милыми и приветливыми, как другие.
Только кто же позволит? Кто поверит, что они могут быть такими, как все? А главное — все равно до своих подлинных страхов и печалей Крючкова никогда никого не допустит. И не надейтесь! Офицерская дочь, она умеет постоять за себя и как никто хранить свои тайны.
Слева направо — актеры Светлана Крючкова, Евгений Лебедев, Олег Басилашвили на репетиции с режиссером БДТ Георгием Товстоноговым (второй справа), 1989 Фото: Рудольф Кучеров/РИА Новости
В театре ее невзлюбили с первого дня. За привычку говорить все в глаза, за независимый нрав, за неумение дипломатничать и встраиваться в существующие группировки. Крючкова была всегда сама по себе, наособицу.
Однажды Георгий Александрович подозвал ее для разговора «с глазу на глаз» и сразу оглоушил вопросом: «А вы знаете, что у вас в театре много врагов?» На ее растерянное «почему?», ответил вопросом: «А как вы хотите? Вы получаете главные роли и прекрасно с ними справляетесь. Вы хотите, чтобы вас за это любили? Просто будьте осторожны».
Обычно острая на язык Крючкова на этот раз даже не нашлась, что ему сказать, просто затаилась еще больше.
Потом Товстоногов умер, и все ее спектакли в одночасье сняли один за другим. «У меня оборвалась жизнь», — признается она. За последующие 26 лет она сыграет в БДТ всего три роли. Конечно, она продолжала сниматься в кино, но, чтобы выжить как актрисе, ей нужен был Театр.
И тогда она придумала его сама, сосредоточившись на поэтических чтецких программах. Тут она уже не зависела ни от кого: ни от режиссуры, ни от партнеров, ни от администрации. Все сама. Ей нравится ее одиночество на сцене. Она привыкла к нему.
К тому же, по большому счету, она не одна. Ее любимые поэты всегда с ней. Крючкова не просто заучила их стихи наизусть, а с головой погрузилась в их жизнь. Она исследовала их творчество в таких немыслимых, невообразимых подробностях, которые не всем литературоведам по плечу.
При этом ей бесконечно важны и самые обычные житейские детали. Например, в Елабуге она держала в руках сковороду, на которой Марина Цветаева в последний раз жарила рыбу для сына Мура. А когда в начале 90-х годов ненадолго открылись архивы, досконально изучила доносы советских писателей на Анну Ахматову.
А ведь это только два имени в необъятной концертной программе Крючковой, охватывающей весь ХХ век и включающей десятки поэтических и литературных имен.
Мне нравится стиль ее программ, какой-то очень уютный, домашний: круглый стол, покрытый красивым цветным платком — подарок любимой невестки, жены старшего сына. Лампа, фарфоровая чашка с чаем, по-старокупечески прикрытая платочком с ручной вышивкой. Тихий гитарный перебор в качестве сопровождающего голоса. Временами концерт становится похож на урок литературы.
Крючкова не только читает, но и объясняет, что к чему, кто кому кем приходился. Почему такая строка, а не иная. Это важно — публика разная, она не обязана знать все биографические и литературные подробности. Иногда Крючкова переходит на обличительную интонацию — не прощает обидчиков своих любимых поэтов.
Но чаще ее концерт — это доверительный разговор, какой, например, может случиться в купе «Красной стрелы» или где-нибудь в транзитной зоне аэропорта, когда понятно, что еще долго никуда не улетишь, а хочется с кем-то поговорить, выговорить душу, поделиться тем, что болит и тревожит.
И вот эта интонация, по-буддийски спокойная и горькая одновременно, без пафоса и игры в «великую актрису», может быть, самое сильное и прекрасное, что есть в поэтических программах Крючковой. Наверное, она давно уже могла бы написать увлекательную книгу о литературоведческих и поэтических исканиях.
И если до сих пор этого не сделала, то только потому, что занята сверх меры концертами и детьми. У нее двое сыновей. Старший с семьей живет во Франции, младший — профессиональный музыкант-гитарист — часто выступает с мамой.
