Заветное желание. Автор: Странник

размещено в: Праздничные истории | 0

Заветное желание

Она стояла у витрины магазина, и как зачарованная смотрела на куклу в ней.
Ещё бы! Ведь девочка жила очень бедно, с одной только бабушкой. Ну, а мама её погибла 3 года назад под колесами автомобиля пьяного водителя, который и сам разбился насмерть, так что судить было некого. Из игрушек у неё были только старая мягкая игрушка, заяц, да кукла подаренная бабушкой на прошлый День Рождения. Так что Света очень хотела новую куклу, и каждый раз, возвращаясь со 2 смены в школе, останавливалась у этой витрины, ведь магазин находился в самой остановки автобуса.

Конечно, малышка понимала, что никто ей эту куклу не подарит, разве что Дед Мороз, которому она написала письмо. Правда…почерк у второклассницы был не очень красивый. Но Света надеялась, что Дедушка Мороз всё поймет и исполнит её желание. И она даже не догадывалась, что письмо, которое малышка сунула в почтовый ящик, застряло в его щели, а после и вовсе выпало и было унесено шаловливым ветром далеко-далеко. И никогда его уже не получит Дед Мороз, и куклу малышке никто не принесёт. Но зима-время волшебства и чудес. А потому—чудо произошло. А как?? Об этом ниже.

Так получилось, что то самое письмо попало в руки одного молодого парня. Он был женат и любим, но—увы и ах!—бездетен. Так вышло, что ни он, ни его горячо любимая супруга детей иметь не могли. Никаким образом. А из детского дома брать ребенка они не решались, боясь оказаться плохими родителями. Он—охранник, а супруга работает швеёй . И вот, идя рано утром с ночной смены Костя обратил внимание на лежащий у обочины шоссе конверт, с написанным явно детской рукой адресом: «Дедушке Морозу от Светы, г. Великий Устюг, Вологодская область, Россия,162340.» И на нём был обратный адрес малышки!

Он уже решил было отнести это письмо на почту, но было воскресенье, и почты не работали. Так письмо и осталось в кармане его формы. А днём Дарья(так звали Костину жену) взяла его форму постирать, да и проверяя перед стиркой карманы, нашла то самое письмо. И когда муж проснулся, расспросила его, откуда оно у него. Ну он ей всё и рассказал.

Тут ещё надо сказать, что и Константин и Дарья были людьми верующими, и весьма добрыми. И решили они, прочитав письмо, эту самую куклу Свете купить. Уж очень растрогало их её письмо к Деду Морозу. Оставалось только решить, как Свете эту куклу передать. Ведь нужно было сделать так, чтоб подарок был именно от Дедушки Мороза.

Вначале Костя решил нанять человека изображающего Деда Мороза, и вручив ему куклу, отправить по адресу из письма. Но оказалось, что все Деды Морозы в их небольшом городке уже заняты. Затем обратился в городской театр с предложением кому то из артистов сыграть Деда Мороза. Да только все они тоже были заняты в спектаклях и на корпоративах. И что делать??

В итоге Даша посоветовала мужу просто арендовать в том же театре костюм Деда Мороза и самому отправиться к малышке с куклой. Он так и поступил. Руководство театра пошло ему навстречу, и арендовало один из запасных костюмов.

И вот, 31 декабря в двери дома, где жила Света с бабушкой Инной Андреевной, постучали. Малышка в это время крутилась на кухне, «помогая» бабушке готовить праздничные блюда.
Но однако сразу услышала стук в дверь. И конечно, любопытная как все дети, побежала посмотреть, кто там стучит.

Она влезла на принесённую табуретку, и посмотрела в глазок на двери. От её вопля: «Бабушка!!! Там Дед Мороз пришёл!!!» у бабули аж ложка из рук выпала! И она ,наскоро вытерев руки, направилась к двери. Конечно, бабушка знала про письмо внучки, но будучи человеком взрослым, в Деда Мороза не верила.

Однако заглянув в дверной глазок, она действительно увидела за дверью его. И решив, что он просто ошибся адресом, приоткрыла дверь, оставив на цепочке. А Костя/Дед Мороз, увидев, что дверь открыли, сказал: «Здравствуйте! Здесь живёт девочка Света, которая написала мне письмо??».

