Сегодня очередная годовщина со дня рождения, без преувеличения, светила отечественной медицины — хирурга и основоположника отечественной нейрохирургии Николая Бурденко.

Он родился в 1876 году в небольшом селе Каменка Пензенской области. Все шло к тому, что Николай посвятит себя служению церкви: сначала он окончил Пензенскую духовную семинарию, затем — сдал экзамены в Петербургскую духовную академию.

Но судьба распорядилась иначе: внезапно он отказался от религиозного поприща, а вместо этого поступил на первый курс медицинского факультета Томского университета.

Там он увлекся анатомией, принимал участие в хирургических операциях, занимался с отстающими студентами. Но это учебное заведение ему, подающему огромные надежды врачу, закончить не удалось. Он был исключен за участие в студенческих волнениях и студенческой забастовке. Через некоторое время ему разрешили вернуться в университет, но вскоре снова отчислили по той же причине.

Николай Бурденко решил продолжить учебу в Юрьевском университете (ныне — университет в Тарту, Эстония). Будучи студентом этого учебного заведения, Николай занимался практической деятельностью, участвовал в медицинских выездных отрядах по борьбе с эпидемиями кори и тифа, принимал участие в русско-японской войне, спасая в госпитале раненых солдат и офицеров. Был ранен и награжден Георгиевским крестом.

После русско-японской войны он, получив диплом лекаря с отличием, работал хирургом в Пензенской земской больнице. В те годы он совмещал практическую деятельность с написанием научных трудов по хирургии. В итоге — уже в 1910 году Николай Бурденко стал профессором по оперативной хирургии в клинике Юрьевского университета. На тот момент ему было всего 34 года.

Началась Первая мировая война — и Бурденко снова отправился на фронт спасать жизни людей. В результате его исследований и практических решений, было серьезно снижено количество смертей среди военных после ранений в область живота, также он организовал эвакуацию более 25 тыс. раненых.

Летом 1917 Бурденко был контужен, после чего вернулся в Юрьевский университет, где заведовал кафедрой хирургии. Вскоре г. Юрьев захватили немцы. Немецкое командование предложило уже известному врачу и ученому перейти на их сторону, предлагая должность в захваченном немцами университете.

Но Бурденко отказался, переехал в Воронеж, затем перебрался в Москву и продолжил свои исследования в области военно-полевой хирургии и нейрохирургии.

Уже в преклонном возрасте он прошел Советско-финляндскую войну (ему было уже 64 года), а затем, с самого начала Великой Отечественной войны — был главным хирургом Красной Армии. Занимался эвакуацией раненых, лично провел тысячи хирургических операций, был контужен, перенес инсульт, но даже находясь на лечении в госпитале, Николай Бурденко продолжал помогать раненым солдатам. Вылечившись, он не ушел на покой, а продолжил свои исследования.

В 1944 году по его инициативе была учреждена Академия медицинских наук СССР (он же и возглавил ее). В 1945-м он перенес второй инсульт, но и после этого Бурденко продолжал посещать заседания ученого совета, выезжал в клиники и госпитали. Николай Бурденко скончался 11 ноября 1946 года от кровоизлияния в мозг.

Благодаря его практической деятельности было спасено огромное количество жизней, благодаря его исследованиям и огромному вкладу в медицинскую науку, и по сей день врачи спасают огромное количество людей по всему миру.

Доктор Бессмертие ! Он один такой. Твердый , бескомпромиссный , подчас даже жестокий .

Извеснейший советский хирург Николай Нилович Бурденко , ставший основоположником нейрохирургии в годы СССР , сделал огромный вклад в развитие современной медицины. 

Оставил после себя множество уникальных медицинских разработок , которыми и по сей день пользуются и гражданские , и военные эскулапы. 

Однажды доктор в шутку написал : «Тот , кто работает , всегда молод . Иногда мне кажется : может быть , труд вырабатывает особые гормоны , повышающие жизненный импульс».

Сегодня имя этого человека носят госпитали , университеты и специализированные санатории , а методам его лечения учат в вузах и используют во время сложных операций .

