Натурщица. Автор: #Kriver

размещено в: Ах эти женщины | 0
Натурщица. Автор: #Kriver

НАТУРЩИЦА

Анастасию Забудину, как студентку художественного колледжа, не волновали вещи, не имеющие прямого отношения к искусству. Она скромно питалась, еще скромнее одевалась и жила в самой скромной комнате в общежитии. Но на жизнь всё равно не хватало.

Съев на завтрак запасенные для концептуальной картины макароны, Забудина поняла, что так дальше продолжаться не может. Ей нужна подработка.

– Есть один вариант, – кивнула соседка Тамара, когда Анстасия рассказала ей о своей проблеме, – Но весьма сомнительный.

– Я согласно на всё. За сосиску убить готова.

– Убивать не надо. А раздеться придется. Погоди возмущаться! Это не то, о чём ты подумала. Надо поработать натурщицей. Два часика посидишь с виноградной лозой в руках и сможешь сосисками целую неделю питаться.

Забудина задумалась. С одной стороны она сгорала от стыда даже на медицинском осмотре молочных желез, с другой стороны, еще пару дней без еды, и осматривать будет нечего.

– Я сама три раза позировала. Но сейчас им нужна худышка, как ты.

– Им?

– Да. Там сразу несколько художников. Восемь или девять. Не переживай, они все женщины.

– Тогда согласна.

***

В хорошо освещенной студии за мольбертами сидело семь женщин. Забудина сидела на красных подушках посредине, одетая в легкий халатик.

– Милочка, все собрались. Вы можете уже раздеваться, – низким голосом сказала полная дама в очках.

– Х-х-хорошо, – дрожащим голосом согласилась Анастасия и скинула халатик.

Женщины начали рисовать с деловым видом, лишь дама в очках поцокала языком:

– Да не красней ты так, девочка. С подушками сливаешься.

Забудина глубоко вздохнула, как на приёме у маммолога. И усилием воли вернула своей коже естественную бледность.

– Уф. Чуть не опоздал на Афродиту,- в комнату с мольбертом под мышкой ворвался нескладный тип в очках и с красным шарфом.

– Ой! – воскликнула Анастасия и через мгновение снова была в халатике.

– Так, в чём дело? – Возмутилась дама, – Почему вы опять оделись?

– О-о-он, – обвиняющий палец показал на парня.

– Что? Ну, опоздал Альбертик, ну и что?

– Мне сказали, что тут не будет мужчин.

– Это — не мужчина. Это — художник. Давай-ка тряпку долой.

– Позвольте, – возмущенно вмешался парень, – Я полноценный мужчина.

– Я так не согласна. Пусть он отвернется.

– Как же ему рисовать?

– Да! Как же мне рисовать прикажете? На ощупь?

– Так, дорогуша, – толстая дама уперла кулаки в бока, – Ты деньги получила? Получила. Теперь должна отработать.

Сжав губу, Забудина опять обнажилась.

«Думай о еде. Думай о еде» – твердила она себе. Но вскоре не выдержала и сказала:

– Я так не могу.

– Что ж за Афродита нам сегодня попалась болтливая. Всё вдохновение сбиваешь.

– Он на меня смотрит. Так не честно.

– Чего ж ты хочешь?

– Пусть он тоже разденется! – приняла неожиданное решение Анастасия.

– Что? Вот ещё. Не буду я раздеваться.

– А что так? На голую девушку пялиться — это ты герой. А самому раздеться страшно? – почуяв слабину, Забудина начала наступать.

– Ничего мне не страшно. Я пришёл сюда рисовать, а не позировать — мне за это не платили.

– Как будто, если б заплатили, то согласился бы… Половину своего гонорара отдам, если тоже разденешься, – пошла ва-банк Забудина.

– Нет.

– Я так и знала. Трус.

– Из принципа не буду, – надулся парень.

– Альбертик, не строй из себя девочку. Разденься — и мы продолжим рисовать в тишине, – вмешалась толстая дама.

– Так вы на её стороне?

– Альбертик, если разденешься — купим тебе пиццу.

Парень со злостью снял с себя шарф и швырнул на пол. Затем проделал такую же операцию с остальными вещами. Пока не остася в одних трусах.

– Трусы тоже.

– Трусы — только за большую пиццу.

– Ладно.

– С пепперони.

– Уговорил.

Под хлопки художниц Альбертик снял с себя трусы и красный, то ли со злости, то ли со стыда, стал рисовать. Через некоторое время до него дошло, что большинство женщин смотрят не на Афродиту.

– Чего уставились!?

– Что не нравится? – злорадно спросила Забудина, – Будешь знать.

– Зато я получу пол твоего гонорара и пиццу в придачу.

– Сволочь! Ненавижу.

– Ребятки замолчите! Не мешайте рисовать Апполо… в смысле Афродиту.

Через два часа всё закончилось. Картины были нарисованы, женщины разошлись по домам, а Альберт и Анастасия не глядя друг на друга одевались.

– Что б ты подавился своей пиццей! – прервала молчание Забудина.

– И тебе не хворать.

– Что б тебя пронесло!

– Ты мне, кстати, деньги так и не вернула.

В дверь, не постучавшись, вошел курьер:

– Пиццу заказывали?

– Пошёл вон! – рявкнули Ансатасия и Альберт в унисон, прикрывая оголённые участки.
После чего переглянулись и засмеялись.

***

Через полчаса от пиццы осталась одна коробка. Забудина возвращалась в свою очень скромную комнату. Её провожал Альберт. На улице было холодно — и они кутались в один шарф. В студии высыхало восемь картин. На семерых была изображены Афродита, плавно переходящая в Апполона. На восьмой была просто Афродита.

Спустя годы последняя картина была признана шедевром.

Многие отмечали оригинальное решение последней картины. Глядя на неё буквально чувствовалось, что сначала Афродита была так себе, но с каждым мазком становилась всё выразительнее и красивее. Критики считали, что таким образом художник хотел подчеркнуть процесс рождения греческой богини.

А вот почему, глядя на картину, хотелось есть, так никто и не понял…

Автор: #Kriver

Натурщица. Автор: #Kriver
Рождение Венеры (Афродита Анадиомена). Александр Кабанель – Французский художник, XIX век
0

Автор публикации

не в сети 28 минут

Татьяна

Натурщица. Автор: #Kriver 823
Комментарии: 1Публикации: 5614Регистрация: 28-12-2020
Поделиться с друзьями:

Добавить комментарий