Малышка радостно закричала: «Да! Это я, Дедушка!» А Инна Андреевна спросила: «Вы точно к нам?? В соседнем доме тоже есть девочка по имени Света.» Но Дед Мороз достал из кармана ТО САМОЕ письмо. И бабушка сразу же узнала почерк внучки. Так что, всё ещё недоумевая, откуда пришёл Дед Мороз, она открыла дверь .

Дедушка Мороз зашёл, снял валенки и прошёл в зал, к красавице ёлке. Там он сказал: «А где же стул для меня. Я ведь старенький, устаю стоять». Света мигом поспешила за стулом. Бабушка, пока внучка вышла, успела перекинуться с Костей/Дед Морозом парой слов. Он объяснил бабушке, что нашёл письмо девочки на улице, видно вывалилось из почтового ящика.

И решили он с женой куклу малышке купить и подарить . Ну а раз она просила о ней Деда Мороза, то он и пришёл. Да и вообще, жалко ему Свету.
Тут вернулась Света со стулом. Она сказала: «Вот тебе, Дедушка, мой любимый стульчик.» О́н ответил: «Спасибо, внученька». Затем, усевшись на стульчик, Дед Мороз продолжил: «Ну рассказывай ,Света. Как себя ведёшь, как учишься? Да только честно.» И малышка ответила: «Веду я себя очень хорошо, помогаю бабушке. И учусь тоже. Вот только математика мне никак не даётся. И физкультура, не могу нормально бегать-не в чём. А так хорошо.» Дед Мороз повернулся к Инне Андреевне: «Ну а бабушка ничего добавить не хочет??»

Бабуля серьёзно, с трудом сдерживая улыбку, сказала:» Всё правильно. Внучка хоть и та ещё егоза, но в целом хорошая и послушная девочка.» Тут Дед Мороз снова заговорил: «Ну раз так, тогда вот тебе, внученька, подарок, что ты просила.» И с этими словами он извлёк из своего мешка именно такую куклу, как и хотела малышка. Девочка запрыгала от радости!! Ну а бабушка была в шоке. Ведь это была ОЧЕНЬ дорогая кукла. Но Дед Мороз снова полез в мешок. И из мешка появились: набор детской косметики для Светы, тёплые мягкие тапочки для бабушки, и коробка очень красивых ёлочных шаров для их домашней ёлочки! Теперь радовалась и бабушка!! И даже будто враз помолодела…

Ну а после ,Деда Мороза накормили, напоили чаем и проведя несколько часов в радушном общении, он отправился домой. Там Костя рассказал Даше о Свете, и Инне Андреевне. Как бедно они живут. И предложил он Даше малышку усыновить. И она сказала что не против, вот только ей самой охота познакомиться с девочкой. В общем, на Рождество Христово в дверь жилья Инны Андреевны и Светочки снова постучали. А когда бабушка заглянула в глазок, то увидела там…двух Ангелов(с костюмами снова выручил всё тот же театр). Это, конечно, были Костя и Даша.

Бабушка, узнав Костю, открыла дверь и впустила гостей. Тут из комнаты выбежала Света. И к гостям!! Ну а те, радостно улыбаясь, взяли её за руки и пошли в комнату, к ёлочке. Там ангелы достали из карманов своих одеяний подарки.
Светочка получила красивый серебряный браслет, а Инна Андреевна—чудесные серьги со сверкающим горным хрусталём. А ещё…ангелы спели чудесную песню о том, что чудеса случаются. Но только там, где в них верят. А когда девочка ненадолго вышла, Костя представил её бабушке свою жену, Дарью, и рассказал о их желании усыновить Свету, ведь своих детей у них быть не может. А малышка им очень, очень понравилась!

Ну а Инне Андреевне пришлись по душе Константин и Дарья. Она была бы рада видеть их приемными родителями Светочки. И она дала своё согласие. Тут в комнату вернулась девочка, и праздник продолжился. А напоследок супруги пригласили бабушку с внучкой в гости. И собравшись, пошли домой.

