Будущий композитор родился в Риге 12 января 1936 года. Его отец Волдемар Паулс работал в то время стеклодувом, мать Алма-Матилда была домохозяйкой.

Отец под впечатлением от книги «Паганини» Артура Куберта решил, что сын должен научиться играть на скрипке. Он купил Раймонду инструмент и определил его воспитанником детского музыкального сада при Рижском музыкальном институте.

В 1943 году, когда Раймонд пошел в школу, отец отправил семью подальше от бомбежек в одно из сел. Там мальчик учился в местной школе, а в 10 лет поступил в специальную музыкальную школу имени Эмиля Дарзиня при Латвийской государственной консерватории. Но учеба давалась мальчику нелегко.

Благодаря талантливому педагогу Ольге Боровской Раймонд постепенно почувствовал вкус к игре на фортепиано. Не последнюю роль сыграли и конфеты, которые учительница тайком раздавала наиболее способным школьникам.

Еще будучи учеником музыкальной школы, Паулс сильно увлекся джазом, начал играть на танцевальных вечерах. По его собственному признанию, он «бросился в джаз, как в омут». Любимым композитором стал Джордж Гершвин, причем более всего молодого Раймонда впечатлил тот факт, что пианист Джордж Гершвин не имел ни общего, ни специального музыкального образования.

Танцы поглощали все свободное время Раймонда Паулса, зато он получал бесценную практику музицирования без нот, по памяти. А там, где ноты были все-таки нужны, он учился быстро читать с листа.

Летом 1953 года Раймонд подал документы в Латвийскую государственную консерваторию и был принят на исполнительское отделение. Студентом он подрабатывал на полставки концертмейстером в музыкальной школе, не бросая ставшими привычными танцплощадки.

1958 год прошел под знаком «Прощай, консерватория!». Выбор сделан – Рижский эстрадный оркестр. А вместе с ним гастроли: Грузия, Армения, Украина. Среди городов, в которых проходили первые гастроли Паулса, – Одесса. Одной из местных красавиц, Светлане Епифановой, или, как звали ее домашние, Лане, выпала удивительная судьба – стать музой Раймонда Паулса.

Его брак с Ланой – один из самых удивительных примеров супружеской верности, длящейся более пятидесяти лет. Спустя столько времени на концертах Раймонд иногда играет мелодию своей любви – одну из первых песен Гершвина.

«Когда я играю эту мелодию, мне кажется, что я нахожусь в Одессе. Ведь Гершвин оттуда…» – признается маэстро. В начале 1962 года у Раймонда и Ланы родилась дочь Анете.

Чтобы стать профессионалом, Раймонд возвращается на студенческую скамью: он снова учится в консерватории, но теперь уже – композиции. И в 1964 году становится художественным руководителем Рижского эстрадного оркестра. Его музыка стала узнаваема.

27 ноября 1968 года в Концертном зале Латвийской государственной филармонии состоялась премьера первой авторской программы Раймонда Паулса. Сам он был изумлен: все билеты на этот вечер раскупили! Более того, не было билетов и на следующие.

Окрыленные успехом, музыканты предприняли гастроли по республике, которые прошли с большим успехом, но почему-то замалчивались в прессе. По сути, Паулс и оркестранты взялись за создание национальной популярной музыки.

Еще через несколько лет он возглавил ансамбль «Модо». Появившаяся в 1975 году песня «Листья желтые над городом кружатся…» мгновенно стала самым популярным шлягером года: она звучала по радио и во всех ресторанах от Риги до Магадана, не говоря уже о Юрмале. Отдыхающие из всех уголков Советского Союза в каждом юрмальском кабачке слышали эту мелодию.

Звездный час настал для маэстро, когда сложился его творческий союз с Аллой Пугачевой. И в наши дни песни «Маэстро», «Старинные часы», «Миллион алых роз», «Без меня» любимы народом не меньше, чем тогда. Певица и композитор были вынуждены много времени проводить вместе. Об их «романе» судачили повсюду, их едва ли не поженили! Ревновала ли его жена?

«Наверное, немного ревновала, – признается Паулс.

– Иначе как объяснить то, что она присутствовала на всех репетициях и концертах?» Сотрудничество Паулса с темпераментным Валерием Леонтьевым и утонченной Лаймой Вайкуле стало больше чем легендой. Начальство в 1980-е годы «не жаловало» Леонтьева, и он бы еще долго оставался «закрытым» для столичных площадок, если бы не Паулс, включивший его в свои концерты. Как-то в одном варьете Паулс, Пугачева и Резник обратили внимание на молодую певицу. Тогда они очень рисковали, выпустив на эстраду настолько непривычную для того времени новую звезду.

