ПЕСНЯ РОЩИНА
Из кинофильма «Разные судьбы»

Почему ж ты мне не встретилась,
Юная, нежная,
В те года мои далекие,
В те года
Вешние?
Голова
Стала белою,
Что с ней
Я поделаю?
Почему же ты мне встретилась
Лишь сейчас!

Я забыл в кругу ровесников,
Сколько лет пройдено.
Ты об этом мне напомнила,
Юная, стройная.
Об одном
Только думаю —
Мне жаль
Ту весну мою,
Что прошла, неповторимая,
Без тебя.

Как боится седина моя
Твоего локона.
Ты еще моложе кажешься,
Если я
Около.
Видно, нам
Встреч не праздновать,
У нас
Судьбы разные.
Ты любовь моя последняя.
Боль моя!

Николай Константинович Доризо 1956г.

Песенка молодых соседей

В тихом городе своем
По соседству мы живем;
Наши окна друг на друга
Смотрят вечером и днем.

Рядом наши два крыльца,
Два зеленых деревца;
По соседству бьются рядом
Наши жаркие сердца.

У тебя в окошке свет,
От него покоя нет —
В том окне, как на экране,
Твой знакомый силуэт.

Хоть пора мне спать давно,
На твое гляжу окно…
Если б длилось бесконечно
Это чудное кино!

Николай Константинович Доризо 1956г.

Огней так много золотых

Огней так много золотых
На улицах Саратова.
Парней так много холостых,
А я люблю женатого.

Эх, рано он завёл семью!..
Печальная история!
Я от себя любовь таю,
А от него — тем более.

Я от него бежать хочу,
Лишь только он покажется:
А вдруг всё то, о чём молчу,
Само собою скажется?

Его я видеть не должна —
Боюсь ему понравиться.
С любовью справлюсь я одна,
А вместе нам не справиться!

Николай Константинович Доризо 1953г.

Поёт Анна Литвиненко.

Третий снег.

Смотрели в окна мы, где липы
чернели в глубине двора.
Вздыхали: снова снег не выпал,
а ведь пора ему, пора.

И снег пошел, пошел под вечер.
Он, покидая высоту,
летел, куда подует ветер,
и колебался на лету.

Он был пластинчатый и хрупкий
и сам собою был смущен.
Его мы нежно брали в руки
и удивлялись: «Где же он?»

Он уверял нас: «Будет, знаю,
и настоящий снег у вас.
Вы не волнуйтесь — я растаю,
не беспокойтесь — я сейчас…»

Был новый снег через неделю.
Он не пошел — он повалил.
Он забивал глаза метелью,
шумел, кружил что было сил.

В своей решимости упрямой
хотел добиться торжества,
чтоб все решили: он тот самый,
что не на день и не на два.

Но, сам себя таким считая,
не удержался он и сдал.
и если он в руках не таял,
то под ногами таять стал.

А мы с тревогою все чаще
опять глядели в небосклон:
«Когда же будет настоящий?
Ведь все же должен быть и он».

И как-то утром, вставши сонно,
еще не зная ничего,
мы вдруг ступили удивленно,
дверь отворивши, на него.

Лежал глубокий он и чистый
со всею мягкой простотой.
Он был застенчиво-пушистый
и был уверенно-густой.

Он лег на землю и на крыши,
всех белизною поразив,
и был действительно он пышен,
и был действительно красив.

Он шел и шел в рассветной гамме
под гуд машин и храп коней,
и он не таял под ногами,
а становился лишь плотней.

Лежал он, свежий и блестящий,
и город был им ослеплен.
Он был тот самый. Настоящий.
Его мы ждали. Выпал он.

Евгений Евтушенко.