Крючкова ежедневно общается со всеми в мессенджерах и в курсе всех событий жизни детей и внуков, всех их передвижений и домашних проблем. Как будто, сидя у себя в мансарде дома на Фонтанке, она направляет бинокль то в одну часть света, то в другую. «Мне сверху видно все, ты так и знай», — как пелось в песне ее детства.
Кто бы мог вообразить, что «холодная, властная и надменная» Крючкова окажется такой вовлеченной матерью. Сама признавалась, как буквально в один день, когда делали операцию ее сыну Мите, зашла в храм еще рыжеволосая, а вышла абсолютно седая. «Мне смешно, когда спрашивают, чем я крашусь…» — царственно улыбается она.
Крючкова знает, как произвести впечатление, как сыграть на публике мелодраму. Ей даны эти мгновенные, неуловимые преображения и переходы при внешней статичности и скупой расчетливости каждого жеста, каждой интонации.
Светлана Крючкова в роли Бабуленьки в спектакле «Игрок»Фото: Пресс-служба БДТ им. Товстоногова/ТАСС
На самом дела она настолько привыкла быть независимой, что ее трудно представить в каком-то большом театральном коллективе или многонаселенном спектакле. И все-таки она на это решилась, когда cлучился очередной юбилей — 40 лет в БДТ.
Талантливый московский режиссер Роман Мархолиа, которого она знала еще по совместной работе над «Квартетом» — антрепризным спектаклем 2003 года, предложил ей роль Бабуленьки в «Игроке» Достоевского. С самого первого ее появления и первой реплики: «Ну вот и я! Вместо телеграммы-то!.. Живехонька. Что, не ожидали?» — становится понятно, что Крючкова решила идти ва-банк.
Она выезжает на сцену в инвалидном кресле наподобие пилота в летном шлеме, рассекая сцену, как на «Харлее». Без устали меняет парики, очки, модные прикиды. В какой-то момент она надевает цилиндр и запевает песню на немецком из репертуара группы Rammstein. Такое чувство, что актриса дорвалась до спектакля на большой сцене, как после долгого и вынужденного голода — до праздничного стола, и с каким-то свирепым отчаянием набрасывается на все блюда, которые ей предлагает режиссер-выдумщик.
Хотите побыть диджеем?
— Хочу.
— Хотите попробовать себя в роли интервьюера?
— Непременно.
— А как насчет того, чтобы сыграть крупье в казино?
— Да запросто!
Не говоря уже о самой Бабуленьке, «той самой ведьме, которая никак не умирает и от которой все ждут, что она умрет». Крючкова все знает про старость. И много раз играла ее в кино. Но сегодня ей неинтересно про умирание, угасание, ей интересно только про Жизнь.
По своей актерской природе, по тому игровому началу, которое в ней живет и требует постоянного выхода, она — трагическая клоунесса.
Да, ее цирк давно уехал в другие края, а она почему-то все еще здесь. Зачем-то задержалась. Значит, так надо. Но нечего лить слезы о былом, надо жить сегодня, играть, дарить людям радость, пусть даже такую безумноватую и странную, как этот их «Игрок», поставленный назло и вопреки всем обстоятельствам.
Как некий вызов всем, кто не верил, не видел, не ждал, кто разлюбил, а может, и не любил никогда. Как некий жест, в чем-то перекликающийся с тем давним, самым первым жестом рыжей девочки в школьной форме из «Фантазии Фарятьева»: «Посмотрите на меня! Посмотрите на меня…»
Главред нашего журнала «Сноб» Сергей Николаевич пишет о ее службе в БДТ, ролях, характере и таланте.
Алексе́й Влади́мирович Бата́лов — советский и российский актёр театра и кино, кинорежиссёр, сценарист, педагог, мастер художественного слова и общественный деятель. Герой Социалистического Труда, народный артист СССР. Википедия Родился: 20 ноября 1928 г., Владимир, СССР Умер: 15 июня 2017 г. (88 лет), Москва, Россия
4 года назад, 15 июня 2017 года, ушел из жизни народный артист СССР, актер и режиссер Алексей Баталов. .