А несколько дней спустя, Света с Инной Андреевной побывали в гостях у Кости и Даши. И им обеим очень понравилось уютное жилище супругов. А особенно-то, что у Светы будет своя, и немаленькая комната. С тех пор они часто ходили друг другу в гости, а будущие родители малышки потихоньку оформляли все бумаги на усыновление.

И вот, под самый Светин День Рождения ,в конце мая Инна Андреевна с девочкой пришли в очередной раз погостить у Кости и Даши. И они, оставив Свету играть в комнате, позвали её бабушку на кухню. А там…показали ей уже готовые документы на усыновление! Инна Андреевна аж прослезилась.

Они все втроём вернулись в комнату к малышке, и бабушка сказала: «Ну что ж, внучка. Знакомься. Теперь дядя Костя и тётя Даша…твои мама и папа! По настоящему! Навсегда!» От Светиного вопля «Мамочка!!!! Я так тебя ждала!!» в окнах зазвенел стёкла. Девчушка бросилась на шею Даше ,стала обнимать и целовать её. Бабушка заплакала, да и Костя украдкой смахнул слезу. Малышка услышала что бабушка плачет, слезла с маминых рук и подойдя, обняла бабулю: «Бабушка! Почему ты плачешь? Тебе больно?» А она ответила: «Нет, моя хорошая. Я плачу от счастья! От него тоже порой плачут. »

Так благодарю милости Божией, и одному неотправленному письму Деду Морозу у маленькой 8 летней Светы появились сразу мама и папа, у её бабушки—дом, где ей всегда рады, а у Константина и Дарьи маленькое солнышко, дочурка. И никто и никогда не напомнил ей, что она-не родная.

На этом заканчивается эта реальная история.

Автор желает благословений Божиих всем прочитавшим её, а также искренне желает, чтоб у всех деток Земли были родители и родной дом.

Искренне ваш-Странник.

Поделиться с друзьями:

Царская кровь. Автор: Олег Букач

размещено в: О добрых людях | 0

Царская кровь
Олег Букач

Если Семёна или Наталью Романовых спрашивали, а уж не царского ли они рода, то он, едва улыбнувшись шутке, ответствовал, что нет, конечно, ибо те Романовы были мучениками и страстотерпцами. За то и причислены к лику святых православной церковью были.
А у них в семье какая там святость? Он «шОфером» на грузовике работает, Наталья вообще дома с «дитями» сидит.
Она же рот ладошечкой прикрывала, смеялась коротко, а потом говорила, что в девках вообще-то Голицыной была (тоже, кстати, не последняя фамилия в нашем царстве-государстве), эт она по мужу Романова-то.

Чего спрашиваете? Зачем фамилию поменяла? Как это – зачем? Или мы не крещёные! Нельзя, чтобы в одной семье и разные фамилии были: муж и дети, все семеро, стал быть, Романовы, а она, как приблудная какая-то, рядом?..
Чего спросили? Про детей? Да, семеро у них: три парнишоночка и четыре девки. Все разномастные, но конопатые одинаково. Наталья говорила, что это в неё они: она в детстве на дроздиное яйцо похожа была.

Кормильцем в доме был один отец, потому как из матери какая уж там работница. Дети, двор, дом – всё на ней. Хотя, справедливости ради, надо сказать, что дети романовские – золото. Первые помощники родителям и в доме, и во дворе, и в огороде. И послушные все как один.

Обедать Семён всегда домой приезжает. К этому времени всё уже готово, но за стол без отца не садятся. Когда к еде приступают, то процессом руководит он же – глава семьи:
— Миш, сопли-то в ложку не роняй, пересолишь…
— Варь, дочк, а ты с хлебом ешь, вкуснее будет, потому как мать пекла, а хлеб у неё всегда удаётся.
— Ну, как день ваш идёт? Всё ли мирно да чинно?
Наталья первая отвечает:
— Всё хорошо у нас, отец. Девчонки он какой борщ сварили. Я и не прикасалася. А мальчики во дворе чего-то там стучали-хозяйничали.
Тут Светка, самая досужая из сестёр, встревает:
— Ага, мирно! Стёпочка наш с Петькой Мышкиным подрался.
Отец молчит, только косой взгляд на Степана бросил, и тот отвечает:
— Да, папочкин, думаешь не обидно, что он Аньку нашу «хрЕновой царевной» назвал! Ты бы не дрался, что ли?
Отец чуть только бровью повёл и кивнул. Степан понял, что «конечно бы…»

