Первый раз Ольга вышла замуж по принципу » все выходят замуж и мне пора.» Она работала и училась на вечернем отделении экономического института. Ольге исполнился 21 год и она вдруг обнаружила, что осталась одна.
Как-то очень стремительно и быстро, одна за другой повыходили замуж все её подруги, им стало некогда дружить.
Поэтому, как только на горизонте появился претендент на Олину руку и сердце, она без колебаний согласилась.
Претендент Саша был всем хорош. Красивый, умный и обеспеченный. Мама за Ольгу нарадоваться не могла. Мама одна вырастила дочь и желала ей только счастья.
Оля уволилась с работы, занялась домом. Сашины родители подарили им двухкомнатную квартиру, с намёком на появление внуков. Оля с вдохновением занялась обустройством своего гнёздышка. Она готовила для мужа изысканные блюда. Постоянно ходила что-то мыла, протирала, прибиралась.
Прошло полгода. Ольга заскучала… вот тут -то она и обратила внимание на одину особенность в поведении своего супруга. Он абсолютно не чувствовал себя семейным человеком. Саша сохранил все свои холостяцкие привычки, добавив к ним умницу жену и обустроенный быт.
Выходные она коротала в одиночестве, потому что муж предпочитал общество коллег с работы, друзей со двора, одноклассников и прочих знакомых. Вместе они ходили в сауну, ездили на рыбалку, на шашлыки.
Муж возвращался ночью пьяный и довольный. Он гордился перед друзьями, что его всепонимающая жена разрешает ему гулять и никогда не «пилит.»
Сколько бы ещё продолжалась её непонятная жизнь, если бы однажды Ольга не встретила свою любовь.
Это случилось в парке, где она бегала для поддержания фигуры в тонусе. Он сидел на скамейке с отрешённым видом непризнанного гения. Она увидела его, и, как пишут в романах, её будто током ударило. Она стояла и смотрела на него.
Они познакомились. Его звали Григорий. Он был сказочно красив, как принц из сказки. Они стали встречаться в парке. Через три месяца он признался ей в любви.
Ольга была счастлива. Она тут же ушла от мужа, чем того серьезно удивила.
Жить влюбленным было негде. Он жил со своей мамой, Ольга тоже ушла к своей маме.
Они поселились на даче Гришиного друга за городом. Ольга работала, ей приходилось долго добираться до работы, но разве это препятствие для влюблённых?
Григория сократили с прежней работы и он ждал её дома, готовил ужины. Так они прожили довольно долго, пока однажды Ольга не поняла, что беременна. Узнав об этом, Гриша заявил, что имеет самые серьезные намерения. Скромно и без затей они сочетались браком.
Ольга закончила институт и работала в банке. Они купили в ипотеку квартиру. Помогла деньгами Олина мать.
В это время состоялось десятилетие выпуска и встреча с одноклассниками. Ольга не пошла, потому что со дня на день должна была отправиться в роддом.
Весной родилися Мишка. Чудесный, самый лучший в мире малыш. Гриша занимался ребёнком, а Ольга через три месяца вышла на работу. Семью надо было кормить. Григорий по — прежнему оставался в статусе безработного. Гриша считал себя важным и незаменимым для семьи, он воспитывал сына. В три года сын был устроен в платный детский сад.
Гриша освободился, заскучал и погрузился в депрессию. Полгода он пролежал на диване, щелкая пультом от телевизора. Ольга в резкой форме попросила его активнее искать работу. Гриша стал утром уезжать к маме, а вечером рассказывал, как трудно и практически невозможно найти работу.
Ольга взяла этот вопрос под свой контроль и предложила мужу несколько вакансий. Муж опечалился и переехал к маме насовсем.
Так распался второй Ольгин брак.
Тогда Ольга раз и навсегда решила жить в гордом одиночестве.
…В субботу вечером в небольшом кафе встреча одноклассников, 15 лет, как они закончили школу. Эту встречу Ольга не могла пропустить. У них был дружный класс, они до сих пор не теряют из вида друг друга.
Всё утро Оля перебирала наряды и решила одеться демократично: кожаная юбка и модная блузка. С Мишкой осталась бабушка.
Ольга вошла в зал и тут же угодила в объятия своей школьной подруге Зине. Подруга рассказала последние сплетни: кто женился, кто родился, кто уехал за бугор. Ольге казалось, что они только вчера расстались.
Ольга обнялась со всеми по очереди, и ей казалось, что нет на свете людей ближе и роднее.
Максим появился последним, когда все уже потихонечку рассаживались за стол. У Ольги сердце екнуло: «Приехал!» Он поздоровался с каждым и наконец добрался до Ольги. Она была его подругой, соратницей, и постоянной соседкой по парте.
— Выглядишь великолепно! — сказал он с улыбкой.
— Я рада тебя видеть! — ответила Ольга.
