В июне 2021 года Дмитрий Хворостовский и Флоранс Илли могли бы отметить красивую дату — 20 лет со дня свадьбы….. 

Красивая история любви Дмитрия Хворостовского и Флоранс Илли………

Народный артист, популярный во всем мире баритон с ослепительный улыбкой, обладатель множества престижных наград, Дмитрий Хворостовский – яркий пример того, что за великим мужчиной всегда стоит великая женщина. Со своей женой – жгучей полуфранцуженкой-полуитальянкой Флоранс Илли – певец прожил вместе 16 лет. По словам самого артиста, именно Флоша, как он ласково называл супругу, спасла его от алкоголизма, депрессии и неминуемого краха карьеры.

Хворостовский не скрывал, что тяжело переживал развод с первой женой из-за детей и «заливал» талант алкоголем. Первый опыт семейной жизни вообще оказался у Дмитрия тяжелым.

С будущей супругой, балериной Светланой Ивановой, он познакомился в Красноярском государственном театре оперы и балета и, несмотря на предостережения окружающих, женился на ней после трехлетнего романа, удочерив ее дочь Машу от предыдущего брака.

Создать тихий семейный очаг у супругов не получалось. Постоянные ссоры, измена жены, драка, после которой только вмешательство первых лиц государства уберегло певца от заведения уголовного дела… Брак не спас ни переезд в Лондон, ни рождение близнецов Александра и Данилы.

Из-за постоянных скандалов с женой у Хворостовского открылась язва, он стал злоупотреблять алкоголем, появились провалы в памяти, проблемы с работой. Певец сам не отрицает, что угроза петь не на оперной сцене, а разве что за заставленным бутылками столом стала реальной.

В 1999 году 37-летний Дмитрий Хворостовский приехал в Женеву исполнять партию Дон Жуана в местной опере. Его партнершей стала 29-летняя Флоранс Илли, с которой по сценарию предстоял поцелуй на сцене. Как гласит легенда и уверяют супруги, именно Флоранс начала добиваться расположения Дмитрия. Он сразу и честно признался, что женат и растит пятилетних близнецов. «Ну и что?» – ответила Илли, после чего и начался их роман и новый этап в жизни Хворостовского.

Писaтель Марк Твен и Оливия Лэнгдон прoжили вмeстe 36 лет
⠀
Пoсле свадьбы Твен cказал свoему приятeлю: «Если бы я знaл, кaк cчастливы жeнатые люди, я бы жeнился 30 лет нaзaд, не тратя время на выращивание зубов». Твену тогда было 32 года. Они были очень разными людьми. Сэмюэл Клеменс — это настоящее имя Марка Твена — вырос в небогатой семье и с юности сам зарабатывал на жизнь. Начал свой трудовой стаж в редакции газеты, потом получил профессию лоцмана и плавал по рекам, потом решил добывать серебро.

Потерпев фиаско, стал писать рассказы. И сразу прославился на всю Америку. Тогда-то он и влюбился в прелестную Оливию — дочь богатого капиталиста. Марк влюбился даже не в девушку, а в её портрет. Приятель Твена показал ему медальон с изображением своей сестры и пригласил Марка погостить в своём доме. На второй неделе знакомства Твен сделал Оливии предложение. Он нравился ей, но девушку смущали возраст Марка — он был старше на десять лет и его неинтеллигентные манеры.

К тому же у Твена за душой не было ни гроша. Впрочем, наличие у него писательского таланта Оливия не отрицала. Тем не менее, она ответила отказом. Он снова сделал предложение. И снова получил отказ. На этот раз Оливия мотивировала его тем, что Твен недостаточно серьёзно относится к религии. На это Марк ответил, что по желанию Оливии он непременно станет хорошим христианином.

В душе девушка уже была готова стать женой Твена. Только он об этом не догадывался. Решив, что его положение безнадёжно, Марк уехал. Но по дороге на вокзал его коляска перевернулась. Твен сделал вид, что серьёзно ранен. Его привезли обратно. Оливия вызвалась быть сиделкой и, выслушав ещё одно предложение руки и сердца, сдалась.

После свадьбы Марк старался не огорчать жену. Оливия была глубоко верующей, Твен читал ей по вечерам Библию, а перед каждым обедом произносил молитву. Зная, что жена не одобрит некоторые из его рассказов, он не показывал их издателям. Писал в стол, не опубликовав таким образом 15 тысяч страниц.

Оливия была главным цензором Твена. Она первой читала и правила его произведения. Однажды пришла в ужас от выражения, которое употребил Гекльберри Финн и заставила Твена убрать фразу. Она звучала так: «Чёрт побери!». Дочь Клеменсов — Сьюзи — говорила так: «Мама любит мораль, а папа кошек».

