Р А С С К А З
У кота Васьки настроение с самого утра было хуже некуда. Всё началось с того, что хозяйка кинула в него тапок. За то, что совершенно нечаянно разбил банку со сметаной.
«Подумаешь, сметаны пожалела, вон корова сколько молока даёт, ещё сметана будет. А ей какой-то банки жалко. Да ещё и словами некрасивыми обозвала: наглая рыжая морда. Ну рыжая — ещё куда ни шло, но наглая — это уж слишком, а морда — вообще ни в какие ворота!»
Потом хозяйский внук Дениска посягнул на святая святых — Васькины усы. Такой наглости кот не смог стерпеть: когти как-то сами собой выпрыгнули и царапнули Дениску. На рёв выбежала хозяйка, и Васька едва смог увернуться от второго за утро тапка.
Окончательную точку поставил хозяин. Он схватил кота за шиворот при попытке вытащить из ведёрка рыбу, которую наловил утром на речке. У Васьки аж дух перехватило.
«Ну всё! Злые вы, уйду я от вас! Буду гулять сам по себе, как кошка у Киплинга.» Любовь полежать в книжном шкафу не прошла даром.
Васька был знаком, хоть и не лично, со многими писателями. В основном по запахам: Верн пах путешествиями, Грин — морским прибоем, Пришвин — лесом. Глядя на книги, Васька иногда сердился на хозяев за своё имя.
«Да каждого второго кота так зовут! Нет чтобы дать какое-нибудь звучное, например: Леопольд или Базилио. А то — Васька…никакой фантазии.» Вот если бы он сам выбирал себе имя, то назвался бы Ихтиандром. Не то, чтобы он очень любил воду, просто попахивало от этого имени свежей рыбкой.
Он нахмурился и решил, что уходить надо красиво и достойно. Взъерошив шерсть на загривке и подняв трубой хвост, он гордо прошествовал в открытую калитку. Все мосты были сожжены.
Васька сел и задумался. Перспектива гулять самому по себе ему вдруг разонравилась. Сам-то оно сам, но надо найти угол, чтобы можно было почувствовать, что у тебя есть дом. И если на то пошло, должен же он где-то спать. Ну не под забором же, как бездомный кот.
И Ваську пронзила полная романтики мысль: а что если поискать новых хозяев? И хоть она попахивала предательством по отношению к старым, но дух авантюризма, коего у Васьки было с избытком, возобладал над разумом. И он побежал вниз по дороге в поисках новых хозяев.
Соседский дом Васька окинул презрительным взглядом и фыркнул. «Ну уж нет, этот мне не подходит!» Слишком яркими были воспоминания, когда сосед, тракторист Николай, обещался, дословно, «повыдергивать все лапы, какие есть, этому рыжему комку меха или сдать на опыты». Всего-то из-за украденной сосиски. Ни один из предложенных Николаем альтернативных вариантов Ваське явно не улыбался, и иметь такого хозяина — упаси господи.
Он чуть ускорил свой бег и свернул на соседнюю улицу. Из дома в глубине сада доносилась тихая музыка. Васька заглянул в приоткрытую дверь и увидел ветеринара Семёна, ярого пропагандиста здорового образа жизни, ведущего кружок йоги в деревенском клубе.
Семён сидел на полу в позе лотоса, на его лице была блаженная улыбка. Ваське понравилась музыка, но когда он представил себе, как будет сидеть в такой же позе, у него вдруг свело задние лапы и нервно задёргался хвост. Он, конечно, как всякий уважающий себя кот, за здоровый образ жизни, но без излишеств в виде выворачивания лап, хвоста и других частей тела.
Васька попятился назад и через сад побежал к речке. На мгновение ему почудился сладковатый, дурманящий запах парного молока, и он остановился и принюхался. Так вот откуда этот сводящий с ума аромат! Неподалёку находилась молочная ферма.
Ведомый запахом, как компасом, Васька пробрался во двор фермы и блаженно закрыл глаза в предвкушении лакомства. Но когда он медленно открыл их, есть вдруг сразу расхотелось. Перед ним стоял и в упор смотрел на Ваську бык Терминатор, местная достопримечательность и гроза всего живого. Глаза быка налились кровью, а ноздри раздувались, как кузнечные меха.
Ясное дело, ничего хорошего можно не ждать. У Васьки поник хвост и уши предательски прижались к голове. Такой прыти он от себя не ожидал, но буквально через мгновение уже мчался прочь от злосчастной фермы, даже не думая о том, бежит ли за ним Терминатор.
Он остановился только после того, как силы были на исходе, и оглянувшись назад увидел, что преследования нет. Лапы подкосились, и он упал в траву.
Нужна была небольшая передышка. И тут взгляд его остановился на доме напротив. Красивый, ухоженный двор, море цветов, на окнах воздушные занавески. Милый, уютный домик.
И Васька вспомнил, что здесь живёт учительница Светлана, молодая симпатичная брюнетка с большими добрыми глазами, которая не раз угощала его чем-нибудь вкусненьким. Светлана любила музыку и романы Бронте и Остин, носила красивые платья и пекла очень вкусные пироги.
Но был у неё один существенный недостаток — собака Дамблдор. «Тьфу ты, что за имя, пока выговоришь — язык сломаешь.» Если вы подумали, что это грозный, здоровенный пёс, то ошиблись. Такое звучное прозвище носило маленькое, тщедушное существо с глазами- бусинками. Васька далеко не с чувством умиления вспомнил, как Дамблдор всякий раз то и дело норовил облизать его кошачью персону. От таких воспоминаний он сел и начал умываться.
И вдруг ему стало до обидного жалко самого себя. Вот ходит он как неприкаянный, никому не нужный. Уже и лапы что-то разболелись, спину заломило, а новых хозяев так и не нашёл.
Васька понуро поплёлся в обратном направлении. «Может моего ухода никто и не заметил, проберусь тихонько, будто никуда и не уходил.»
Но подойдя к калитке, он отчётливо услышал, как хозяйка ругала хозяина: «Рыбы он пожалел! Что, в речке вся повывелась что ли? Завтра снова пойдёшь и наловишь! Где его теперь искать?»
Васька осторожно заглянул во двор, виновато опустив голову.
«Ой, ну вы посмотрите, кто вернулся! Нагулялся, поганец ты эдакий! Ладно уж , заходи, оголодал небось.» И хозяйка поставила перед Васькой блюдечко с молоком. Жизнь возвращалась на круги своя.
Наталия Нарута