Они нашли место, где могли расположиться рядом.
— Как ты? — спросил Максим.
— Хорошо, — улыбнулась она, — можно сказать, замечательно! —
Он, конечно, все про нее знал. Не потому что узнавал специально, а так получилось. Случайно слышал от кого-то, что с мужем развелась, растит сына. Одна. И все у нее хорошо. Максиму давно не встречались женщины, у которых все хорошо.
Ольга рассказывала смешные истории про своего сына, и Максим даже немного ей завидовал.
У него не было детей, и жены тоже не было. С бывшей женой они прожили всего два года. Она ушла от него к начинающему артисту. У него осталась работа, и ещё раз работа. Он занимал хорошую должность в министерстве промышленности и торговли. Были, конечно, у него короткие, несерьёзные романы, а серьёзные он откладывал на потом.
Надо же! Как Ольга на него действует! Он о ней и не вспоминал никогда, а увидел и понял, что соскучился.
Максим встал и вышел на улицу. Покурить. Подумать. Проветрить мозги.
Вспомнилось, как им всегда было хорошо и весело. С ней рядом он чувствовал себя рыцарем, сильным, смелым и умным. Расправлялись плечи, глаза сияли. Очень важно, наверное, чтобы рядом был человек, рядом с которым ты становишься рыцарем.
Максим как-то попробовал рассматривать Олю с романтической точки зрения, но она сразу пресекла его взгляды, а он не стал настаивать. Побоялся разрушить их безмятежную дружбу. Любовь — это очень сложно. Особенно в семнадцать лет.
— Вот ты где! — раздалось за спиной. — А я тебя везде ищу.
— Зачем? — спросил Максим и испугался, вдруг она обидится. Сочтет за хамство.
— По старой привычке, наверное, — сказала Ольга и улыбнулась.
Они вернулись в зал. А потом они танцевали. И им было так хорошо и спокойно вместе.
— Нужно срочно увести ее куда-нибудь и поговорить о будущем. Надо ей как-то объяснить, что у нас с ней общее будущее, — думал Максим.
Кафе закрывалось. Бывшие одноклассники собирались ехать к кому-то на дачу и продолжать встречу.
— Мы не поедем на дачу, — сказал Максим.
— Я не хочу домой, — возразила Ольга.
— Ты домой и не поедешь, поедем ко мне и поговорим спокойно, а потом я вызову тебе такси, — ответил Максим.
Ольга на него удивленно взглянула, но возражать не стала.
Дома Максим сварил кофе. Они пили кофе и молчали.
Максим наконец прервал молчание,- Ольга, скажи мне честно, у меня есть шанс втиснуться в череду твоих мужей?-
— Есть. У тебя есть шанс. Я буду счастлива, если ты втиснешься! — ответила она.
Девушка села в автомобиль на заднее сидение и недовольно заметила:
— Странно. В этот раз машина приехала почему-то сразу.
— Потому что я очень старался. — Молодой водитель усмехнулся, плавно нажал на газ и такси помчались по шоссе. — Вам же, кажется, нужно успеть на самолёт? Улетаете?
— Встречаю. — Девушка нервно вздохнула. — Вы не знаете, пробок на дорогах много?
— Да нет, не очень, — уверенно сказал водитель. – Сегодня, почему-то, пусто. Волнуетесь что опоздаете?
Девушка не ответила, потом опять недовольным тоном спросила:
— А вы куда так мчитесь? Здесь же можно ехать шестьдесят километров в час, а у вас на спидометре почти восемьдесят.
— Не волнуйтесь, всё в пределах правил. – Парень был непроницаем. — А когда за город выберемся, вообще полетим. Так что успеем. У вас когда самолёт прилетает?
— Через сорок минут.
— Нормально. Будете вовремя.
— И, все-таки, вы можете ехать помедленнее?
— Почему? – Водитель удивился.
— У меня голова от такой езды кружится.
— Укачивает, что ли? – Парень на мгновение оглянулся. — А вы на дорогу не смотрите, и всё будет нормально. Нам же с вами, главное, успеть, правильно?
— Я думаю, что если мы и опоздаем, ничего страшного не случится, — неуверенно произнесла девушка.
— Точно?
— Конечно.
Водитель тут же сбавил скорость и опять спросил:
— А кого встречаете, если не секрет?
— Да так…
— Знакомого? Или парня?
— Мужа.
— Мужа? – Парень опять удивлённо оглянулся. – Надо же. Вы что, долго не виделись?
— Угу.
— И сколько, если не секрет?
— Долго. Он от меня сбежал ровно год назад.
— Как сбежал?
— Так. К другой. А недавно, как ни в чём не бывало, позвонил, попросил прощения. Говорит, можно вернусь? Я, зачем-то, сказала, что да. А теперь жалею. Не надо было это делать.