Научная и организационная деятельность Н. Н. Бурденко охватила ряд крупнейших разделов хирургии и смежных с ней областей: разработка вопросов патогенеза и лечения шока; изучение процессов в нервной системе при оперативном вмешательстве и острых травмах; исследование мозговых явлений при опухолях и травмах ЦНС, вопросы военно-полевой хирургии.

Создание Н. Н. Бурденко собственной школы хирургов привело к новым работам в области онкологии центральной и вегетативной нервной системы, мозгового кровообращения и др. Практически, Н. Н. Бурденко – один из создателей и организаторов всего советского здравоохранения.

Н. Н. Бурденко — академик АН СССР (1939), академик и первый президент АМН СССР (1944-1946), Герой Социалистического Труда (1943), главный хирург РККА (1937-1946), генерал-полковник медицинской службы; участник русско-японской, Первой мировой, советско-финской и Великой Отечественной войн, лауреат Сталинской премии (1941), почётный член Лондонского королевского общества хирургов и Парижской академии хирургии.

Имя Н. Н. Бурденко носят НИИ нейрохирургии в Москве, Главный военный госпиталь Министерства обороны, факультетская хирургическая клиника Медицинской академии имени И. М. Сеченова, Воронежская государственная медицинская академия, Пензенская областная клиническая больница; улицы в Москве, Киеве, Харькове, Воронеже, Новосибирске, Нижнем Новгороде, Иркутске, Химках.

Из сети

Его справедливо называют «медицинским Жуковым». Ведь войну во многом выиграли раненые солдаты: после первого ранения возвращались в строй 70%. Откуда в СССР появился этот гений нейрохирургии и военной медицины?

Ответ: из царской России. В 1917 г. ему уже 41 год, он сложившийся профессионал, профессор, организатор военно-медицинской службы – за его плечами был опыт двух больших войн. Неслучайно Временное правительство назначило его главным военно-санитарным инспектором. Примерно такую же должность он получил 20 лет спустя и в СССР, став главным хирургом Красной армии.

Семья не была способна оплатить Николаю образование, но внушить идею, что надо учиться, смогла. В 21 год он одним из лучших окончил семинарию, с одним «удом» – по церковному пению. Со слухом ему не везло по жизни вообще, он стал его терять после контузии в Русско-японскую и в 1937-м оглох совсем.

Как же он руководил? Остались свидетельства: «Последний раз я видела Николая Бурденко уже будучи студенткой, в самом начале войны, – рассказывала хирург Нина Боброва. – Он тогда являлся главным хирургом Красной армии. Был очень озабочен, деятелен, напряжён. Его раздражало, если не сразу понимали его невнятную, иногда неконтролируемую слухом речь; коротко и чётко писал он свои распоряжения на листках блокнота. Я всегда с восхищением и удивлением вспоминаю и не могу до конца понять, как этот совершенно лишённый слуха человек, перенёсший затем два инсульта, мог так чётко руководить и организовывать медицинскую службу в армии в те тяжёлые для страны годы!»

Нина Боброва была последней, кто хорошо знал Бурденко. Её родители, хирурги, дружили с ним со времён учёбы в университете. Приехав к Бурденко после его переезда в Москву, она была поражена: «В их доме мне запомнились солидная резная дубовая мебель, большой рояль, круглый стол, к обеду всегда накрытый белоснежной скатертью, прекрасная по тем временам сервировка. Постоянная домашняя работница в белом накрахмаленном фартуке, личный шофёр Николая Ниловича – всё это казалось тогда необычным и непривычным.

Вспоминается эпизод, когда во время обеда в обществе Николая Ниловича и Марии Эмильевны (супруга Бурденко. – Ред.) подали то ли рябчиков, то ли куропаток, которых до тех пор я никогда не только не ела, но и не видела. Я была страшно смущена тем, что не знала, как к ним подступиться. И тут Мария Эмильевна, решительно засучив рукава и заправив за воротник большую белую накрахмаленную салфетку, двумя руками взялась за птичку и начала её обгладывать. Я, вздохнув с облегчением, последовала её примеру».

Сталин умел ценить советскую профессуру. Но для Бурденко такая жизнь не была самоцелью. Это показывает вся его биография. Судите сами.

