Наталья Фёдоровна Гвоздикова

размещено в: Современные артисты | 0
Наталья Гвоздикова откровенно рассказала о памяти Евгения Жарикова и нынешней жизни
«На камине, кроме наших с Женей фотографий, стоят ангелы»                         
 
Советская и российская актриса; народная артистка РФ, лауреат Государственной премии СССР.  Википедия
Родилась
7 января 1948 г. (75 лет), Борзя, Читинская область, РСФСР, СССР
В браке с
Евгений Жариков (1975-2012 гг.)
Родители
Фёдор Титович Гвоздиков, Нина Николаевна Гвоздикова
Дети
Фёдор Евгеньевич Жариков

Для актрисы Натальи Гвоздиковой каждый ее день рождения — в первую очередь светлый праздник. «Для меня всегда 7 января — это прежде всего Рождество, а уже потом — мой день рождения», — рассказывала Наталья Федоровна в разговоре с «МК» накануне юбилейной даты. Трудно поверить, но Гвоздиковой исполнилось 75. А это чем не повод, чтобы поговорить? Наталья Федоровна была вполне откровенна и пребывала в хорошем настроении. Беседа периодически прерывалась на общение с курьерами, которые привозили ей подарки… — Отношусь к своему юбилею спокойно, без ажиотажа. Тем более в то время, в которое мы сейчас живем, празднование не очень и вписывается, — начала беседу именинница. — Я имею в виду не только себя, но и то, что происходит вокруг. Я смотрю телевизор, я читаю прессу, я общаюсь с людьми разных национальностей. Недавно, например, я встречалась со своим землячеством в Читинской области, где я родилась. Нас, артистов, рожденных там, не очень много: Саша Михайлов и я. Саша возглавляет фестиваль в Чите, а мне там вручали приз — «Гордость Забайкалья».

— Вам наверняка там не удалось избежать комплиментов. Честно говоря, так и не скажешь, что Наталье Гвоздиковой уже 75!.. — У меня была мама, которая прожила 85 лет. Она всегда была для меня примером, следила за собой. Это не значит, что она бегала по парикмахерским, но я всегда видела маму с ухоженными руками, хотя домработницы у нас практически не было.

И еще примером для меня стала Тамара Федоровна Макарова (преподаватель во ВГИКе. — Авт.), которая жила в других условиях, но сколько я ее помню, она всегда хорошо выглядела, всегда давала очень мудрые советы. По молодости казалось, что это неважно, но чем старше я и наши девочки становились, тем чаще мы вспоминали наставления Тамары Федоровны. Я низко кланяюсь ее памяти, очень уважаю и люблю, потому что училась у нее четыре года и уже потом мы продолжали поддерживать связь. И с Сергеем Аполлинариевичем Герасимовым мы время от времени встречались то в Доме дружбы, то в Доме ученых. Они для меня всегда оставались моими учителями.

— Из наказов Макаровой что вспоминается сейчас?

— Она всегда говорила: «Как бы вы ни устали, никогда не нужно ложиться спать с накрашенными глазами, губами. Всегда нужно уделять внимание своей коже, думать об этом смолоду». Она никогда не прибегала к пластике, а ведь ее коллеги в то время уже это делали. Я видела Тамару Федоровну за месяц до ухода, и это была как всегда подтянутая женщина, на которую было приятно смотреть. Я понимала, что ей не 20 и не 30 лет, но мне это было неважно, важно было пообщаться, послушать ее. Она была умница, хотя была очень строгая.

— Сейчас об этом уже открыто говорят: у вас никогда мыслей о пластике не возникало?

— Вы знаете, возможности такие были, и мне предлагали это. Одно время по телевизору шла программа «На 10 лет моложе», и кто-то из моих коллег воспользовался этим. Но я не очень хотела, чтобы все видели, как проходит этот не очень простой эксперимент. К тому же я посоветовалась с доктором, у которого наблюдаюсь много лет. Решила обойтись без пластики. Я со своим врачом по разным поводам советуюсь: какие витамины пить, пищевые добавки и так далее. Из Америки мне моя подруга раньше довольно часто присылала их. Теперь и у нас в аптеках тоже появились хорошие БАДы, и я их покупаю, хотя стоят они недешево. Но лучше выпить витамины, которые тебе пойдут на пользу, чем съесть какую-то колбасу, которая непонятно из чего сделана.

— День рождения в Рождество — это всегда двойная радость. Обычно это меняет как-то формат самого празднования?

— Я всегда знала, что 7 января — это прежде всего Рождество, а уже потом мой день рождения. Мама родила меня 7 января в 6 часов утра, семимесячную, в военном госпитале, где даже не было родильного отделения. За простыней, даже не за занавеской.