Любимейший артист. Интеллигент. Образец. Баталов не нуждается в «определениях». Зрители его запомнили и полюбили благодаря отличным фильмам Иосифа Хейфица, по праву входящим в золотой фонд нашего киноискусства – «Большая семья», «Дело Румянцева», позже – «Дорогой мой человек».
В историю же мирового кино вошёл с картиной Михаила Калатозова «Летят журавли», в далёком 1958-м победившей на Каннском кинофестивале. Успех был укреплён такими шедеврами как «Дама с собачкой» того же Хейфица и «Девять дней одного года» Михаила Ромма.
Не остались незамеченными и следующие его работы, в череде которых следует выделить «Бег» Александра Алова и Владимира Наумова и «Звезду пленительного счастья» Владимира Мотыля.
И наконец, «Москва слезам не верит», ещё один безусловный бриллиант в отечественной киноколлекции. Не последняя баталовская роль, но ставшая в какой-то мере мощным финальным аккордом: в 80-е артист снимался всё реже, а в начале 90-х и вовсе распрощался с большим экраном – сыграв всё главное и не захотев в период мелкотемья размениваться по пустякам.
Отдельной строкой следует упомянуть его режиссёрские работы – экранизации гоголевской «Шинели», «Игрока» Достоевского и главное – «революционной» сказки Юрия Олеши «Три толстяка».
В ряде картин актёр прочёл «текст от автора» — что тоже получилось у него так, как не получилось бы ни у кого другого. Всё дело в голосе, в его неповторимой мягкости, в теплоте его интонации. В голосе, который хорошо знаком и совсем юным зрителям – благодаря анимационной «Горе самоцветов», многие серии которой открываются прологом, озвученным также Баталовым…
Будь ты трижды народным, настоящую народную любовь орденом не купишь. Поэтому говоря о Баталове, нет смысла характеризовать его, как «что-то получившего».
Найти второго такого, как Алексей Баталов, невозможно, как всякая Личность он неповторим. И нам остаётся только радоваться тому, что мы жили с ним в одно время. С ним – действительно с Великим.
АЛЕКСЕЙ БАТАЛОВ И АННА АХМАТОВА
Приезжая в Москву с 1934-го по 1966 год, Анна Ахматова неизменно останавливалась в семье писателя Виктора Ардова. Его второй женой была известная актриса Нина Антоновна Ольшевская. Ее сын, будущий знаменитый артист Алексей Баталов, стал его пасынком.
В семье Ардовых есть предание: когда Ахматова первый раз пришла к ним в гости, Алеше было 3 или 4 года, нянька кормила его котлетой, и он страшно капризничал. Ахматова спросила его: «Алеша, вы не любите котлеты?» – с такой интонацией, что он сразу же умолк и стал есть. И никогда больше при ней не капризничал.
У Алексея Баталова и Анны Андреевны сложились прекрасные отношения. Ахматова была его кумиром. В молодости он, подражая ей, даже писал стихи. Алексей был разносторонне одаренным человеком. Брал уроки живописи, нарисовал портрет Ахматовой, его повесили в столовой. Она сама вызвалась ему позировать: «Я хотела предложить вам сделать мой портрет. Мне кажется, вам удаются лица».
Когда Алексей Баталов пришел из армии, оказалось, что штатской одежды у него нет, ходить не в чем. И Анна Андреевна отдала ему свои сбережения со словами: «Купи себе какую-то одежду». Баталов взял и купил себе подержанный «Москвич» — первую в своей жизни машину. Как же отреагировала на это Ахматова? Она посмотрела на машину, которую Баталов поставил под окном, и спросила: «А что, пиджака не было?» Так отреагировать могла только Ахматова…
Когда фильм «Летят журавли» получил в Каннах «Пальмовую ветвь», Алексей уже жил у жены и по возвращении из Франции долго не появлялся в квартире Ардовых на Ордынке. И Ахматова произнесла такую фразу: «Скажите Алеше, что, как и остальные 100 миллионов советских женщин, я хочу его видеть».