— Если жалеете, почему не скажете ему, что передумали? – резонно спросил водитель.
— Жалко его мне. Запутался он. Но если честно, я сегодня поняла, что видеть его не хочу.
— Ничего себе, запутался. – Парень сокрушённо закачал головой. — Так мужики не поступают.
— Вы думаете? – с удивлением спросила она.
— Сто процентов. И вообще, почему вы едете его встречать? Он что, забыл адрес своего дома?
— А он его и не знает.
— Как это? Вы что, квартиру новую купили?
— Когда он сбежал, мы жили у его родителей. И мне пришлось снять квартиру. Вчера он сказал, что когда я его встречу, мы поедем опять к его родителям. Говорит, снова там жить будем. Чтобы за жильё не платить.
— Ничего себе! – возмущённо воскликнул водитель. — Вот так вот, как ни в чем не бывало? Поедем и будем жить?
— Да. И это меня бесит больше всего. Его родители выставили меня на улицу, но мне придётся опять им улыбаться? Кошмар. Не хочу.
— Так не езжайте.
— Но я же уже пообещала.
— А вы откажитесь от своих слов.
— Нет. Я не могу. – Девушка тяжело вздохнула. — У меня характер такой. Раз пообещала, значит делай.
— Да что вы мне тут говорите?! — Водитель нажал на тормоз, и резко повернулся к девушке лицом. — Это мужчины такие должны быть! Мужчины! Сказал — сделал. А девушки, они все легкомысленные.
— Вы что, обидеть меня хотите? — Девушка смотрела парню прямо в глаза. — И вообще, почему мы остановились? Поехали.
— Не поеду! — твёрдо сказал парень.
— Как это не поедете? Я же такси заказала.
— А у меня машина, того… Сломалась. Масло потекло.
— Не придумывайте. Поехали, поехали.
— Нет. Если хотите ехать дальше, ловите новое такси, заказывайте, и… Катитесь куда хотите. А я в этом деле – пас.
— Но почему?
— Потому что не хочу быть виноватым в вашем несчастье.
— А вы-то здесь причём?
— Не знаю. Но я уже возненавидел этого вашего…
— Послушайте… — Она посмотрела на него добрыми глазами. — Он же всё равно меня найдёт. Даже если я опоздаю. Завтра, послезавтра, но найдёт. Понимаете?
— Вы что, его боитесь?
— Нет, не боюсь. Но он же знает, что я одна. И подключит весь свой арсенал: жалость, щедрость, сладкие слова, обещания. Он умеет уговаривать. Он очень скользкий тип.
— А если бы вы были не одиноки?
— Что значит, если бы?
— То и значит. Вы не хотите со мной поужинать?
— Я хочу ехать встречать мужа.
— Не надо врать. Вы этого не хотите. И вы очень голодны.
Парень опять нажал на газ, и машина поехала. Проехала метров сто и свернула с главной дороги.
— Что происходит? – испуганно спросила она. — Куда мы едем?
— Происходит запланированное опоздание, — спокойно ответил водитель. — Опоздание на всю жизнь. А едем мы в моё любимое кафе. Я ужасно голоден. И поэтому я приглашаю вас составить мне компанию.
— Остановитесь, — не очень уверенно сказала девушка. — Вы же совсем меня не знаете. Мы же с вами незнакомы.
— Ну и что? — весело сказал парень. – Вот за ужином и познакомимся. Я обещаю, что я вам понравлюсь. И вообще — я тоже могу уговаривать. Но в отличие от вашего мужа — я честный человек.
— Да? — девушка вдруг несмело улыбнулась. и через небольшую паузу сказала: — Ну, тогда… Ужинать так ужинать.
— Вадим, ты ничего странного за Мотей не замечаешь? — Арина нанесла крем на лицо, и похлопывая по нему кончиками пальцев, села рядом с мужем.
—М-м-м? — он даже не отложил телефон.
— У нас с ним договорённость: он ходит за водой, а сдачу оставляет себе. С пятидесяти рублей десятка его, со ста двадцатка. Уже месяца три, наверное. А на днях мне мелочь понадобилась, попросила у него, ответил, что у него нет, всё истратил.
— Ну, может, действительно потратил?
— Взгляд какой-то странный стал, глазки забегали.
— Твои предположения? Думаешь, всякую дрянь типа чипсов покупает?
— Нет, если бы ел, то у него тут же аллергия высыпала.
— Курить начал?
— Тоже маловероятно, я всю одежду обнюхала. А вдруг его пацаны заставляют приносить? Сам же знаешь, как это бывает в подростковом возрасте…
— Знаю, — нахмурился Вадим, вспомнив не самые приятные моменты юности. — Я поговорю с ним.
— Хорошо.