Сегодня я человек верующей. У меня есть батюшка, отец Георгий, с которым мы, пожалуй, даже дружим, потому что я всегда к нему могу обратиться по любому поводу и задать любой вопрос. Знаю, что получу вразумительный ответ. Если есть возможность, когда я приезжаю в какую-нибудь командировку, я всегда спрашиваю, будут ли на нашем пути монастырь или церковь? Вот, например, был день святого Спиридона, я была в поездке, и мне даже удалось прикоснуться к его мощам. Правда, не с первой попытки. Когда я увидела в монастыре лежащего за стеклом человека, который мне улыбается, у которого температура, как мне сказали, 36 градусов, я была настолько впечатлена, что мне захотелось наклониться и поцеловать стекло. Но я не могла достать из-за роста, он у меня 158 сантиметров. Я жутко переживала. Но через два дня нашей поездки я решила, что обязательно еще раз должна попасть в монастырь. Мы туда приехали уже вместе с сыном и коллегами. И вот я смотрю — а рядом скамеечка стоит. И я подумала: «Как хорошо!» Я на нее встала и сделала все то, что хотела. Теперь изображение святого Спиридона я узнаю в любой церкви. Как и изображение Божией Матери в монастыре на Киккосе, где я тоже была, и Николая Чудотворца в церкви в Италии и многих других святых местах.

— А новогоднее настроение вы себе создаете на этот период длинных каникул?

— Конечно. У меня дома стоит живая елка— мы с сыном купили. Меня постоянно спрашивают: да что вы каждый год мотаетесь за живой елкой? А я не могу, чтобы у меня дома искусственная стояла. Зато она стоит, красавица, пушистая, в квартире потрясающий запах! Я когда была в Америке, меня поразило, какое у них количество ненастоящих цветов, хотя у них в магазинах чего только нет! Я в Сан-Франциско в первый раз увидела огромную мимозу, и она цвела — вся желтая, красавица. А это был конец февраля. Ну разве можно такие вещи забыть! Я до сих пор помню. Понятно, что это фотографическая память, хотя я многие вещи записываю в дневник.

— Вы ведете дневник? — Да, уже много лет. Это не значит, что я каждое утро записываю, как я съела вареное яйцо, помыла посуду, подстригла когти на лапках у кота. Просто бывает такое, что проходит время, и ты забываешь какие-то события. Например, я была в Японии, но если бы я не записала детали поездки, я бы могла не вспомнить. Как мы приехали в театр Кабуки, а он был на реставрации, но нас пустили. Как я подошла к сцене, положила на нее руки, вспомнила, как Иннокентий Смоктуновский благословил меня на работу на сцене. Разве такое можно позволить забыть? Хотелось, конечно, еще посмотреть спектакль, но мне было достаточно ходить по улицам, общаться с простыми людьми, видеть детишек, которые меня, блондинку, за волосы норовили потрогать. У меня даже фотография где-то есть: я сижу на корточках, а один кукленыш трогает мои волосы.

— День рождения и Новый год — два праздника, где без праздничного стола не обойтись. Чем обычно угощаете гостей?

— Раз в году я пеку «Наполеон» вне зависимости от того, юбилей это или не юбилей. На него уходит два дня, это непростой рецепт. У нас в семье всегда было важно, что на столе. Любят очень фаршированные яйца, но я их фарширую не икрой, как обычно, а у меня свой рецепт. И это секрет. Я делаю, как я говорю, очень вкусную замазку (улыбается) и фарширую ею. Моя мама еще передала мне по наследству рецепт: она любила делать белые гренки, на которые клались чеснок и тертый сыр, как и картофель, все это запекалось в духовке. Считается, что в печеной картошке меньше всего калорий, что тоже очень важно. А еще я очень люблю утку с яблоками.

— Вам, наверное, и готовить особо некогда — много поздравлений с юбилеем…

— Да, я просто на разрыв сейчас. Много берут интервью, и не только по поводу меня. Вот позвонили, спросили: не могли бы вы дать интервью по поводу Касаткиной Людмилы Ивановны? Я не могла отказать, потому что очень уважала Людмилу Ивановну и Сергея Николаевича Колосова (супруга Касаткиной. — Авт.). Вот сейчас уже просят дать интервью о Жене Жарикове, и я, конечно, как никто могу рассказать о нем, только после праздников. В первую очередь о том, какой это был человек и актер, не смешивая все это с той грязью, которая время от времени пытается вылиться в его адрес. Но это история, касаться которой я не хочу.

— Вы храните дома память о Евгении Ильиче?