Как-то Алексея Баталова спросили, не закружилась ли его голова от славы, и он ответил: «Ну что такое моя популярность в сравнении с величием Ахматовой?»
Из воспоминаний Михаила Ардова, сводного брата Алексея Баталова
Алексей Баталов: Ахматову я видел чаще, чем собственную бабушку…
Интервью с Алексеем Баталовым.
— Мои родители — актеры МХАТа. Когда мне было еще мало лет, моим родителям дали маленькую комнатушку, крыльцо которой выходило прямо во внутренний двор МХАТа. Сквозь огромные ворота в задней стене театра я мог видеть, как на сцене меняют декорации.
В погожие дни актеры проводили здесь свое свободное время. Многие из них забегали к нам в комнату выпить в перерыве чашку чая или поболтать.
В этом дворе я повстречался с женой Чехова. Однажды она подписала мой диплом, правда, при этом она назвала меня дураком.
— Как это?
— Был экзамен, она, старенькая уже, посмотрела наш дипломный спектакль. Все начали ее провожать… Я подошел к ней с почтением, стою перед ней. Она спрашивает: «Где твой диплом?» «У нашего декана». «Неси, я подпишу». «Ну, что вы, Ольга Леонардовна…» — начал я торопливо. «Неси, дурак, потом поймешь», — ответила она.
Ольга Книппер-Чехова
В прошлом году во время репетиции с учениками я обмолвился, что Ольга Леонардовна Книппер-Чехова говорила, как здесь надо играть, и вдруг я вижу, что они сидят, не верят мне. К счастью, отыскал, показал студентам…
Ольга Леонардовна была последним связующим звеном между реальностью и театром, созданным на материале Чехова.
Писательский дом
— Когда мама вышла замуж за Ардова Виктора Ефимовича, я попал в первый писательский дом, который был построен недалеко от храма Христа Спасителя. У нас квартира была на первом этаже и, если окошечко откроешь, сразу начиналась земля.
Это было очень удобно — меня родители выставляли через окно на улицу, и там я играл с пасынком какого-то приходившего к нам в гости дяди. Этим дядей оказался Булгаков. Сверху над нами жил Мандельштам, приходил и рассказывал сказки Юрий Олеша.
Там же я впервые увидел Анну Андреевну Ахматову. Эта тетя с челкой очень отличалась от маминых московских подруг. Ее называли по имени-отчеству. Взрослые ей старались угодить.
Ей отдали самый главный в доме диван. И уже по этому было понятно, что она важный гость. Она забиралась на диван с ногами и возлежала так сколько хотела. У нее были длинные платья, медленные движения, тихий голос. Позже я Анну Андреевну чаще видел, чем собственную бабушку. Но кто такая Ахматова, я не понимал.
…Во время ареста Мандельштама у него была Анна Ахматова, ей не разрешили уйти, она просидела всю ночь, пока шел обыск. А Булгаков только что на стену не бросался — его пьесы не ставили…
— Ваша семья тоже ведь пострадала в тридцатые годы?
— С возрастом передо мной стала открываться реальность. Есть фотография, на которой я стою вместе с мамой и Анной Андреевной. Обе кажутся очень счастливыми. Но теперь я знаю, что в это время уже был расстрелян Гумилев, во второй раз арестовали сына Анны Андреевны.
Уже посажены мой дед и бабушка, которая провела в лагерях более 20 лет лишь за то, что была дворянкой.
Война
Когда началась война, нас у мамы было трое: грудной Мишка, четырехлетний брат и я. В эвакуации я впервые столкнулся с реальной жизнью. Мы ехали в товарном вагоне до Свердловска, жили в лагере для писательских детей. Потом были Чистополь, Казань, Свердловск, Уфа, Бугульма.
Мама переезжала из города в город, услышав, что где-то там жить дешевле. Я работал, помогал водовозу, научился запрягать лошадь. Первую зарплату получил, когда нас послали убирать огурцы.