Когда обед окончен и ложки облизаны, из-за стола не встают, а ждут, когда отец скажет:
— Нам с вами, Романовы, в жизни каждому по два раза повезло. Первый раз, когда мы родились и белый свет увидели. А во второй, когда наша мама нашей мамой быть согласилася, от так от, ребяты…

Первым из-за стола вскакивает Васенька, самый младший, ему скоро полтора исполнится, бежит к матери, обнимает её за ноги и лопочет. Говорит он так, что только Светка его понимает и переводчиком в семье работает.
— Свет, чё Васенька сказал-то сейчас? – кто-нибудь из детей спросит.
— «Мамочка, — говорит, хулибашечка, дай я тебя «стрикну», — Светка отвечает.
— А «стрикну» — это чё?
— Чё-чё! «Поцелую» значит, чё непонятного-то!
— А «хулибашечка» тогда чё?
Светка молчит немножко, потом отвечает:
— Это самое хорошее, что он сейчас придумал.
Всё. Обед закончен. Все пошли жить до вечера.

А сегодня, с самого утра, Верка Петракова по делу пришла. Она в деревне-то нашей недавно, потому как за вдовца Петракова нашего замуж вышла старой девою и к нам в деревню перебралась. Вот теперь и старается во всю перед «молодым мужем» показаться как следовает.
— Я чё с утра заявилася, Наталья! Стирку тут затеяла, а мыла хозяйственного не хватит. Не одолжишь до завтрева? Мой купит и занесёт.
— А чё ж не одолжить-то, — Наталья отвечает, а сама у окна сидит, чулок овечий вяжет. Зима ведь скоро, а ног в доме восемнадцать. – Он там, у шкапике возьми…
Верка мыло взяла, понимает, что сразу уходить невежливо, потому на табуретку присела, короткий разговор завела:
— Твой-то где? На работе, ли чё?..
Наталья не торопится, от спиц вязальных не отрывается и говорит:
— Не, в город поехал…
— По делам или как? Ночевать там останется или домой воротится? – любопытствует Верка.
Легко так вздохнул Наталья, очами яркими синими в Веркину сторону сверкнула:
— Какое там – ночевать! С дитём-то на руках! Жду вот часа через два уже.
Веркины очи птичьи круглые ещё больше круглятся:
— С каким-таким дитём-то, Натаха?

Молчит Наталья, и Верка молчит. Слышно только, как часы настенные тикают. А в такт этому «тику-таку» кот, что на циферблате нарисован, по сторонам глазами стреляет. Наталья отвечает:
— Из Дома малютки позвонили, сказали, что отказничок появился, будем, нет ли брать-то.
Верка ахнула и почти закричала:
— Да куда ж вам! Своих семеро, ещё восьмого берёте, приблудного…
Хмурится Наталья и уже не так дружелюбно отвечает:
— Не приблудный он, а наш. Мы уже и имя для него с Сеней сочинили, Ильёй Семёнычем Романовым будет.
— Да чё вы удумали-то, Натаха! Их же матеря-кукушки почитай каждый день в чужие гнёзда подкладывают. Всех не обогреешь!
— Не, Вер, не каждый. Редко так бывает. В нашей с Сеней жизни только восьмой раз. А мы, чё ли, не русские люди, штоп за детей душою не болеть…

Поделиться с друзьями:

Михаил Зощенко. Ёлка

размещено в: Праздничные истории | 0

Михаил Зощенко

«Ёлка»

В этом году мне исполнилось, ребята, сорок лет. Значит, выходит,
что я сорок раз видел новогоднюю ёлку. Это много!
Ну, первые три года жизни я, наверно, не понимал, что такое ёлка. Наверно, мама выносила меня на ручках. И, наверно, я своими чёрными глазёнками без интереса смотрел на разукрашенное дерево.

А когда мне, дети, ударило пять лет, то я уже отлично понимал, что такое ёлка. И я с нетерпением ожидал этого весёлого праздника. И даже в щёлочку двери подглядывал, как моя мама украшает ёлку.