— Безусловно. У нас в доме не изменилось ничего — осталось так, как было при Жене, даже фотографии наши. Добавились только фигурки ангелов. Мне как-то подарила приятельница ангела, потом я увидела еще одного и так постепенно и начала собирать. Теперь у меня на камине кроме наших с Женей фотографий стоят ангелы. Я так сыну Федору и сказала: «У нас останется все так, как было при папе». Мы его помним, любим и все делаем для того, чтобы 18 января, в день его ухода, мы поехали на кладбище. Мы круглогодично оплачиваем, чтобы могила была в порядке, потому что не всегда получается самим следить. Кроме того, у меня мама похоронена на одном кладбище, бабуля на другом, Женя на третьем — все в разных местах. Зато мы спокойны: у них все в порядке. Мы время от времени собирались на кладбище у Жени все вместе со Светланой Немоляевой, с Леней Куравлевым и с Сережей Цигалем. А осенью Катя Табашникова прислала сообщение: «Была у наших — все в порядке».

— Как я вижу, вы находитесь в постоянном режиме «покой нам только снится»…

— Да, но с другой стороны, это и хорошо, что он только снится. У меня расписан график, осенью летала, например, в Когалым. В прошлом году меня приглашали, но у меня были съемки, и я никак не могла поехать. Поэтому когда мне позвонили в этом году и снова пригласили, я согласилась. Только спросила: «А сколько там градусов?» Мне ответили: «Ну, не так холодно — минус 23 градуса». А в Москве было +3. Ну что делать: Наташа руки в ноги — и поехала туда. В Когалыме у меня, кстати, кружилась голова, потому что, оказывается, там не хватает кислорода, а я бы даже и не подумала: шикарная зима, живые цветы приносили, когда на улице под 30 градусов мороза. Мы в самолете летели вместе с актрисой Мариной Яковлевой. И вот три с половиной часа мы с ней, вместо того чтобы спать, обсуждали, как закручивать облепиху и делать соки. Ну, потому что мы же все не общаемся. В Москве мы или по телефону что-то друг другу пошлем, или напишем. А видимся на мероприятиях, на которых особо не поговоришь, или на фестивалях. Мы с ней, кстати, в последний раз вместе были на фестивале в Волгограде, где нам подарили по арбузу в Камышине (город в Волгоградской области. — Авт.). Только два человека привезли арбузы в Москву — Марина Яковлева и Юрий Чернов. Арбуз был 8 килограммов. Я его отдала местным жителям, они мне потом звонили со словами: «Наташа, какой вкусный арбуз!» Я ответила: «Как хорошо, что вы, волгоградцы, съели арбуз, который мне подарили в Камышине» (смеется).

— То есть в свободное от съемок время вы и домашними заготовками не прочь заняться?

— Ну а как домом не заниматься? Я и помидоры кручу, и ягоды замораживаю, и грибы солю. Варенье не варю, делаю сырую ягоду — любит Федор. Этому меня научили мама, сестра, бабуля. Это все продолжение наших традиций. И когда ко мне приходят соседи, они спрашивают, как я делала, например, баклажаны. А я говорю, что не буду рассказать, потому что приду к ним и буду есть ту же самую баклажанную икру (смеется). У меня всегда есть компот, потому что я замораживаю ягоды. А яблоки, которые у нас растут, я засушиваю. — Вам по душе вставать с первыми петухами или любите ночные посиделки?

— По-разному бывает. Мы вот снимали две картины в Долгопрудном, и мне сказали, что машина за мной приедет очень рано — в 6.15. Ну, раз надо, значит, надо. Но поспать я люблю. Просто у меня есть кот, который требует общения. Вот мы елку ставили с сыном, и он вместе с нами испачкался в смоле, а потом всю ночь приходил ко мне. А обычно все наши коты, а у нас их сначала было три, прятались за елкой, чтобы я их не тискала. А я им говорила: «А для чего вы нужны? Чтобы потискать!» (улыбается). Меня спрашивают, как мы его назвали. Я говорю: «Дастин. Жариков».

— А как появился у вас Дастин?

— У нас умер кот, и Федор видел, как я переживаю, поэтому договорился с ребятами на работе: они выбрали кота. И когда я приехала домой, он мне сказал, что мы с ним поедем куда-то, где будет для меня сюрприз. И вот мы приехали — открывает дверь женщина, приглашает пройти, мы следуем на кухню, а там два котенка. Я сразу все поняла, осталось только выбрать. Но когда котенок укусил меня за палец, я поняла, что он наш.

— Вы, кстати, не часто рассказываете о сыне. А почему? Не любит?