Но разговор с Матвеем, тринадцатилетним подростком, ничего не прояснил. Вадим про деньги ничего и не спрашивал, он больше говорил, что помощи у родителей просить не стрëмно, особенно если старшие пацаны требуют денег или ещё чего. Но сын заверил, что ничего такого в его жизни не происходит. И родители успокоились, ну действительно, значит, просто всё потратил на жвачки-шоколадки.
После того разговора прошло две недели.
— Слушайте, семья, я тут решил фильтр на кухню поставить. Это выгоднее, чем покупать воду. Что думаете? — за ужином объявил Вадим.
— Хм, неплохая мысль. И эти бутыли на полу не будут портить вид. И Матвейке не ходить каждый день.
— Ну мне несложно и мышцы заодно качаю, — возразил мальчик, и излишне суетливо вскочил из-за стола. Родители переглянулись.
— Сынуль, тебе карманных денег не хватает?
— Всë мне хватает, — буркнул Матвей.
— А что ты так против фильтра тогда?
— Просто мне нравится ходить за водой. Сами же ворчите, что я всё время дома, на воздух не выхожу. А так я каждый день «гуляю».
— Моть, давай собаку заведём, будешь с ней гулять. Помнишь, ты в детстве просил? Мы боялись, что у тебя аллергия начнётся, но ты у Никоноровых играешь с Диком и вроде всё норм.
— Не хочу собаку! И фильтр не хочу! Спасибо, — мальчик поставил тарелку в раковину и ушёл в свою комнату.
Даже если дети еще очень маленькие, им нельзя мешать говорить то, о чем они думают. (Анна Франк)
— Слушайте даже не знаю, что сказать. Писать заявление вроде как нет оснований, нам могут не поверить. Вообще, может статься, что у него все документы оформлены как опекунство ну или ещё как-то. Давайте подумаем немного, через несколько дней решим. Сын, ты уверен, что она говорит правду?
— Да. Она показала мне синяки на запястьях, он наказал её за что-то.
— Господи! Неужели прямо под носом у нас такое творится? — воскликнула Арина.
— Мы-то здесь при чём? — буркнул Вадим.
— Вроде ни при чём, но каждый живёт для себя, не замечаем ничего вокруг. Это же не глухая деревня, неужели соседи ничего не замечают и не слышат?
— Если мы завтра украдём ребёнка и спрячем в Мотькиной комнате, думаешь, кто-то заметит? К нам же гости редко приходят.
— Вот я и говорю, все обособились.
— Философствовать потом будем, сейчас надо решить, что делать.
Через несколько дней Арина вернулась с работы пораньше, и пошла к тому дому. К подъезду подходить не стала, спряталась за кустами сирени, стала ждать сына. Вот и он идёт с пятилитровыми бутылями. Остановился возле скамьи, из кармана вытащил маленький камешек и бросил незаметно в стекло.
Стоит, будто в телефоне смотрит что-то, а сам косится на окно. Арина заметила, как шевельнулись занавески и показалась голова ребёнка. Сразу и не разберёшь мальчик или девочка — волосы короткие. Она всматривалась в лицо, но, конечно, ничего разглядеть не удалось. Просто факты, что девочка существует, и она не русская, подтвердились.
Матвей постоял у окна минут десять, потом подхватил бутыли и пошёл в направлении дома. Арина вышла из укрытия, подошла к подъезду, стала ждать, когда кто-нибудь выйдет.
Наконец ей повезло: бабушка возвращалась с покупками и подошла к соседнему подъезду. Арина подскочила к ней.
— Здравствуйте, вы здесь живёте?
— Здрасьте, да, тута.
— Мне говорили, здесь квартира продаётся. Вы не знаете которая?
— Нет, милая, не слышала.
— Говорили вроде шестнадцатая, в том подъезде. Я звоню в дверь — не открывают.
— Шестнадцатая… Так там Аркаша живёт. Ба, он переехать решил, что ли?
— Вы его знаете?
— Как не знать. Они с матерью здеся всю жизнь прожили, мы с Верой дружили. Она померла лет семь назад, Аркаша один остался, так и живёт.
— Не женат? Мужчина-то взрослый.
— Не женат, говорит, насмотрелси на мать, не хочу.
— А мать-то что?
— Аркашин папаша бросил её, вот она всю жизнь ему отца искала. Нет, вы не подумайте, она не гулящая была, но разные романы у ней бывали. Поживут годик, а потом она его выгоняет, мол, нахлебник-бездельник.
— Ясно. Он один получается, живёт?
— Один, один, я и с женщиной-то его никогда не видела. Может она в другом городе у него, и он к ней решил переехать? — у бабули включилась фантазия.
— А это какой адрес?
— Берёзовая 14.
— Вот я балда! Мне же Берёзовая 24 сказали. Извините, что побеспокоила…
— Да ничего страшного, дочка.