А моей сестрёнке Леле было в то время семь лет. И она была исключительно бойкая девочка. Она мне однажды сказала:

— Минька, мама ушла на кухню. Давай пойдём в комнату, где стоит ёлка, и поглядим, что там делается.

Вот мы с сестрёнкой Лелей вошли в комнату. И видим: очень красивая ёлка. А под ёлкой лежат подарки. А на ёлке разноцветные бусы, флаги, фонарики, золотые орехи, пастилки и крымские яблочки.

Моя сестрёнка Леля говорит:
— Не будем глядеть подарки. А вместо того давай лучше съедим по одной пастилке. И вот она подходит к ёлке и моментально съедает одну пастилку, висящую на ниточке. Я говорю:

— Леля, если ты съела пастилочку, то я тоже сейчас что-нибудь съем. И я подхожу к ёлке и откусываю маленький кусочек яблока. Леля говорит:

— Минька, если ты яблоко откусил, то я сейчас другую пастилку съем и вдобавок возьму себе ещё эту конфетку.

А Леля была очень такая высокая, длинновязая девочка. И она могла высоко достать. Она встала на цыпочки и своим большим ртом стала поедать вторую пастилку. А я был удивительно маленького роста. И мне почти что ничего нельзя было достать, кроме одного яблока, которое висело низко. Я говорю:

— Если ты, Лелища, съела вторую пастилку, то я ещё раз откушу это яблоко. И я снова беру руками это яблочко и снова его немножко откусываю. Леля говорит:

— Если ты второй раз откусил яблоко, то я не буду больше церемониться и сейчас съем третью пастилку и вдобавок возьму себе на память хлопушку и орех. Тогда я чуть не заревел. Потому что она могла до всего дотянуться, а я нет. Я ей говорю:

— А я, Лелища, как поставлю к ёлке стул и как достану себе тоже что-нибудь, кроме яблока.

И вот я стал своими худенькими ручонками тянуть к ёлке стул. Но стул упал на меня. Я хотел поднять стул. Но он снова упал. И прямо на подарки. Леля говорит:

— Минька, ты, кажется, разбил куклу. Так и есть. Ты отбил у куклы фарфоровую ручку.

Тут раздались мамины шаги, и мы с Лелей убежали в другую комнату. Леля говорит:

— Вот теперь, Минька, я не ручаюсь, что мама тебя не выдерет.
Я хотел зареветь, но в этот момент пришли гости. Много детей с их родителями. И тогда наша мама зажгла все свечи на ёлке, открыла дверь и сказала:

— Все входите.
И все дети вошли в комнату, где стояла ёлка. Наша мама говорит:

— Теперь пусть каждый ребёнок подходит ко мне, и я каждому буду давать игрушку и угощение.

И вот дети стали подходить к нашей маме. И она каждому дарила игрушку. Потом снимала с ёлки яблоко, пастилку и конфету и тоже дарила ребёнку. И все дети были очень рады. Потом мама взяла в руки то яблоко, которое я откусил, и сказала:

— Леля и Минька, подойдите сюда. Кто из вас двоих откусил это яблоко? Леля сказала:

— Это Минькина работа.
Я дёрнул Лелю за косичку и сказал:

— Это меня Лелька научила. Мама говорит:
— Лелю я поставлю в угол носом, а тебе я хотела подарить заводной паровозик. Но теперь этот заводной паровозик я подарю тому мальчику, которому я хотела дать откусанное яблоко.

И она взяла паровозик и подарила его одному четырёхлетнему мальчику. И тот моментально стал с ним играть. И я рассердился на этого мальчика и ударил его по руке игрушкой. И он так отчаянно заревел, что его собственная мама взяла его на ручки и сказала:

— С этих пор я не буду приходить к вам в гости с моим мальчиком. И я сказал:

— Можете уходить, и тогда паровозик мне останется. И та мама удивилась моим словам и сказала:

— Наверное, ваш мальчик будет разбойник. И тогда моя мама взяла меня на ручки и сказала той маме:

— Не смейте так говорить про моего мальчика. Лучше уходите со своим золотушным ребёнком и никогда к нам больше не приходите. И та мама сказала:

— Я так и сделаю. С вами водиться — что в крапиву садиться. И тогда ещё одна, третья мама, сказала:

— И я тоже уйду. Моя девочка не заслужила того, чтобы ей дарили куклу с обломанной рукой. И моя сестрёнка Леля закричала:

— Можете тоже уходить со своим золотушным ребёнком. И тогда кукла со сломанной ручкой мне останется. И тогда я, сидя на маминых руках, закричал:

— Вообще можете все уходить, и тогда все игрушки нам останутся. И тогда все гости стали уходить. И наша мама удивилась, что мы остались одни. Но вдруг в комнату вошёл наш папа. Он сказал:

— Такое воспитание губит моих детей. Я не хочу, чтобы они дрались, ссорились и выгоняли гостей. Им будет трудно жить на свете, и они умрут в одиночестве. И папа подошёл к ёлке и потушил все свечи. Потом сказал:

— Моментально ложитесь спать. А завтра все игрушки я отдам гостям. И вот, ребята, прошло с тех пор тридцать пять лет, и я до сих пор хорошо помню эту ёлку. И за все эти тридцать пять лет я, дети, ни разу больше не съел чужого яблока и ни разу не ударил того, кто слабее меня. И теперь доктора говорят, что я поэтому такой сравнительно весёлый и добродушный.

иллюстр. Николай Устинов

Поделиться с друзьями:

Там тебе будет хорошо. Автор: Наталия С.

размещено в: Про собак | 0

Там тебе будет хорошо

В большом старинном сибирском городе жила пожилая пара, Алексей Петрович и Валентина Фёдоровна. Сын и дочь давно выросли и выпорхнули из родительского гнезда, обзавелись своими семьями, стали сами родителями со своими хлопотами и заботами. Жили старики тихой, размеренной жизнью и было бы им совсем скучно и одиноко в опустевшей квартире, если бы…

Выйдя на пенсию, Алексей Петрович решил исполнить свою давнюю мечту — завести собаку, поскольку времени для серьёзного домашнего питомца у него теперь было предостаточно. Сын приезжал не часто, а дочь, жившая в другом городе, и того реже, не виделась с родителями годами.

По случаю выхода отца на пенсию собралась вся семья, и дети вручили подарок, который он так ждал. Это был чистокровный щенок немецкой овчарки с документами, прививками и "приданным" — амуницией, мисками, игрушками — всё, как положено и как он мечтал.

Петрович радовался, как ребёнок, больше, чем его внуки. Вместе с женой они любовались на это лопоухое чудо, хлопотали над ним, смеялись, сразу помолодев на добрый десяток лет, словно в семье вновь появился ребёнок. Вместе придумали имя щенку, теперь его звали Урал.

Так начался новый этап в их жизни, их стало трое. Время летело быстрокрылой птицей. Оно приносило новые заботы, а, главное, неизвестные ранее двум пожилым людям радости, которые умеют дарить с лихвой домашние питомцы своим любимым хозяевам.

Собаки растут быстро, почти так же, как летит время. Урал превратился в холёного красавца. Это был яркий представитель своей породы — сильный, смелый, умный пёс, освоивший все грамоты собачьей премудрости.

Петрович занимался с Уралом регулярно, в хорошую погоду ходили на дальние длительные прогулки по берегу Оби, у них это называлось "поход".
Хозяйка с ними ходила редко, особенно в последнее время. Нет, она не была дряхлой старухой, просто пошаливало сердце.
— Ну, что, Урал, в поход пойдём? — спрашивал хозяин.
Урал вместо ответа тут же приносил ему поводок с ошейником и садился, глядя загоревшимися радостью глазами и слегка перебирая лапами от нетерпения.
— Ай, молодец, хороший пёс! — улыбаясь, хвалил Петрович.
Возвращались усталые и довольные обществом друг друга. Сытно поев, отдыхали и смотрели телевизор.

Урал стал для пожилых людей не только другом, компаньоном и охранником, он стал полноправным членом семьи. Не одно дело не обходилось без уравновешенного, смекалистого пса. У него был собственный мягкий диван, на котором красавец Урал возлегал как падишах, ласково и немного снисходительно поглядывая на хозяев.