— Не любит. Он у меня человек довольно строгий, хоть у него и потрясающее чувство юмора. Мы обожаем с ним вместе смеяться. При этом наша публичность, какой-то негатив ему не нравятся. Вот недавно в одном «желтом» издании снова написали неправду, постарались укусить меня.

— Федор в какой области работает?

— Окончил переводческий факультет — международные коммуникации и так далее. Кроме того, что он знает французский и английский языки, он развит разносторонне. Например, окончил специальные двухгодичные курсы и разбирается хорошо в технике. Меня он называет неандерталом (смеется). Говорит: «Мам, как можно не знать какие-то вещи?» А я ему отвечаю, мол, зачем мне знать, если у меня есть ты? Ну а иногда, наоборот, говорит: «Даже хорошо, что ты мало знаешь, а то взяла бы и перечислила неизвестному свои несчастные деньги». Он с юмором к этому относится.

— Мы все знаем, что вы даже с Жераром Депардье снимались, а потому с французским языком чуть ли не на «ты». Вы консультируетесь у сына как у специалиста?

— Да, когда меня в кино преследует французский язык, я ему звоню: «Опять французский». Он: «Ну, читай». Я могу прочитать любой французский текст, потому что раньше спрягала с ним глаголы, читала тексты. Я пишу русскими буквами текст, потом все это выучиваю и на съемочную площадку прихожу, как будто хорошо владею языком. Тот же Герасимов говорил: «Беретесь за какую-то роль — вы должны сделать так, чтобы вам было удобно, комфортно и вы получали удовольствие». И это правда.

— Здорово, когда со взрослым сыном удается наладить такое взаимопонимание. Он у вас заботливый еще наверняка…

— Да, это правда. Вот сейчас я получила от него посылку: сын мне купил туфли. Только что приехал курьер и привез мне от Федора подарок. Он знает мои размеры, обо мне все знает, как и Женя знал: что я люблю, что я предпочитаю. И ни один из них ни разу не ошибся. Причем я не могу сказать, что я на все согласна, у меня тоже есть предпочтения. Я вот хожу на маникюр к девочкам, они улыбаются: «Наталья Федоровна, ни зеленый, ни синий, ни серый мы вам не будем делать, мы это уже знаем». Или вот парикмахер уже рассуждает: «Так, куда едете? В Благовещенск? И потом сразу на концерт? Ну, на три дня вам хватит…» Меня там знают, хотя я не мотаюсь часто по салонам. Это все стоит к тому же недешево. Сейчас мне подарили карточку в бассейн на год, но пока Федор меня не пускает, потому что очень скользко. Говорит: «Мама, нет! Если только с оказией». А у нас еще маршрутное такси убрали, а было очень удобно добираться до нужного места. Сын заботливый, а я такая же была, и он видел, как я ездила на кладбище к бабуле, своей прабабушке. И хоть воспитывали его и мама моя, и соседка, у которой детей не было, и няни всякие, все равно вырос таким. То, что пришло из моего детства, я всегда старалась привнести в свою семью. И надеюсь, что это принесет Федор в свою семью, которая у него, конечно, будет — я в этом даже не сомневаюсь.

— А вы часто общаетесь с ним на темы избранниц и будущих внуков?

— Да мы не часто видимся в принципе. Он мне говорит, что уже не может уследить за моим графиком. А у меня все дела в блокнотике записаны: выполняю — вычеркиваю. Мы, конечно, разговариваем с ним, созваниваемся. У нас есть железное правило, которое еще идет из моего детства. Если я не могла дозвониться домой, звонила маме, не могла ей дозвониться — звонила сестре и говорила: «Передай, что я доехала и со мной все в порядке». И Федор мне говорит: «Когда бы ты ни приехала, позвони мне или пошли эсэмэску, что ты дома, все нормально».

— Не прочь стать бабушкой?

— Я уверена, что я еще буду бабушкой, не теряю надежду. Но я не люблю давить, понимаю, что мой сын нормальный человек, который хочет быть счастливым. Он очень хочет, чтобы у него было продолжение. Он говорит мне: «Мам, девочки теперь пошли такие: им надо побольше денег». Мы вот едем с ним, а в соседней машине за рулем едет молодая женщина. И я сама про себя думаю: где же она заработала такие деньги, чтобы купить такую машину?

— Есть категории женщин, которым нужно непременно быть в семье и замужем, у вас не возникало такой потребности в последние годы?