Сотрудничество маэстро с Вайкуле и Леонтьевым стало очень плодотворным. И по сей день трудно найти столь любимые шлягеры, как «Исчезли солнечные дни», «Полюбите пианиста», «Вернисаж», «Еще не вечер». После этого Раймонд Паулс стал «всесоюзным маэстро». Присвоение ему в 1985 году звания народного артиста СССР стало признанием свершившегося факта.

В 1989 году Паулс стал министром культуры Латвии, а в 1993-м – советником президента страны по культуре. Несмотря на то, что Раймонд неоднократно говорил, что «художник должен заниматься своим делом», а не политикой, в 1999 году он баллотировался на пост Президента Латвии.

«Я исполнил все, что от меня требовали. Раймонд Паулс на родине в Латвии пользуется всеобщей любовью. Его даже называют Достоянием Республики. Однако были времена, когда на его голову сыпались обвинения — да и сейчас кое-кто обвиняет: то слишком уж ратует за нормализацию отношений с Россией, то, наоборот, — мало для этого делает.

В последние годы композитор старается не выезжать за пределы Латвии. Все его зарубежные друзья и так собираются летом в Юрмале на конкурсе «Новая волна», где он сопредседательствует вместе с Игорем Крутым. А латвийским коллегам и поклонникам Паулса повезло больше – маэстро рядом круглый год и активно работает в рижских театрах.

Песни и музыка Раймонда Паулса получили широкое распространение в репертуаре многих исполнителей и ансамблей, они занимали первые места на престижных песенных соревнованиях, звучали во многих популярных фильмах и сериалах того времени ('Слуги дьявола', 'Смерть под парусом', 'Стрелы Робин Гуда' и др.). Особенно полюбились зрителям музыка и песни из телесериала 'Долгая дорога в дюнах' (1981). 'Колыбельная' из этого сериала вошла в репертуар многих детских коллективов, и вдохновила композитора на создание произведений для хора мальчиков и ансамбля 'Кукушечка'.

12 января 1936 года родился Раймонд Волдемарович Паулс. Сегодня советскому и латвийскому композитору исполнилось 86 лет.

Раймонд Паулс берет пример с музыкантов, выступавших до 90 лет и не терявших, а приобретавших свою публику. Вспоминаем главные события его жизни и творчества.

Во всех своих композициях Паулс узнаваем, и было бы неудивительно, если бы он где-то повторился, — заимствовать у самого себя не грех, — но он не повторяется. Возможно, это природная склонность к обновлению, но, скорее всего, следствие постоянной необходимости сочинять.

В 28 лет он возглавил Рижский эстрадный оркестр, которому требовались новые композиции, затем в числе в его подопечных были ансамбли и солисты, и не только в Латвии. Появись такой, как Паулс, там сейчас, возможно, и не узнали бы о нем за пределами страны. А тогда в распоряжении композитора оказалась одна шестая часть света под названием СССР. О ней он, как бы кому-то ни хотелось, ни разу не сказал ничего дурного — наоборот.

— Я ненавижу, когда говорят, что в Советском Союзе было всё плохо, — говорил он «Известиям».

— Совсем нет — была культура высочайшего уровня, кино, которое сейчас не умеют делать, песни, которые больше не пишут.

Звезда Паулса на советском песенном небосклоне зажглась в 1975-м, когда над городами закружились «Листья желтые», и много лет горела мощным ровным светом. Сбоев у него не случалось: рецепт создания хитов выверялся до мелочей.

Качественные стихи, пластичная мелодия, щедрая, но без излишеств аранжировка, харизматичный исполнитель, а на выходе — высококлассное блюдо, каждое со своей «фишкой». «Танец на барабане» зажигал, «Старинные часы» ностальгировали, «Еще не вечер» сулил скорое счастье, «Миллион алых роз» расстилался необозримым ковром.

А ведь кроме песен были еще мюзиклы, кино- и телефильмы, театральные постановки — о такой востребованности сегодняшним авторам остается лишь мечтать.

Плюс к этому он успел побывать депутатом латышского сейма, министром культуры республики и даже баллотироваться в президенты Латвии, но вовремя понял, что главное для него — музыка.

Уйти нельзя остаться

Паулсу есть о чем рассказать и чем поделиться, но он человек закрытый. Надиктовал мемуары приличия ради — вроде бы в определенном возрасте медийным персонам положено, но умудрился не сообщить ничего жареного.

— Никогда не скажу всю правду до конца, — уверен он.

— Зачем? Всегда есть события или мнения, которые при оглашении могут причинить людям боль. Один великий человек оставил свои письма запечатанными и в завещании сказал, что открыть их можно, только когда все его современники уйдут из жизни, — через 70–80 лет. Он всё просчитал, и это правильно.

Паулс после себя вряд ли оставит письма. Во-первых, не слишком много он их писал, а во-вторых, зачем письма, если есть музыка? В ней весь он и все его отношения. Для желающих лучше освоить планету Паулс порекомендуем его инструментальные импровизации — пианист он блистательный, хотя в два рояля с Чиком Кориа сыграть бы не рискнул, считает, что это другой уровень понимания музыки — запредельный.