И если я представляю себе горе и радость, то только потому, что видел настоящее горе и настоящее счастье.
В Бугульме собрали коллектив, который выступал в госпиталях. И так образовался театр, который существует по сегодняшний день. Первое собрание труппы, состоявшей из эвакуированных, артистов, происходило в нашей комнатушке, где в керосиновой лампе без стекла помигивал огонек.
Я работал помощником рабочего сцены. Впервые как актер я вышел на сцену с подносом и с репликой: «Кушать подано». Это было в спектакле по Островскому.
У меня была не иждивенческая карточка, а продовольственная карточка служащего, по которой я получал 200 г хлеба вперемешку с полынью. Я научился колоть дрова, верхом ездить на лошади, убирать, молотить.
Однажды в писательском лагере мама два дня проплакала. Это было в тот день, когда приходила Цветаева, просилась устроиться посудомойкой на работу, на кухню. Ей отказали, и вскоре она повесилась.
Меня стали брать на концерты в госпитали. В память навсегда врезались раненые — я тогда впервые отчетливо понял, что каждый из них пострадал на войне, защищая конкретно меня.
И более счастливого дня, чем День Победы, для меня не было. Это осталось в моем сознании, определило нравственные ценности.
Это сейчас мы ценим холодильники, машины… А тогда цена и мера человеческой жизни были другими — и она навсегда во мне осталась. Я три раза играл в фильмах о войне и все свое понимание войны вложил в свои роли.
«Летят журавли» — самая дорогая для меня картина. Я понимаю, что умирать на экране совсем не то, что умирать в жизни. Но играть в таких фильмах — это прямая возможность поклониться этим людям. И ничего нет важнее, как быть точным, играя такую роль.
В фильме «Летят журавли» у меня роль небольшая, минут на пятнадцать, но все, что мог, я в нее вложил. Моего героя пуля настигает со спины. При этом человек падает вперед. Но Урусевский придумал так, чтобы мой герой падал, цепляясь за березы, и я очень боялся сыграть неправдоподобно.
Но как-то раз после просмотра мне один человек из зрительского зала сказал: «Как вы догадались, что нужно так падать?» Я говорю: «А что?» «Ты прямо меня сыграл. Я как раз за березы цеплялся и падал». Более высокой похвалы и более счастливого дня у меня не было. —
Когда мы вернулись из эвакуации, я пошел в школу, она находилась прямо напротив Третьяковской галереи. Все правое крыло развалилось от бомбы, а в нашем классе на доске были написаны детские задачки.
Я не верил, что из меня получится актер, и учился рисовать. В школе я выпустил газету и повесил ее в уборной, а у нас учились дети Микояна и других больших начальников. Ардову позвонили и сказали, чтоб он меня переводил в другую школу.
Однажды в коридоре появились странные люди, они выбирали ребят для съемок в фильме «Зоя». И на съемки разрешалось брать только хороших учеников. За всю следующую неделю я выучил больше, чем за всю жизнь. Когда пришел день отправлять ребят на киностудию, я был в их числе.
— Вы предпочли кино театру?
— Во МХАТе даже ведущие артисты годами сидели без ролей. Я уехал к Иосифу Хейфицу — он из меня сделал актера. Я учился режиссуре. Хейфиц говорил,что в столе должно лежать три сценария, тогда один из трех получится. Хейфиц меня потом позвал в «Даму с собачкой».
— За что вы любите Чехова?
— Чехов жил поперек реальности. Однажды он закашлялся, когда писал, и на рукопись упали капельки крови. Чехов как врач понимал, что это туберкулез. Но он отправился на Сахалин — даже не в поезде, а на лошадях, останавливался в каждом остроге и пытался провести перепись заключенных.
Этот нравственный пример передается из поколения в поколение. По таким людям, как он, в мире судят о нас, русских.
Не обязательно, чтобы вся нация состояла из апостолов, но обязательно, чтобы были избранные. Чтобы кто-то предстоял пред Господом, как Серафим Саровский.