— Были попытки, когда мне на это намекали, причем не обязательно коллеги — круг общения у меня-то большой! Но я, во-первых, об этом вообще не думаю, потому что я знаю, что у меня есть дом, есть друзья. Знаю, что у меня есть недруги. Не знаю, правда, насколько их много…

— Наталья Федоровна, в вашей жизни что ни день — история. Вот вас разыскивали сотрудники прокуратуры. Успокойте нас всех, зачем вы им понадобились?

— Я сама очень испугалась тогда, потому что ничего плохого не сделала, чтобы меня разыскивали. Оказалось, что это был генерал-лейтенант Игорь Александрович Мясников, и когда он мне позвонил, я ему сказала: «Что же вы меня так пугаете!» В общем, меня пригласили поехать под Коломну, где открывали сиротский дом. Попросили поехать с фильмом «Ох уж эта Настя». Они нашли Иру Волкову, которую тоже искали через сотрудников прокуратуры. Мы потом с ней смеялись по этому поводу. В общем, мы показали деткам нашу картину и ролики «Ералаша». Мы открыли у них страничку кино. Я попросила еще Борю Грачевского, и он успел съездить к ребятам. Они были так рады. А 1 июня в театре Булгакова детки играли спектакль «Буратино». Я сидела в зале, волновалась, чтобы все у них хорошо прошло.

— В кинематографической тусовке вас неоднократно называли генералом в юбке, потому что вы могли сказать свое веское слово, правду. Как относитесь к этому почетному званию?

— Многие называют меня генералом в юбке, но, во-первых, я дослужилась только до майора в фильме «Рожденная революцией». Поэтому я могу быть только майором, хотя женщин-генералов я знаю в жизни. Ну а в-вторых, зачем звать генералом, если человек говорит правду? Вы считаете, что все генералы говорят правду? Просто если я не согласна, я могу сказать: «А давайте сделаем вот так!» Если человек нормальный, он на это пойдет. Я вот у режиссера спрашиваю: «Зачем так много говорить? Давайте попробуем импровизацию. Если будет плохо, то тогда я сделаю так, как написано в сценарии». У меня обычный характер, как у обычного человека, и я могу быть в разном настроении. Я могу пойти в магазин, где мне нахамят и испортят настроение. Или вот стоит бабушка на кассе, которая считает копейки, чтобы купить укроп, а очередь шумит. И тогда мой сын не выдерживает и говорит: «Дорогие друзья, наступит время — вы тоже будете в возрасте. Будьте снисходительны». Говорит определенным тоном — и все тут же замолкают, как будто им тут же заткнули рот, а ведь он правильно сказал. И я с ним согласна.

— Незадолго до Нового года зрители снова имели удовольствие увидеть вас в драматическом фильме «Овраг», где вы сыграли с Юрием Беляевым мужа и жену. Создавалось впечатление, что вы и правда прожили вместе много лет. Вы вообще были с ним знакомы до этого?

— Мы с ним до этого знали друг друга, но никогда не общались. В лучшем случае здоровались. И вот я думала: как же мы будем играть мужа и жену? Там еще трагедия, плакать придется моей героине, страдать. Ну а что делать: это моя профессия! Мы встретились уже сразу на съемочной площадке и стали репетировать. Мы люди старой школы: не признаем планшетов, нам все давали распечатанное на листах, и мы могли внести какие-то коррективы, что-то изменить, сократить, добавить. И вы знаете, мы работали на одном дыхании. Позже, когда мы встретились в Доме кино с Таней Абрамовой (женой Беляева. — Авт.), она мне сказала: «А вы знаете, что сказал Юра Беляев? «Эх, как жалко, нам бы с Наташей еще смен десять поработать!» Это дорогого стоит. Я тут была у Татьяны Устиновой на программе, и там показывали, как обо мне смешно говорил Беляев. Я потом звонила Тане и просила передать, что мне очень понравилось, как меня Юра рассекретил. Рассказал о моей доверчивости, о чувстве юмора. И действительно: мне говорят — я всему верю. Знаю, что нельзя, но хочется верить. Мы же все верим в сказку, в Деда Мороза. А когда ребенок не верит, жалко, что так происходит, потому что это чудо из чудес.

— Писали когда-нибудь письмо Деду Морозу?

— Несколько лет назад, когда нас повезли в Сочи, в резиденцию Дедушки Мороза, я первый раз написала ему записку. Написала, что я очень хочу, чтобы на земле был мир, чтобы люди улыбались, были здоровы. И в конце написала: «P.S. Платьишко мне не надо. Наташа Гвоздикова»…
MK

Рейтинг
5 из 5 звезд. 1 голосов.

Автор публикации

не в сети 1 месяц

Татьяна

Комментарии: 1Публикации: 7897Регистрация: 28-12-2020
Поделиться с друзьями:

Добавить комментарий