Через сорок минут они заходили в квартиру к Михаилу. Он встретил их, проводил в комнату и плотно закрыл дверь:
— Меньше знают, крепче спят, — пояснил он, — Знакомьтесь это Валентин. Он участковый по вашему участку, я вкратце рассказал ему всё, что знаю. Это Вадим и его наблюдательный сын Матвей. Расскажи ещë раз, что ты видел.
Матвей сбивчиво рассказал о знакомстве с Нари, о том, как девочка боится высовываться в окно, о том, как они договорились, что он будет приходить всегда в одно и то же время. И Матвею пришлось нарисовать ей на бумаге часы со стрелкой, тогда она поняла его. О том, что в выходные он не приходит, потому что боится что она выглянет в окно и хозяин обо всём догадается. О том, что она очень смышлëная и быстро учит русский язык хотя они общаются всего 10-15 минут, но она уже знает некоторые слова. Сколько ей лет он не знает. Он пытается узнать, но она не понимает его. Но на вид очень худенькая и мелкая.
Валентин слушал внимательно. Вадиму казалось будто он не просто слушает, а как будто прощупывает Матвея, просвечивает «ментовским взором» как рентген.
— Завтра я пойду с тобой, вернее, буду в машине сидеть с биноклем. Мне надо разглядеть девочку.
— Завтра суббота, её хозяин будет дома.
При слове «хозяин» Валентин поморщился:
— Не говори так, звучит неприятно.
Матвей кивнул. Валентин добавил:
— Я тогда наведу справки об этом Аркаше, раз он там всю жизнь живёт, то вся информация в нашем районе. В понедельник иди за водой как обычно, по сторонам не глазей, меня не ищи, не привлекай внимания. Я минут за двадцать приеду, но буду далеко стоять.
— Хорошо, я понял.
Валентин наблюдал за Матвеем и девочкой несколько дней. Смуглая кожа, раскосые глаза, действительно похожа на тайку, хотя вполне можно спутать с вьетнамкой или китаянкой. Навëл справки: Аркадию 43, работает в отделе снабжения на заводе, приводов в полицию нет, не женат и не был. Фамилия показалась Валентину знакомой, поискал, нахмурился. Двоюродный брат Аркадия — депутат районного Совета. Знать бы насколько тесно они общаются, дружат ли. Навëл справки и о депутате, решил действовать быстро.
В воскресенье он постучался в дверь квартиры номер 16 в доме номер 14 по улице Берëзовой. Стучать пришлось дважды, прежде чем послышался шум за дверью. Кружок дверного глаза потемнел: в него смотрели.
— Да? — наконец спросил низкий мужской голос.
— Здравствуйте. Валентин Устюгов — участковый, — он раскрыл удостоверение. — Ваш дом готовится под снос, провожу анкетирование жильцов по данной теме. У меня несколько вопросов, гражданин Решетников. Ответьте, пожалуйста.
Снос жилого дома вопрос серьёзный, тем более когда это дом, в котором ты живёшь. Аркадию Решетникову изменила осторожность и критическое мышление. Ни на секунду не усомнившись в словах участкового, он открыл дверь и шагнул в подъезд. Позже думал: полиция вопросами сноса жилых помещений не занимается, как я так просто «повëлся»?
Он шагнул в подъезд, но ответить на вопросы участкового не успел — получил мощный удар в лицо, от которого повалился обратно в квартиру.
Валентин быстро перевернул Аркадия на живот и щёлкнул наручниками.
— Ты чё творишь, с@ка? Сейчас же отпустил меня, козёл! — рычал Аркадий, впрочем, бесполезно, потому что Валентин уже прошёл в квартиру.
Обычная двухкомнатная хрущёвка. Заглянул сперва в кухню — пусто. Бегло осмотрел зал — никого. В три шага дошёл до спальни и дёрнул дверь. С первого взгляда стало ясно, что пришёл не зря. На окнах плотные шторы, не пропускающие ни одного луча дневного света. На стенах постеры с характерными изображениями. На некоторых фото обнажённых детей. Валентин дёрнул ящик комода и застыл: детская одежда, бельё, товары из магазина интимных товаров.
Но где сама девочка? Мужчина заглянул под кровать, в шкаф, стал звать её по имени. Нари не отзывалась. Он продолжил поиски и очутился перед запертой дверью в ванну. Подёргал ручку — закрыто. Но дверь старая, вероятно, стояла здесь всегда и шпингалет соответствующий. Немного усилий и Валентин рывком распахнул её. Осторожно открыл задёрнутую шторку, и присел на корточки перед маленькой обнажённой девочкой, сжавшейся в комочек на дне холодной ванны.
— Милая, иди сюда, — как можно мягче сказал он. Но та только подняла голову и залопотала что-то на языке, которого участковый не знал.
Тогда он прошёл в комнату, сдёрнул с дивана покрывало и укутал её.