Но на своем юбилее он, конечно, сыграет — как сольно, так и аккомпанируя певцам. А мы будем надеяться, что за этим выступлением последуют другие. Уходить со сцены Раймонд не собирается.

— Не стоит дожидаться, когда тебя начнут забрасывать помидорами, — делился он.

— Но уйти, конечно, трудно. Хотя мне как инструменталисту держаться проще, чем вокалистам. Я обойдусь без пластических операций и прочих искусственных приемов. Есть немало знаменитых западных музыкантов, выступавших и до 80, и до 90 лет. Я беру пример с них.

Своей нынешней жизнью маэстро доволен. Хотя дело, скорее, во врожденной скромности и неприхотливости.

— Я не нищий, но и не богатый. Я живу так, как должен жить средний класс в Латвии или в России, — рассказал Раймонд Паулс в интервью МИЦ «Известия».

— У меня есть какие-то накопления благодаря моим авторским, есть дача, машина, квартира, но всё это среднего уровня, никаких миллиардов нет. Я не стараюсь иметь «Роллс-Ройс», мне он не нужен. Самое главное, что я не завишу ни от кого.

Остается добавить, что в юбилейном концерте в «Дзинтари» прозвучат композиции из разных творческих периодов и концертных программ Раймонда Паулса: песни на слова Яниса Петерса и на стихи Гунтара Рачса, аранжировки народных латышских песен, фрагменты сюиты Melnās krāsas («Черные цвета») и цикла Iespaidi («Впечатления»), а также баллады на слова Иманта Зиедониса и Евгения Евтушенко. Смотреть концерт можно на канале ReTV. Для российского телевидения будет подготовлена специальная версия.

Лев Лещенко, народный артист России:

— Раймонд Паулс — выдающийся музыкант нашего времени, который определил настроение эпохи. Она пережила много разных форм музыкального строительства, начиная от советских песен маршеобразного характера и заканчивая сегодняшним стилем, включающим в себя разные жанры — от рэпа до соула. Раймонд вс` это время оставался на виду не только у своей публики, которая его любила, но и у музыкальной общественности, создававшей историю шоу-бизнеса и искавшей дальнейшие пути развития.

Паулс был одним их тех, кто являл собой пример, на который можно было ориентироваться. Все песни, начиная с тех, с которыми он пришел, — я имею в виду песни Лаймы Вайкуле, Аллы Пугачевой и Валеры Леонтьева, — были востребованы.

Он обновлял себя не только как музыкант, но и как художник широкого профиля. Занимался не только музыкой, но и выступал как блестящий публицист и аналитик. Всё это продвигало музыку постсоветского пространства.

Думаю, он являлся и является столпом общей музыкальной культуры бывшего Советского Союза, а сегодня — интернет-пространства. Он один из величайших деятелей современного музыкального искусства.

Илья Резник, народный артист России:

— Дорогой мой, любимый гениальный композитор Раймонд Паулс! Я тебя очень люблю. Мы с тобой работаем уже 44 года. Многие твои сочинения живут 40 лет и более, и всем уже ясно, что это не простые песни, а песни, любимые народом, шедевры. Я тебе желаю благоденствия и радости. И, главное, здоровья тебе и твоей Ланочке на долгие-долгие годы. Я рад, что ты живешь в большом творчестве и пишешь не только симфонии и мюзиклы, но и песни.

Вместе с Раймондом мы написали песни, которые живут по сей день. Это и «Старинные часы», и «Маэстро», и «Вернисаж», и «Бабушка рядышком с дедушкой» и прочие, прочие. В прошлом году мы с Раймондом написали песню, посвященную медикам — этим героям нашей страны и всего мира,. Песня называется «Прости», ее поет герой, врач, обращаясь к своей возлюбленной, которая тоже врач. Он не смог ее спасти, спасая других. Ее замечательно исполнил певец Бусулис. А Леонид Рошаль, когда ее услышал, сказал: «Вы должны обязательно перевести эту песню на разные языки». Так что, может быть, будем искать переводчиков.

Дружба у нас в первую очередь творческая. Мы пересекались, когда приезжали с Аллой Пугачевой в Юрмалу, на хутор к нему, в Ригу. Всегда у нас были замечательные импровизации, посиделки, мы ели угрей. Он нас возил и к пограничникам, по-моему, очень смешная была поездка.

Многое можно вспомнить, но у него менталитет другой. Мы, русские, дружим и за рюмкой водки, и как-то бесшабашно даже, а он закрытый человек, у него прибалтийский, тевтонский менталитет.