Твен слушался жену во всём. Писал в одном из писем: «Я бы перестал носить носки, если бы она только сказала, что это аморально». Оливия называла мужа «седым юношей» и приглядывала за ним, как за ребёнком. А он был уверен, что силу, энергию и детскую непосредственность ему помогла сохранить только Оливия.

Ливи гордилась чувством юмора мужа. Однажды, читая какую-то книгу, Твен хохотал на весь дом. Оливия спросила, какой автор так его рассмешил. Марк ответил, что не знает, но книга очень забавная. Ливи взяла её, чтобы узнать имя писателя и прочла на обложке: «Марк Твен».

Юмор выручал его в самых безнадёжных ситуациях. Он позволил Твену не опустить руки, когда выяснилось, что жена безнадёжно больна. По всему дому и даже на деревьях сада Марк развесил весёлые записки, чтобы рассмешить Оливию. На одном из посланий было дано указание птицам, когда им петь и насколько громко. Эта записка висела у окна спальни Ливи.

В их жизни было много трагедий. Смерть детей, банкротство Твена. Марка спасал его врождённый оптимизм, Оливию — христианское смирение. Они не мыслили жизни друг без друга. Говорят, что Твен ни разу в жизни не повысил на жену голос, а она ни разу не устроила ему скандал.

Твен был готов защищать супругу от всего света, однажды чуть не порвал со своим близким другом, который решил подшутить над Ливи.

А она, оставив все домашние дела, отправилась вместе с мужем в кругосветное плавание: за Твеном, тогда уже «шестидесятилетним юношей» требовался постоянный присмотр.

На один из юбилеев Оливии, Твен написал ей письмо, в котором были такие строки: «Каждый день, прожитый нами вместе, добавляет мне уверенности в том, что мы ни на секунду не пожалеем о том, что соединили наши жизни. С каждым годом я люблю тебя, моя детка, всё сильнее. Давай смотреть вперед — на будущие годовщины, на грядущую старость — без страха и уныния».

Такое простое счастье: история любви Инны Чуриковой и Глеба Панфилова
Они нераздельно связаны: талантливый режиссер и талантливая актриса, любящий муж и любящая жена…
Инна Чурикова и Глеб Панфилов — редкий семейный и творческий тандем. Они вместе более 50 лет и стали единым целым…
Инна Чурикова завоевывала свое место под солнцем сложно, но очень упорно. Веру в себя ей всегда придавали слова мамы. Она-то уж точно знала, что все мечты ее дочери обязательно сбудутся. И внушала это самой Инне, мечтавшей стать актрисой.
На вступительных экзаменах в школу-студию МХАТа после прочтения стихотворения ей посоветовали посмотреть на себя в зеркало. Вот что она сама вспоминает:
«…экзаменатор глянул на меня и спросил напрямик:
«А знаете ли вы, кто есть Афродита?»
Я замотала головой.
«Это богиня красоты, — назидательно пояснил педагог. — Идите и посмотрите на себя в зеркало!»
Я действительно зашла в туалет, посмотрела на себя в зеркало и расплакалась…»

Она расплакалась, но рук не опустила. И понесла документы в Щукинское училище, но снова потерпела неудачу. А вот в Щепкинское она уже поступила на курс Вениамина Цыганкова.

Уже в училище она стала сниматься в кино, но театральные подмостки ей никак не покорялись, даже после получения красного диплома. Талант ее был бесспорен, а внешность слишком непривычна. В какой бы театр она не обращалась, везде получала отказ. Однако Инна помнила, что все ею задуманное непременно сбудется.
Она стала актрисой театра юного зрителя. Лису в ее исполнении члены комиссии нашли слишком сексуальной, а Баба Яга почему-то вызывала у маленьких поклонников сочувствие.

Но удача не могла долго отворачиваться от столь упорной и трудолюбивой девушки. Тюзовскую постановку показывали по телевизору, когда молодой режиссер Глеб Панфилов увидел Инну Чурикову. Ему нужна была именно она, эта не слишком, как казалось, красивая и невероятно обаятельная актриса.

Во время безраздельного властвования на экранах революционных идей и патриотичных ролей Инне предстояло сыграть роль совершенно обыкновенной девушки в фильме «В огне брода нет». Она должна была сыграть почти саму себя, некрасивую, но очень трогательную.
Она, пережившая уже столько разочарований, даже не верила в успех всей этой затеи. Разочаровал ее и сам режиссер. Ей было всего 23 года, а ему уже 32. Глеб Панфилов был для нее ужасно взрослым и слишком серьезным.
Но работа над фильмом уже шла. Каким же было удивление Инны, когда у режиссера оказалось весьма яркое чувство юмора и множество творческих идей.
Работа над картиной необыкновенно сблизила их. Выяснилось, что у них много общего, им интересно вместе. И Инна, уже окрыленная влюбленностью, заиграла по-настоящему, раскрылась.
Глеб Панфилов тоже испытывал к Инне особые чувства. Он увидел в этой необыкновенной девушке то, что не разглядели остальные: невероятную нежность, ранимость, глубину и потрясающий драматический талант.