Вышел в коридор: Аркадий стоит. Взгляд — смесь бешенства и испуга.
— Какое право имел врываться ко мне? Я на тебя в суд подам! Ты вообще кто такой?
— Я же сказал — участковый. Своего участкового надо знать в лицо, гражданин Решетников.
— Я тебе…
— Не ори. Мне оперов вызвать надо и понятых.
Он вышел из подъезда мимо проходил мужчина с пятилитровыми бутылями воды.
— Участковый Валентин Устюгов, — представился он. — Мне требуется ваша помощь, гражданин. Сможете быть понятым?
— Да, — ответил Вадим, ведь это он «случайно» проходил мимо.
— Спасибо. Пройдёмте со мной, сейчас ещё одного среди соседей найдём и приступим.
Ещё до того как приехали оперативники и детский психолог Валентин приступил к описи квартиры, начал со спальни. В это время в дверь позвонили. Мужчины насторожились. Валентин не успел дойти до двери, как она распахнулась сама и в квартиру ввалились репортёры с камерами. Он как мог, пытался вытолкать их из квартиры, но Вадим заметил, что это игра на публику. Участковому нужно, чтобы кто-то успел заснять спальню, а кто-то испуганную девочку и хозяина квартиры. Вскоре подоспела опергруппа, и уже она выдворила невесть откуда появившихся журналистов.
Скоро под окном собралась толпа зевак и сонный двор встрепенулся. Казалось, со дня развала СССР это самое знаменательное событие двора. Женщины сокрушённо качали головами, мужчины воинственно обсуждали, что надо делать с подобными людьми. Спустя время вывели Аркадия, и чуть позже психолог вынесла на руках маленькую девчушку с азиатской внешностью.
— В двадцать часов у Михаила, Матвея возьмите — шепнул Валентин Вадиму, когда они на минутку остались одни. Вадим моргнул.
Вечером они встретились в той же комнате, что и неделю назад. Уставший Валентин пожал руку Матвею.
— Ты молодец. Без тебя эту девочку не спасли бы.
— Что бы он с ней сделал?
— Избавился бы когда подросла, но я не знаю каким способом. Может, просто вывез бы в другой город и оставил там.
— Её можно увидеть?
— Нет, поэтому я и позвал тебя. Я хочу, чтобы ты пообещал, что не будешь искать с ней встреч. Это опасно.
— Почему?
— Родственник этого мужчины — большой начальник, ему не нужна огласка — это вредит карьере. Поэтому я не стал впутывать вас, а представил так, что сосед сверху написал жалобу на постоянный детский плач, я пришёл с проверкой, а он оказал сопротивление, пришлось задержать и пройти в квартиру.
— А сосед подтвердит? — спросил Вадим.
— Этот да, подтвердит, — ответил участковый, тоном, не дающим повода для сомнений.
— А репортёры зачем? — любопытствовал Вадим, он впервые участвовал в подобном мероприятии, в нём проснулся мальчишеский азарт.
— Чтобы не отвертелся, и у родственника было меньше шансов отмыть его.
— Думаете, попытается?
— Его сейчас нет в России, он в отпуске с семьёй. И чтобы вернуться сюда нужны минимум сутки. А сутки в СИЗО, многое могут изменить. И после репортажей не факт, что он захочет подтверждать родство, скорее, наоборот, будет отнекиваться. Я честно не знаю в каких отношениях он с насильником.
— А как журналисты узнали?
— Неважно, — ответил Валентин, не рассказав, что нескольким репортёрам одновременно поступили сообщения с незнакомого номера. Те, кому журналистское чутьё подсказало, что дело верное, тут же сорвались с места и приехали на место событий. Знать информатора им ни к чему, так же как и знакомому айтишнику не нужно знать, кому Валентин отправлял сообщения.
— Ребят, вам действительно лучше не знать подробностей. Пусть всё выглядит как случайность. Мне поступила жалоба, я, как участковый обязан прореагировать. Так будет лучше для вас и Матвея не будут таскать на допросы. Если вдруг родственник за него впишется, вас не коснутся.
— Но он не выйдет на свободу? — с тревогой спросил мальчик.
— Не знаю, Матвей, честно не знаю. Может случиться всё, но я, надеюсь, что по ТВ успеют показать репортаж, и благодаря широкой огласке из СИЗО его не выпустят, хотя бы несколько дней. А камера не самое приятное место, скажу я тебе. В общем, следите за новостями в СМИ. Я буду держать на контроле, но мне лучше не звонить, в случае чего приду сам, я же ваш участковый.
Матвей пошёл обуваться, Вадим задал вопрос, который давно его мучил:
— Валентин, вам-то это зачем? Я чувствую, что не ради звёзд. Если вдруг там никого не оказалось бы, то у вас были бы крупные неприятности. Да и сейчас они могут начаться. Михаил, объяснял, что не всё просто с «иностранным бизнесом», там серьёзные люди завязаны.