Когда он приезжает, садимся обедать, он быстро съедает все, выпивает чашечку кофе и говорит: «Ну что, пошли к роялю. Идемте, все уже, хватит тут сидеть». Вот как любит творчество — просто обожает.

Сейчас имя Раймонда звучит в нашем доме с утра до вечера, потому что мы приютили двух маленьких котят-британцев. Нам сказали, что девочку зовут Ева, а мальчика надо назвать на букву «р». Конечно, мы назвали его Раймондом. Это потрясающий котенок, причем музыкальный. Когда я наигрываю двумя пальцами «Старинные часы», он мяукает. Думаю, если бы Раймонд услышал, был бы рад тому, что у песни есть еще один исполнитель, кроме Аллы Борисовны.

В общении с ним нет места сплетням, пересудам, он живет только музыкой, и это потрясающе. Дай Бог ему до 120 лет дожить.

Сергей Шуб, директор театра-фестиваля «Балтийский Дом»:

— Есть выражение «чувствовать себя как рыба в воде». Паулс живет в несколько замедленном прибалтийском ритме и начинает по-настоящему дышать, когда рядом рояль.

Помню, в гостинице «Европейской», где он жил, и здесь, у нас в театре, он всегда звал к роялю. Они будто рождены друг для друга — рояль, этот красивейший элегантнейший инструмент, и Раймонд Вольдемарович. Ему гораздо проще разговаривать, сидя за роялем, объясняться музыкой, а не словами.

У нас в «Балтийском доме» давно была идея сделать музыкальный спектакль с его участием. Есть очень интересный режиссер Галина Полищук из Латвии, мы знали, что она работает с Паулсом в Риге. Сели в машину с нашим арт-директором и поехали к Галине, а затем к Раймонду. Сразу попали под обаяние его музыки. Он человек безумной интеллигентности, безумного аристократизма, а эти качества всегда существуют вместе. Он нас встретил в ресторане, что называется, накрыл поляну, хотя мы ему были незнакомые и чужие люди.

Мы буквально за полчаса придумали концепцию. И спектакль о поколении 1960-х рождался при самом деятельном участии Раймонда Вольдемаровича. На первых показах он сам был у рояля, замечательно работал и с нашими актерами, и как аранжировщик, потому что музыку писали тут же, на студии, и как актер. До сих пор мы играем этот спектакль, но, конечно, уже не так часто — исполнители повзрослели, а очень многие и вовсе поменялись. Но мы бережём эту постановку и, наверное, будем еще долго беречь.

Часто говорят, что гений — это непростой характер. Но что таковым считать? Раймонд Паулс не будет бросаться на грудь, лобызать при встрече. Он немногословен, говорит при помощи музыки, но он человек, с которым очень комфортно работать. В этом смысле у него идеальный характер, потому что он профессионал и требует профессионализма от тех, с кем общается.

А в жизни он бесконечно трогательный и интеллигентный. Когда мы приезжали к нему по работе или просто в Ригу, он при всей своей занятости находил время встретиться, пригласить в ресторан посидеть. Бесконечное гостеприимство. Он и его потрясающая жена Лана, которую поздравляю с юбилеем мужа, абсолютно неотделимы друг от друга. Я думаю, что ни Лана без него не могла бы существовать, ни он без нее, это еще и замечательный семейный дуэт.

из Известия

Когда я был маленьким, мы жили бедно… Сколько я себя помню, мама не покладая рук хлопотала по хозяйству. Одевала нас аккуратно, даже нарядно. Помню, у нас дома всегда были запасы соли, муки, лука – на черный день, чтобы, если вдруг кончится, не пришлось у соседей одалживать. Мама просить не любила.
До сих пор вспоминаю, какие вкусные клецки и картофельные блинчики она готовила. С тех пор мои вкусы мало изменились – любым лакомствам я предпочитаю ржаной хлеб с салом и луком, свиную отбивную с жареной картошкой и суп с фрикадельками.
Я был вторым ребенком в семье. Мой старший брат, Гунар, умер, когда ему было четыре месяца, после этого в сердце родителей навсегда поселился страх за детей. Мы с сестрой всю жизнь чувствовали это трепетное отношение родителей к нам, хотя они и не говорили об этом вслух. Обладая прекрасным голосом, мама почти никогда не пела, редко улыбалась – будто боялась накликать несчастье.
Даже когда я уже стал довольно известным музыкантом и обо мне стали писать в газетах, мама не столько радовалась этому, сколько тревожилась: как бы не случилось беды.
При рождении мне, по латышскому обычаю, дали два имени – Ояр Раймонд. Но Ояром меня никогда не называли. Может, потому, что так звали соседского быка – огромного, черного, страшного, и ассоциации были не подходящие. Мать настояла, чтобы в школу меня записали как Раймонда Паулса…

Р. Паулс, К. Загоровская, «Музыка моей жизни. Воспоминания маэстро»
« Все знать хочу'