В один из погожих дней Урал вдруг отказался идти в поход. Целый день он волновался, поскуливал и не отходил от хозяйки. Старики не на шутку испугались — не заболел ли. Вроде бы всё было в порядке, но собака вела себя странно.
А ночью разразилась гроза с проливным дождём. Урал вдруг завыл горько и протяжно. Хозяева успокаивали его, как могли, но Урал плакал, из умных преданных глаз овчарки бежали слёзы, оставляя мокрые пятна на диване. Наконец он перестал выть, но не спал, а тихонько ходил по комнатам. Гроза прошла. Хозяева уснули.

Утром Валентина Фёдоровна не проснулась. Рядом сидел Урал, положив голову на её застывшую руку, и не сводил глаз с уснувшей вечным сном хозяйки, которой бы ещё жить и жить на белом свете.

Приехал сын, все хлопоты были на нём. Отец ничего делать был не в состоянии. Приехала из аэропорта дочь. Всё прошло очень достойно, благодаря стараниям сына. На следующий день после поминок дети уехали, и Петрович остался с Уралом в так неожиданно осиротевшей квартире. Теперь их было двое.

Они продолжали жить, а как иначе. Петрович ссутулился, стал ходить, шаркая ногами, и часто задумывался, не слыша и не видя ничего вокруг. Только любимый Урал удерживал его теперь на белом свете. Дети постоянно звонили, приезжал сын, но всё это было в каком-то тумане, расплывчато и безрадостно. Петрович слабел. На уговоры сына лечь в больницу на обследование, у него был только один ответ:
— А на кого я Урала оставлю? Нет!
Вечерами Петрович сидел и, прижимая к себе Урала, вспоминал всю свою жизнь, рассказывая о ней единственному, самому благодарному слушателю.
— Осиротели мы с тобой, Уралушка, осиротели…
Уралу было жарко от объятий старого хозяина, но он терпел и внимательно слушал, наклоняя голову то на один бок, то на другой, как это умеют делать только овчарки.

А через год, с первыми заморозками, не стало и хозяина. Ушёл Петрович преждевременно от старости и тоски, поспешил к своей любимой супруге. Сын снова занимался организацией погребения. Он устроил отцу пышные похороны. Теперь Урал остался один.

Он уже не возлегал на диване, как прежде, сытый и холёный, а забившись в угол дальней комнаты, потерянно сидел там часами, не реагируя на окружающих, которые ходили, что-то брали, паковали, двигали.

Иногда его кормили, выводили, чтобы "не нагадил", а большей частью просто не обращали внимания. Люди были заняты другими, более важными делами. Они готовили квартиру к срочной продаже.

Зная, как покойный отец любил Урала и дорожил своим верным другом, сын не забрал его к себе и не стал озадачиваться дальнейшим пристройством породистой воспитанной собаки, достойной проживания в хороших условиях.
Наследникам было не до этого. Любимый пёс родителей стал обузой, от которой необходимо было быстро избавиться.

Сын хозяина решил отправить Урала в деревню, где в бывшей семейной даче — большом деревянном доме, теперь располагался некий "Центр реабилитации больных наркоманией и алкоголизмом", коих развелось сейчас великое множество. Директором этого центра был его сын — молодой человек с весьма сомнительной репутацией.
Решено — сделано.
— Садись, Урал, поехали. Тебе там будет хорошо! — бодро скомандовал сын хозяина.
Урал поверил, не мог же его обмануть сын самого доброго в мире Хозяина. Пса посадили в машину и увезли почти за двести километров от города. Всю дорогу он, голодный и угрюмый, ехал в неизвестность, покорно уткнувшись в запотевающее от жаркого собачьего дыхания оконное стекло.

Странное и страшное это было место. Многочисленные обитатели ходили, как зомби, практически не общаясь друг с другом. Каждое воскресенье творили службы, более похожие на оргии, с песнями и плясками.

На Урала никто не обращал внимания, его не кормили. Несмотря на начинающиеся морозы, у собаки не было ни будки, ни какого-либо иного укрытия. Урал, привыкший спать на своём уютном диване, заползал под открытые всем непогодам ступени высокого крыльца и лежал там до утра прямо на мёрзлой земле.
Днём пёс рыскал в поисках еды. Мероприятие это было смертельно опасным.