Участковый молчал, только желваки ходили под кожей. Наконец он тихо сказал:
— У меня была девочка, моя первая любовь. Ей было 13, мне 14. Я дотронуться до неё боялся, еле за кончики пальцев держал, портфель носил и уже этим был счастлив. А когда впервые она поцеловала меня в щёку, я неделю не умывался. Такая светлая и чистая любовь, детская. Однажды она возвращалась домой из музыкалки и её взрослый пьяный мужик… В общем, вы поняли. Больше я её никогда не видел. Сколько бы ни стоял под окном, она не вышла. Её отец прогонял меня, а я, всё равно приходил, но бесполезно. Потому что они переехали. Когда была встреча одноклассников, она не приехала. Наши активисты искали её. Кто-то сказал, что она попала в психушку. Я не уверен, что это так, но проверять не хочу.
— А тот мужик?
— Что ему станет? Его даже в СИЗО не закрыли, папаша отмазал. Поэтому я и не хотел, чтобы вы писали заявление: это могло бы затянуться. И узнай следователи кто его родственник, вполне могли бы замять. Я не знаю, потянет ли он кого-то за собой, выдаст ли тех, у кого купил девочку. Но очень надеюсь, что мы спасли не одного ребёнка. Не бывает чужих детей. Сегодня ты на одного глаза закрыл, завтра на твоего закроют. Что станет с этим миром, если вдруг всем станет по фиг?
Вадим молчал. Потом протянул руку:
— Спасибо вам. Вы не только девочку спасли, вы и сына моего спасли. Не дали ему разочароваться в людях, в полиции.
Через месяц Валентин устроил плановый обход в доме, где жил Матвей. Обошёл все квартиры, расспрашивал о жалобах. В одной квартире задержался. Рассказал членам семьи, что Нари оказалась дочкой владельцев небольшого отеля в Таиланде, поэтому изначально немного знала русский.Её искали два года, и родители уже отчаялись найти живой. Они прилетели за ней, и буквально на днях вернулись в Самуи. На сегодняшний день ей десять лет. Родственник Решетникова не стал вступаться за него, и теперь его ожидает большой срок сразу по нескольким статьям. Помимо Решетникова, следствие нашло несколько ниточек, ведущих к организаторам продажи детей. Неизвестно насколько это затянется и кого удастся найти, но Валентин, надеется, что на тормозах не спустят, тем более Решетников активно сотрудничает со следствием.
— Вот так, Матвей, видишь как здорово, что ты остался неравнодушным. Если бы не ты, пострадала бы не одна девочка! Эти нелюди просто так не останавливается, поверь мне. Я смог встретиться с Нари, правда, всего один раз, я ведь не следователь, ну и девочку старались оберегать от новых стрессов. Держи, это она передала тебе, — участковый достал конверт и протянул мальчику.
Матвей раскрыл его и вытащил фотографию улыбающейся Нари. В руках у неё был плюшевый заяц, а лицо глаза светились счастьем. Матвей перевернул фотографию, на обороте красным фломастером неровное сердечко.
— Говорят, память человека уникальна и может заблокировать отдельные моменты жизни. Я надеюсь, Нари забудет всё, что с ней происходило и сможет нормально жить, — добавил Валентин.
В повседневной суете, в бесконечных стрессах мы забываем, что не бывает чужих детей. Так же как не бывает чужой беды. Все мы дети одной матери — Земли. И как здорово, что не перевелись открытые сердца, готовые помочь, невзирая ни на что и не жалея себя.
~~~~~~ Спасибо за то, что были со мной в этой истории. За ваше терпение и искренний интерес.