Любовь, начавшаяся на съемочной площадке, получила свое логическое продолжение. Вскоре Инна Чурикова и Глеб Панфилов стали мужем и женой. В маленькой коммунальной квартире, где они жили, родился их сын Ванечка. Они до сих пор вспоминают начало своей семейной жизни с ностальгией. Им было трудно, но они были очень счастливы.
Глеб написал сценарий для своего следующего фильма. Главную роль в нем должна была сыграть Инна. Ему удалось совместить в этой картине историю простой ткачихи Паши Строгановой и французской героини Жанны д'Арк. Но руководство упорно не соглашалось утверждать на эту роль Инну Чурикову, считая ее неподходящей для кинематографа. На борьбу с системой и все согласования ушло долгих четыре года. Однако режиссер был настойчив и убедителен.
В конце концов, он добился своего, фильм был снят. Лента «Начало» стала триумфом актрисы и режиссера. На Международном кинофестивале в Венеции они получили заслуженные награды. Правда, многие продолжали критиковать внешность актрисы, но она уже знала, что ее мечта осуществилась.
Она стала настоящей актрисой. Марк Захаров вскоре пригласил ее играть в Ленкоме. Этому театру актриса хранит верность всю жизнь.

Она продолжала сниматься в фильмах мужа, играла в театре, но главным в жизни для нее была и остается семья, ее близкие и родные люди. Ведь благодаря семье она смогла пережить шквал негатива, который преследовал ее долгое время.
Инна Чурикова и Глеб Панфилов очень похожи в своем мировосприятии. За сорок с лишним лет совместной жизни и творчества они стали единым целым. Они даже поссориться толком не могут. Их размолвки заканчиваются тем, что они встречаются глазами и начинают безудержно смеяться.
Главным своим достижением Инна и Глеб считают своего сына Ивана. Он не захотел идти по стопам своих родителей, хотя талантом и способностями не обделен. Получив специальность юриста-международника, он довольно успешно занимался ресторанным бизнесом.
Правда, в 2008 году мужчины Инны Чуриковой сделали ей невероятный подарок: муж снял фильм «Без вины виноватые», в котором одну из ролей сыграл Иван Панфилов. Конечно, в этой картине снялась и его муза — Инна Чурикова.
После премьеры сын Инны и Глеба решил все же попробовать себя в новом амплуа, окончил Лондонскую киношколу и режиссерские курсы, а теперь мечтает снять собственный фильм.

Инна Чурикова часто говорит о том, что без Глеба Панфилова такой актрисы, которой она является, не было бы. Ее творческая судьба сложилась бы совсем по-другому. Ведь это ее удивительный супруг первым рассмотрел и помог раскрыться ее таланту.
Они нераздельно связаны: талантливый режиссер и талантливая актриса, любящий муж и любящая жена.
«Нам очень интересно друг с другом. Я счастлива и рада, что я с тобой Глебушка», — отмечает Инна Чурикова.
«С ней можно в любое дело пускаться, она не подведет, не отступит, и мобилизует, и поддерживает», — говорит Глеб Панфилов о своей жене.
Источник :Культурология

История Марины Дюжевой и Юрия Гейко

Всю жизнь они оба восхищаются друг другом. А все началось с романа на съёмках…

Это случилось в Ялте, на съемках фильма «Похищение века». Марина Дюжева играла главную роль, каскадер Юрий Гейко заменял ее за рулем во время сложных и опасных моментов. На съемках за Мариной никто не ухаживал, одна мысль об этом казалось какой-то кощунственной. И матом при ней никто не ругался. Она просто останавливала на любом внимательный взгляд своих детских глаз – и этот любой сразу же становился улучшенной версией себя.

В гостях у Марины

Сосед Гейко по гостиничному номеру, тоже каскадер, на съемках отрывался по полной программе. Все время приводил в номер разных девушек, и Юрий отправлялся искать ночлег. Марина жила одна в двухместном номере, и он частенько просился переночевать у нее, а она, добрая душа, никогда ему не отказывала. Иногда у Марины собирались компании с долгими разговорами, гитарой, «сухариком» в трехлитровой банке, и тогда Гейко присоединялся к веселью. А иногда она сидела одна, писала кому-то длинное письмо. Гейко тоже садился за стол и начинал писать жене, все пытался как-то реабилитировать заканчивающуюся семейную жизнь. Бывали вечера, когда они просто болтали: ни о чем и обо всем сразу.