Когда начал видоизменяться Художественный театр, к бюсту Чехова, что стоял в фойе театра, перестали класть цветы, потому что его герои никак не соответствовали советским представлениям о человеке будущего.
«Даму с собачкой» не хотели запускать ни за какие деньги по той же причине. У моего героя двое детей, а он ходит к какой-то дуре с собачкой. Однажды даже в «Крокодиле» написали, что некий режиссер Х. увлекся дамой с песиком и не нашел более интересной темы в нашей бурной жизни. Хотя, конечно, моему герою подражать не надо…
— Какие отклики вызывали ваши роли?
— За все мои роли меня ругали. Но в фильме «Москва слезам не верит» я совершил героический поступок — первым из актеров с голым задом появился на советском экране. В сцене, где мы пьянствуем, я сижу в плаще, одетом на голое тело. Но потом все это вырезали, сказали, что рабочий такого уровня не должен ходить голым и пьянствовать.
Олег Табаков очень смешно сыграл в фильме поклонника главной героини. Даже слишком смешно, поэтому его роль тоже покромсали. Спустя время я узнал, что вырезанные куски руководство «Мосфильма» показывало высокому начальству.
— Ожидали ли вы, что фильм будет иметь такой успех?
— Конечно, невероятно, что и спустя четверть века фильм помнят и любят. Этого успеха предугадать было нельзя. Мы полагали, что делаем негромкий фильм о судьбе женщины в Москве. Кстати, картина с похожим сюжетом уже была, в ней играли Гурченко и Джигарханян.
И вдруг на наш фильм валом повалила публика. Другие режиссеры стали завидовать Меньшову, и когда ленту выдвинули на «Оскара», распустили слух, что американцы ни за что не дадут премию фильму про советскую женщину и советского рабочего.
Ни режиссера, ни его жену Веру Алентову на вручение «Оскара» не отправили. (Точно так же не отправили съемочную группу кинофильма «Летят журавли» на получение пальмовой ветви в Канны). Все успокоились и перестали нервничать.
Началась церемония вручения «Оскаров». И ведущий неожиданно объявляет, что «Москва слезам не верит» получает награду. От нас никто не выходит. Пауза. И по ступеням начинает подниматься какой-то человек, не выражающий особой радости по поводу этого события. Это был второй советник какого-то третьего нашего посла. Когда объявили его должность, в зале раздался гомерический хохот.
Кинопроизводство у нас было государственное, и ни Меньшову, ни Хейфицу за «Даму с собачкой», ни Калатозову за «Летят журавли» наград не досталось. Эти призы хранились в министерстве кинематографии.
— Что стало с вашей квартирой на Остоженке?
— Хотелось бы, чтобы там был музей Анны Андреевны. У нас она жила долго. На книгах подписывала «Москва, Ордынка». Умерла она при моей матушке. Больше никого не было. Анне Андреевне должны были сделать укол, и она отправила маму в коридор, сказав, что в этом ничего нет красивого. Через минуту ее не стало.
У нее с мамой была глубокая связь, Анна Андреевна ей доверяла. После смерти мамы мы нашли книги с дарственной подписью Ахматовой «Ниночке, которая про меня знала все». И мама ничего о ней не сказала лишнего — только то, что хотела Анна Андреевна.
— Правда, что Лев Гумилев ревновал к вам свою мать?
— Лев в одном письме обиженно написал, что он просил мать что-то привезти ему в тюрьму, а Анна Андреевна передачу не прислала, а артисту купила машину.
Насчет машины это правда. Когда я вернулся из армии, она мне дала деньги, чтобы я купил что-нибудь из одежды. Но я купил не пиджак, а старый «Москвич» и пригнал под окна своего дома. Поднялся в квартиру, подошел к Анне Андреевне и говорю: «Я купил машину». Пауза.
Потом она поворачивается ко мне и говорит: «По-моему, это великолепно». И если она не присылала чего-то Леве, то только потому, что это не полагалось.
— Как читала стихи Ахматова?