Важно! История полностью выдумана мной. О том, как действует полиция в аналогичных случаях я не знаю. Могу опираться только на фильмы, книги. Любая неточность считается художественным вымыслом автора
ОЛЕГ БОНДАРЕНКО НЕ СПЕШИТЕ ПРЫГАТЬ С ОБРЫВА *** Человек сидел на самом краю обрыва. Трудно решиться, даже если пришел самый последний край. Трудно сделать последнее движение. Он смотрел вниз и бездна вглядывалась в него и манила. — "Подвинься", сказал голос справа. Человек повернул голову. Большой черный кот с белой полосой на лбу стоял рядом. Человек не удивился. Чему ещё может удивляться тот, кто сидит на самом краю? Он подвинулся и кот сел рядом. — "Любовь, женитьба, дети, ссуда на квартиру и машину?" спросил пушистый. — "Точно", ответил человек. Всё правильно. А платить нечем, нет денег. Какой я им отец и муж, если не могу. Им будет лучше без меня. — "Вот оно что", протянул кот. Да у меня то же самое, только без ссуды. Мы с тобой вроде как друзья по несчастьям. Видимо, прыгать вместе придется. Человек посмотрел на кота. А я и не знал, что у вас тоже такие проблемы. — "А то", ответил кот. А знаешь- сказал он. Если ты не против то прыгнем через часок. Ты бы угостил меня на последок виски, очень уж я люблю его. — "Да неужто пьешь", удивился человек. — "Бывает", ответил кот. — "А у меня денег нет", сказал человек и полез в карман. Бумажка зашуршала между пальцами. — "Ты смотри", удивился он, откуда бы? Откуда она взялась? И он вытащил пятьдесят долларов и долго их рассматривал. Потом встал и они с котом пошли в самый большой бар. Кот сказал, что ему там очень нравится. Человек сел и заказал на все деньги виски. — "Для меня и кота", сказал он и официант поперхнулся, но привычка выполнять заказы взяла своё. А потом они пили, говорили и плакали, а потом обнимались и смеялись вспоминая счастливые минуты жизни. А потом кто-то включил веселую музыку и они не смогли удержаться. А потом такси увезло их к дому человека. Когда кот подвел его к дому, оба были пьяны. Человек еле стоял на ногах. Он боялся звонить домой и сел возле дверей. Сел и уснул, а кот… А кот приблизил к нему свою морду. — "Я ведь не забыл тот кусок мяса", сказал он. Помнишь, тот из бутерброда, который ты отдал мне. Это был самый вкусный ужин в моей жизни. Мой последний ужин, а ты съел кусок хлеба потому что отдал своё мясо голодному, мокрому, черному коту на углу. Это был я. Я не забыл тебя. Спи спокойно. Теперь есть у тебя свой кошачий ангел, а мы своих не сдаём. Кот развернулся и вышел на улицу. Большие черные крылья раскрылись за спиной и он взлетел в черное ночное небо. Туда, к звездам. Туда, где живут ангелы и все светлые души. А наутро хозяйка самого большого бара, которую все называли Железная леди за характер и тяжкую судьбу пришла на работу. Официант смеясь рассказал ей про странного плохо одетого мужика с пятьюдесятью долларами, который говорил, что напротив него сидит черный кот. Железная леди побледнела и схватилась руками за горло. — "Черный с белой полосой на голове?" спросила она. — "Да", ответил официант. Откуда вы знаете? Знаю- сказала она. Это был он. И она бросилась к телефону и долго звонила в службу такси упрашивая дать ей номер того, кто вчера отвозил мужчину от их бара. А потом выгребла всё из кассы, а потом поехала к банку и сняла все деньги. А потом достала заветную старую коробку из под туфель с надписью 1875 год. Она сложила туда пачки денег и поехала на такси к тому дому. Дверь ей открыла маленькая женщина в старом халатике. За него держались двое детишек. Мальчик и девочка. — "Я приехала отдать вам коробку, которую вчера забыл ваш муж" сказала Железная леди. Женщина взяла тяжелую коробку и открыла её. — "Боже мой!" вскрикнула она и уронила её на пол. У моего мужа не может быть столько денег. — "Это от друзей", сказала хозяйка бара. — "Нет у моего мужа друзей", ответила женщина и вообще никого кроме нас нет. — "Теперь есть", сказала Железная леди. Теперь у него много друзей. Мы все его друзья и она обняла маленькую женщину. — "Я не могу вам всего объяснить, но вы должны взять эти деньги", сказала хозяйка бара. Это мой долг ему. Так надо. Возьмите для детей. И она повернулась и пошла, а маленькая женщина в стареньком халатике долго смотрела ей в след. Железная леди сидела на скамейке. Сигарета дрожала в руках, а по щекам текли слезы. Она вспомнила, как черный кот с белой полосой пришел к ней, когда наступил самый последний день. Он пришел и не дал ей сделать тот последний шаг с обрыва. А на следующее утро к ней домой постучал странный, смешной и толстый хозяин картинной галереи в дорогом костюме и долго доказывал ей, что она забыла у него вот эту самую коробку с надписью 1875год набитую деньгами. А потом он умаявшись стал перед ней на колени и просто попросил взять всё это. Просто, потому что так надо. На эти деньги она открыла самый большой и самый лучший бар в городе. А ту галерею ей так и не удалось найти, хотя потом она объездила весь город. Так и хранилась у неё эта коробка из под старых туфель. А теперь вот понадобилась. Пригодилась. Железная леди встала и пошла. Она шла просто по улице. А черный кот смотрел на неё и улыбался. Он знал, что коробка пойдет дальше. Пойдет дальше между людьми и обязательно попадет в руки тому, кто не пожалеет своего последнего куска для голодного, мокрого и дрожащего от холода кота. Не спешите прыгать с обрыва. Не спешите. Может быть у вас за спиной стоит черный кот с белой полосой на голове. Он никогда не забывает. Никогда. И обязательно придёт. Надо только верить.