Однажды было так. Гейко должен был в три часа ночи встречать в аэропорту какого-то артиста. Его сосед, как обычно, привел девушку. Чертыхаясь, Юрий побрел просить убежища у Дюжевой. А у нее опять была компания с вином и двумя гитарами. Пели романтичные песни, смеялись, снова пели. Всем все нравилось кроме Юрия – он мечтал поспать хоть пару часов. Когда все разошлись, засыпать уже не было смысла: надо было собираться в аэропорт.

Марина что-то читала в кровати, Гейко тоже попытался почитать, но глаза слипались. Он взял единственный ключ, сказал, что когда вернется, тихо откроет дверь, постарается ее не разбудить. Неловко пошутил:

— Ты не ждешь любовника?

Она посмотрела на него серьезно и грустно:

— Нет.

— Спокойной ночи тогда.

Он наклонился, чтобы по-киношному поцеловать ее в щеку и вдруг почувствовал под своими губами ее губы.

Быстрее самолета

Они вернулись из Ялты, несколько месяцев встречались и начали жить вместе. Съемная квартира была, как декорация из фильма: на полу двухместный спальник, в углу ящик, накрытый чертежной доской – стол. Ничего больше не было, но их это почему-то не смущало, а ведь они уже ждали ребенка. Жили беспечно, как Адам и Ева в раю.

Марину уговорили сниматься в фильме «Девушка и Гранд». На съемках случилась беда – ее, беременную, сбросила лошадь. Артистку с кровотечением отправили к ее врачу в Ленинград. Через несколько дней она снова полетела в Минеральные воды – досниматься. Гейко, вне себя от беспокойства, уже мчался к ней на машине. Он опередил самолет – с трапа Марина попала в его объятия. Это горе они пережили вместе…

Первенец родился у них через два года. Мальчик тяжело болел, и родители сбивались с ног, бегая с ним по врачам. К счастью, потом всё наладилось. Через шесть лет у них было уже два сына.

Не слова — поступки

Марина считает, что любить – это не произносить слова, а совершать поступки. Она почти никогда не говорит мужу о своих к нему чувствах. Но она, например, в 90-е, забыв про всю свою рафинированность, посадила огород и кормила семью овощами. Научилась отлично готовить и творит чудесные шедевры из самых простых продуктов.

Юрий Гейко почти сорок лет удивляется, какого высокого качества человек живет рядом с ним. Какая она цельная, свободная, порядочная. Однажды Марину попросили поздравить с праздником одного начальника – это помогло бы ей в карьере. Но она сказала, что будет занята. Да много было таких моментов. Большое счастье жить с человеком, которого не только любишь, но еще и уважаешь искренне. Тогда, на съемках в Ялте, им очень повезло…

Вся такая внезапная… Марина Дюжева
Есть фразы из советских фильмов, ушедшие в народ. Они цитируются разными поколениями уже не один десяток лет и ассоциируются с актерами, которые их произносили.
Услышим: «Муля, не нервируй меня!» — вспомним Фаину Раневскую в фильме «Подкидыш», «Штирлиц, а Вас я попрошу остаться» — Леонида Броневого из «17 мгновений весны», «Я вся такая внезапная, противоречивая такая» — Марину Дюжеву из «Покровских ворот».
Не знаю, были ли у Марины Дюжевой противоречивости, но внезапности точно были.
Внезапно поступила в ГИТИС, хотя обиралась стать криминалистом.. Так же внезапно перевелась на курс ниже, чтобы уйти от педагога, не увидевшего в ней актрису.
Много и успешно снималась. А в начале 90 годов, когда осталась без работы, внезапно переехала на дачу и начала выращивать овощи, чтобы прокормить семью.
Через тридцать лет после окончания учебы ушла из успешного сериала и стала играть на сцене. Коллеги говорят, что играет она «на полную катушку».
У нее «синдром отличницы». Играет ли в кино или театре, дублирует ли фильмы, выращивает ли овощи, пишет ли стихи – все на отлично.
Спасибо ее мужу – Юрию Гейко – за то, что напечатал «несмелые стихи», которые она писала только для себя. Их хочется читать снова и снова и удивляться способности автора облекать свои чувства в слова.
И пусть у актрисы нет званий и наград. Для нас она уже давно стала народной, когда ее Анна Адамовна, срывая театральным жестом шарфик, сказала: «Я вся такая внезапная, противоречивая такая!».

© Copyright: Под Оранжевым Абажуром