Семья была рада, что Николай станет священником. В семинарии его рекомендовали в Петербургскую духовную академию. Сам он из духовного образования ценил лишь формально-логическое мышление (в семинарии, как он говорил, его научили мыслить). Николай схитрил – подал параллельно и втайне документы на медицинский факультет Томского университета. И там, и там его приняли. Пойдёшь в академию – обучение бесплатное и карьера обеспечена, а в университете придётся самому платить за учёбу и работать как вол. В первый семестр, сделав невозможное, он сдал всё на отлично и заработал стипендию. В те времена перейти с платного на бюджетный было реально.

Часто пишут о его участии в студенческих беспорядках. Это преувеличено – лишь один раз он подписал протестное письмо, его отчислили, но сразу восстановили. И когда потом переводился в Юрьевский университет, ректор дал ему отличную характеристику: «поведения был отличного, ни в чём предосудительном не замечен». Бурденко был не революционером, а трудягой и патриотом – в мирное время работал в самых тяжёлых местах и отлично учился, а когда началась Русско-японская война, сразу добровольно вступил в медотряд. Их организовывал его учитель, известный хирург Вернер Цеге-Мантейфель. В эту кампанию кроме «солдатского Георгия» за храбрость Бурденко получил ещё ранение в плечо, контузию и огромные знания по военной медицине. Он побывал везде – от поля боя до операционного стола. Вытаскивал на себе раненых и, будучи студентом, уже оперировал. До этого и после Николай не раз прерывал учёбу, выезжая работать на разные эпидемии, подрабатывал во многих клиниках. Поэтому учился долго – 10 лет, только в 31 год он получает звание лекаря с отличием. Молодости, в современном её понимании, у него не было.

Далее идут 8 лет мирной жизни. Бурденко работает на кафедре Цеге-Мантейфеля. Вот как он это описывает: «Мой учёный патрон – Мантейфель – был выдающимся техником. Он быстро оперировал, но не щадил тканей. Опытность у него, как у практического врача, была огромная… Он делал так: часто уезжал и оставлял клинику на попечение то одного, то другого ассистента – по очереди. Все другие ассистенты – немцы – на летнее время уезжали в свои имения или к родителям, и я вёл клинику. Это воспитало во мне чувство ответственности и самостоятельность». За 3 года он делает докторскую, потом стал профессором. У него много командировок по России и Европе. Жизнь удалась – внук крепостного сделал отличную медицинскую карьеру.

Начинается Первая мировая, и Бурденко опять доброволец. Как военному медику, ему приходится решать и новые задачи: отравления газом – его используют впервые – и небывалое количество столбняка (это из-за появления разрывных снарядов). Он первым изучает эти проблемы и добивается введения прививок от столбняка. После Февральской революции его назначают главным военным медиком России. Но из-за повторной контузии в 1917-м (от снарядов профессор не прячется) покидает пост. В 1919 г. наши сдают Юрьев, где преподавал Бурденко, город становится эстонским Тарту. Бурденко и ряд профессоров «эмигрируют» в Воронеж, чтобы создать новый университет. «В числе немногих профессоров медицинского факультета приехал Николай Нилович, а также мои родители, – рассказывала Нина Боброва. – Бурденко стал не только заведующим кафедрой факультетской хирургии в Воронеже, но и главным организатором работы всего медицинского факультета, являлся самым видным и деятельным членом организованного по приезде «Комитета по устройству университета в Воронеже», стал деканом».

У него всё получается, коллеги его уважают, студенты любят. В Москве это заметили и в 1921 г. пригласили в столицу. Он сопротивлялся 2 года, но в 1923-м переехал. Тут Бурденко не одних рябчиков ел. Благодаря ему возник не только Институт нейрохирургии, но и сама нейрохирургия – операции на мозге стали делать массово, и тысячи больных, ранее обречённых, получили шанс на излечение. А в 1944 г., когда наша медицина помогала одерживать победу на военных фронтах, Бурденко организовал медицинский штаб для победы на фронтах научных – он стал организатором и первым президентом Академии медицинских наук СССР.

Александр Мельников