— Анна Андреевна читала стихи совершенно ни на кого не похоже, не прибавляя и не убавляя интонации, как будто она читает чужие стихи, но с уважением, никак не украшая их. От этого строчки казались еще более возвышенными. Ахматова говорила, что стихи ей как будто кто-то диктовал. То же самое говорил Пушкин.
Мы после войны поехали с ней вдвоем на «Москвиче» в Царское Село. После войны она как бы рассталась навсегда с местами своей молодости. В ее стихах 44-го года есть слова: «На прошлом я черный поставила крест».
Так что ее намерение побывать в Царском Селе для меня было совершенно неожиданным. Там все было разрушено, все заросло. Она показывает на кусты и говорит: «Вот его лавочка!»
— Кого? — Пушкина. Здесь он сидел. Я полез в кусты и действительно увидел железную скамейку, поставленную еще в лицейские времена. Она шла как человек, оказавшийся на пепелище сожженного дома.
— Сейчас все говорят, что культура убывает, умирает…
— Культура жива. Просто время от времени она может как бы скрываться из виду, как подводный ручеек…
Я общался с Дмитрием Лихачевым, когда его назначили председателем Российского фонда культуры. И он говорил, что надо спасать библиотеки, но, говоря библиотеки, делал ударение на букве «о».
«Зачем библиотеки спасать, когда люди перестали читать?» — спросил я нахально. Лихачев поворачивается и говорит: «Однажды придет Ломоносов — а больше и не надо — и нужно, чтобы когда он пришел, книжка была на месте».
— Как вы относитесь к последней постановке «Мастера и Маргариты»?
— Можно ставить «Мастера и Маргариту» по-разному. Булгакова начали снимать как для массовой культуры. Но придет и другое время.
Когда умер Пушкин, было решено издать его полное собрание сочинений, но книги не были выкуплены. Все не сразу делается.
И очень образованные немцы поняли только через сто лет, кто такой Бах. А Моцарта в Вене поначалу играли на окраине.
— Ради чего стоит жить?
— Чтобы найти себя.
— Как найти себя в жизни?
— Делайте то, что вам интересно, от чего радостно. Так мне многие говорили. И так обретается дело, которое никто лучше вас не сделает, а дальше ему надо служить.
Меня окружали люди дела. Оператор Москвин, который работал вместе с Сергеем Эйзенштейном, умел вытачивать даже линзы для кинокамер, например. У него токарный станок стоял в квартире. Его поднимали на третий этаж строительным краном. Этот станок он запирал на замок от жены.
— Хотели бы вы жизнь прожить по-другому?
— Доживя до своего возраста, я открыл совершенно невероятную вещь. На склоне лет выясняется, что все, что с вами происходило — тяжелого, ужасного, иногда невыносимого, — это звенья одной цепи, которая называется ваша жизнь.
Нельзя выбросить ни одно звено. Она только тогда будет ваша, если все звенья останутся на месте. Даже тяжелейшие периоды жизни принесли что-то бесценное. Но надо дожить до старости, чтобы понять, как все тонко и взаимосвязано вокруг.
Ни за что на свете, как говорил поэт, мне не нужна другая судьба кроме той, которую мне подарил Бог в России.
Из сети
«Я хорошо прожил свою жизнь. Да, небогато, без больших карьерных всплесков, но я никого не оскорбил, ничем не поступился. Есть люди, которые вспомнят меня добром. А это не так уж мало, правда ?
Дожив до своего возраста, я открыл совершенно невероятную вещь. На склоне лет выясняется, что всё, чтo с вами происхoдилo — тяжелого, ужасного, иногда невыносимого, — это звенья одной цепи, которая называется ваша жизнь. Нельзя выбросить ни одно звено. Она только тогда будет ваша, если все звенья останутся на месте.
Даже тяжелейшие периоды жизни принесли что-то бесценное. Но надо дожить до старости, чтобы понять, как всё тонко и взаимосвязано вокруг. Ни за что на свете, как говорил поэт, мне не нужна другая судьба, кроме той, которую мне подарил Бог».