Такие же, как Урал, не обременённые вниманием хозяев собаки, стаями мотались по деревне, устраивая шумные драки из-за найденного куска. Большинство собак были весьма крупными и воинственными, встреча с ними чужаку ничего хорошего не сулила.

Спустя неделю, деревенские собаки стаей налетели на Урала и безжалостно порвали отчаянно отбивавшуюся одинокую, ослабевшую от голода овчарку.

Урал залез под ступени и лежал там несколько недель, утоляя жажду и сосущий внутренности голод снегом, предчувствуя скорый неизбежный конец своим страданиям.

По ночам пёс кое-как вылезал из своего "дома" и брёл выковыривать из снега замороженные картофельные и свекольные очистки, выливаемые из помойного ведра с крыльца кухни. Долго так продолжаться не могло, Урал заболел. Раны на его теле не затягивались, шерсть вылезла, он начал опухать.

Проваливаясь в болезненный обманчивый сон-бред, он видел дом, свой диван и хозяев, которые ждут его возвращения, хотя давно уже понимал, что они ушли навсегда.
— Там тебе будет хорошо, — повторял в бреду вкрадчивый голос сына хозяина.
Очнувшись, Урал решил во что бы то ни стало уйти из этого проклятого места. Уж лучше погибнуть на дороге, в канаве, под кустом, чем оставаться здесь, только где взять силы, думал он, лёжа в своей норе под ступенями. Сил у больной, истощённой овчарки не оставалось.

На следующий день, уже в ранних зимних сумерках, внук Петровича привёз из магазина продукты. Удача улыбнулась Уралу. Разгружая машину, "зомби" выронили в снег из дырявых мешков несколько буханок хлеба, сгущёнку в мягкой упаковке и добрый десяток пакетиков с вермишелевым супом-концентратом.
Никто не заметил потери, быстро присыпанной начавшимся снегопадом. Урал в потёмках перенёс трофеи в своё убежище и ночью съел всё до последней крошки. Рано утром он ушёл из деревни.

Он шёл по зимней дороге, сторонясь изредка проезжающих мимо машин, спеша подальше уйти от "хорошего места". Вскоре вышел на маленький переезд и пошёл по железнодорожному пути.

Урал шёл целый день, вокруг был только лес с большими елями, ветви которых, словно блестящие короны, украшали белые снежные шапки. Иногда с шумом и грохотом мимо проносились поезда, поднимая целые тучи лёгкого на морозе снега, медленно оседавшего снова на землю и на собаку.

Под вечер он смертельно устал и замёрз, но решил идти, двигаться до последнего, не останавливаться, пока не упадёт. Урал твёрдо знал, что эту ночь ему не пережить. Он упрямо брёл, загребая лапами, лишь бы уйти подальше от ненавистного жестокого места.

Собачий боженька смилостивился над этим ни в чём неповинным страдальцем. Стрелочник по имени Андрей, работавший на железной дороге, делал очередной обход своего узла. Рядом с рельсами он увидел припорошенного снегом большого пса, тот был ещё жив. Андрей побежал к своему домику, взял санки и привёз собаку к себе.

Овчарка, да ещё с клеймом, он таких никогда не видел. Дворняга, прожившая в его домике до глубокой старости, тихо покинула этот мир два года назад. Тогда Андрей решил, что больше заводить собак не будет, а тут такая неожиданная находка.
— Выхожу друга во что бы то ни стало!

Урал очнулся от давно позабытого аромата. Андрей налил в большую миску тёплого мясного супа и поднёс Уралу. Лёжа, пёс мгновенно опустошил её и проспал двое суток.

К началу весны весёлая энергичная овчарка делала обходы вместе со своим хозяином и спасителем. Пёс больше не был Уралом, теперь его звали Рекс и ему, пережившему тяжёлые потрясения, было действительно хорошо с Андреем в его маленьком уютном домике, затерявшемся на просторах огромной страны. Счастья тебе, Рекс!

Друзья, чаще протягивайте руку помощи тем, кто достоин её и так трепетно ждёт. Всем здоровья, мира и добра!

Автор НАТАЛИЯ С

Поделиться с друзьями: