Гости. Авторы: Александр и Лариса Довгерт

размещено в: Такая разная жизнь | 0

ГОСТИ

Вначале приходил кот. Большой, упитанный красавец с дорогим кожаным ошейником и серебряным колокольчиком. Он дожидался, когда мы с женой садились обедать во дворе нашего маленького домика и забирался к ней на руки.

Кот включал внутренний трактор и мурчал так громко, что жена от умиления вместо обеда гладила его. Так он и засыпал. Я не возражал. Жене давно пора было превратить обеды в завтраки, а ещё лучше, в полдники.

Но потом вслед за котом стала приходить большая собака породы сенбернар. Она ложилась рядом с женой и наблюдала, как та гладит кота. Я подсаживался к ним и гладил собаку.

Та засыпала положив большую красивую голову на лапы. Проведя у нас время до вечера, пушистый и кудлатый друзья уходили.

Жена прочла надписи на ошейниках у собаки и кота, и я уже собирался позвонить хозяевам и сообщить, что их четвероногие друзья проводят все дни у нас. Чтобы они не волновались.

Но жена категорически запретила мне делать это. Она так привязалась к спокойным и ласковым существам, что боялась лишиться их общества.

Я разумеется ругался и объяснял, что возможно люди волнуются и сбиваются с ног разыскивая, куда деваются их кот с собакой.

На что жена неизменно отвечала: — Значит им у нас лучше. Не смей мне портить настроение. Хотят лапочки у нас отдыхать, значит так и будет.

Так шли недели за неделями. Пока на спине огромного сенбернара не приехал большой попугай какаду. Меня чуть удар не хватил, когда я увидел это зрелище.

Впереди важно шествовал большой толстенький серый кот, позванивая серебряным колокольчиком, будто маленькая коровка. За ним опустив голову и будто стесняясь шел сенбернар.

А на его спине сидел большой белый попугай и подняв хохолок оглашал окрестности победным кличем. Какаду залез на стол и к полному восторгу жены сообщил, что зовут его Пуся и что он любит орешки.

На стол был вывален весь наш запас. Жена была в совершеннейшем восторге. А я молчал. Я ведь знал уже всю историю.

У этой семьи родилась тройня, и животные уходили к нам отдохнуть от криков и беспокойства царившего в их доме. А через неделю ещё, я съездил к этим людям и предложил им деньги за всех их питомцев.

Женщина плакала, а её муж сказал что деньги им очень кстати, да и нет больше у них ни времени, ни возможности ухаживать и смотреть за своими четвероногими и пернатым питомцами.

Так что, в этот день я приехал на машине привезя в наш маленький домик какаду Пусю, толстенького серого кота с серебряным колокольчиком по имени Черчиль, и сенбернара Лапу.

Жена, увидев, как я выпускаю из машины компанию и вынимаю лотки кормушки и клетку
расплакалась и бросившись ко мне крепко обняла меня.

— А я так боялась, что они однажды исчезнут, сказала она.

— Не волнуйся, ответил я. Они теперь тут навсегда. Я улыбнулся, и мы пошли показывать наш маленький домик новым жильцам.

Счастью жены не было предела, она то хватала на руки кота, то гладила попугая. А сенбернар сел рядом со мной и посмотрев на меня удивительно умными глазами тяжело вздохнул.

Я погладил его и сказал: -Не волнуйся. От нас никуда. Это ваш дом навсегда. Сенбернар ещё раз тяжело вздохнул и положил свою большую красивую голову мне на колени.

А в доме проходил ураган. Жена, кот и попугай бегали друг за другом по всем комнатам, и я слышал счастливый смех жены. Я улыбался. Всё было правильно.

инет

 

Поделиться с друзьями:

Акробат. Рассказ Анны Рыбкиной

размещено в: Про собак | 0
Акробат
 
Студент третьего курса Константин Смирнов возвращался из гостей в свое общежитие. Час был поздний, шел Костя по безлюдной окраине через частный сектор.
 
Вдруг резкая боль пронзила все его существо, пылая огненным шаром в животе! Парень, не успев ничего понять, согнулся пополам, в глазах потемнело, и он потерял сознание…
 
*****
 
Костя был местным, родился и вырос в этом городе, в приличной семье. А в общежитии жил, потому что самостоятельности захотелось, не сошлись с отцом в некоторых вопросах, проще говоря – поссорились.
 
И вот уже больше года не общались. Мама переживала страшно, и ругалась, и плакала, пытаясь их помирить. Все безуспешно. Характеры у них с отцом были одинаковые, тяжелые характеры.
 
В «общаге» Косте нравилось, без дела он не сидел, всегда находил, где подработать вечерами. Друзей было много, кроме студенческих, были еще бывшие одноклассники, да и с соседскими ребятами, с которыми выросли в одном дворе, собирались иногда компаниями.
 
А еще были друзья – бездомные кошки и собаки, которых Костя с детства подкармливал, таская из дома сосиски и котлеты. А теперь и возле общежития его всегда поджидали местные бродяги, зная, что он не забудет купить пакетик корма для котов, а песикам принесет что-нибудь из гостей.
 
Тем вечером, не дождавшись кормильца, бездомная стая разбрелась на ночлег, кто куда. И лишь один черно-белый пес все сидел у крыльца общежития, внимательно высматривая знакомую фигуру. А когда начало смеркаться, он побежал по дороге в ту сторону, откуда обычно возвращался Костя…
 
*****
 
Первое, что увидел Костя, когда очнулся, было мамино лицо. Глаза, красные от слез и недосыпа, и улыбка, добрая мамина улыбка:
 
— Привет, родной, — сказала она, — наконец-то! Как себя чувствуешь? Подожди, я сейчас… врача позову… От мамы Костя узнал, что был у него острый приступ аппендицита, от чего он и потерял сознание.
 
— Перитонит это был, — поправил вошедший в палату врач, — опасная штука, скажу я вам! Аппендикс воспаленный лопнул, так что перемыли вам, голубчик, все внутренности. Хорошо, что успели…
 
Косте предстояло провести в больнице около недели. Ночью ему не спалось, и он услышал тихий разговор дежурной медсестры и нянечки в коридоре:
 
— Парнишка-то этот, на волоске был, если б не собака! Мне Лидка со скорой рассказала, парень в канаве на обочине лежал, сперва думали, что пьяный. А пес возле него – выл на всю округу, а как люди ближе-то подошли, так он лаять начал, как полоумный, за одежду их хватал, и прям к парню подтаскивал! О, как! Спас хозяина-то!
 
«Спас хозяина…» — эти слова молотом застучали в голове Кости. Он догадался, кто это был – молодой черно-белый кобель, которого Костя прозвал Акробатом.
 
Пес был игривым, ловким и прыгучим. Иногда он встречал Костю по дороге в общагу, и парень все удивлялся, как собака чувствует его приближение! Так вот кому Костя теперь обязан жизнью!
 
На следующий день родители пришли вдвоем. Мама все хлопотала вокруг сына, то одеяло поправит, то лоб влажным полотенцем промокнет.
 
И говорила, говорила: — Сынок, как выпишут, поедем домой. Тебе нужна строгая диета, мне доктор все написал. Супчики, кашки, все протертое, тепленькое, по семь раз в день. Про общагу свою даже не думай, пока полностью не восстановишься – не пущу!
 
Костя был еще слаб и бледен. Он посмотрел на отца, который стоял возле окна и, казалось, боялся встретиться с сыном взглядом. Как давно они не виделись, не говорили. Сейчас они оба сожалели о пропасти длиною в год, что пролегла между ними.
 
У Кости было время подумать, и этой ночью он решил, что сегодня же попросит прощения у отца, да и у мамы тоже, ведь сколько переживаний он ей доставил.
 
— Простите меня, я был неправ, — сказал Костя слабым голосом, — я думал только о себе и не хотел считаться с вашим мнением…
 
— Сынок, не надо, тебе нужен покой, мы тебя любим, и папа очень соскучился, правда, Миша? — защебетала мама и с тревогой посмотрела на мужа.
 
Отец, отвернувшись от окна, внимательно взглянул на сына: — Тома, не тараторь, дай человеку сказать. Костя прикрыл глаза, собираясь с силами. Непросто было вновь заговорить о том, что, собственно, и послужило причиной разлада…
 
О собаке Костя мечтал, сколько себя помнил. Но единожды сказанное отцовское НЕТ не оставляло шансов, пока Костя был ребенком. И вот он окончил школу, поступил в институт и полностью погрузился в учебу.
 
А в конце первого курса, успешно сдав сессию, вновь заговорил о собаке. И опять его ждала глухая стена несогласия! Вот тогда они с отцом и поссорились, Костя ушел, хлопнув дверью, и с тех пор дома не жил.
 
Первое время перебивался у друзей, а позже удалось получить место в общежитии. Понятно, что и там заводить собаку было нельзя. Костя не раз задумывался, не снять ли ему какой частный домишко, зажили бы там с Акробатом…
 
Да-да, мысленно парень уже считал пса своим. Было между ними полное понимание, с полувзгляда, с полуслова. И вот сейчас, спасенный этим самым Акробатом, Костя лежал в больнице, а пес ждал его там, возле общаги, голодал и скучал…
 
Поэтому, задвинув подальше всю свою молодецкую гордость и амбиции, Костя сказал отцу: — Папа, я не прошу разрешить мне держать дома собаку, я понимаю… теперь понимаю… это ваша квартира, и вы вправе не хотеть, чтоб по ней бегал пес.
 
Костя умолк, ему еще трудно было разговаривать, но отец внимательно слушал и не перебивал. Мама тоже притихла. В конце концов, она так хотела, чтобы отец с сыном спокойно поговорили.
 
— Я прошу о помощи, — продолжил Костя, — там, на улице, мой друг… Он спас мне жизнь, и я его не оставлю. Как только смогу, я заберу его, буду жилье снимать…
 
Но сейчас, я прошу, его нужно покормить… Он там, возле общаги, черно-белый такой, зовут Акробат… Костя был бледен, на лбу выступил пот. Мама вновь промокнула ему лицо влажным полотенцем и заверила, что сейчас же пойдет, купит еды для собак, а отец отнесет.
 
— Папа, возьми сумку мою, Акробат запах почует и все поймет… — еле слышно добавил Костя.
 
*****
 
— Вот такая история… Пятнадцать лет уж мы вместе с Акробатом по жизни идем, он тогда и с родителями меня помирил, а позже и с супругой будущей познакомил, да…
 
Запутались поводками с ее таксой! Сыновья, вон, все трое, под его присмотром росли… А вы говорите – «усыпить»! Да я за его жизнь до последнего вздоха биться буду!
 
Мужчина в окружении троих сыновей-подростков сидел в коридоре ветклиники. Акробата оперировали, удаляли опухоль. Несмотря на возраст собаки, хозяин настоял на операции, нашел лучших врачей, все оплатил. И сидел теперь, как на иголках, ожидая результата.
 
И другие посетители, держа на коленях переноски с кошками и собаками, заслушавшись его историей, тоже переживали и старались подбодрить мужчину:
 
— А чем же закончилась история с аппендицитом? – спросила одна женщина,
 
— Как вы встретились с Акробатом? Мужчина улыбнулся, вновь погружаясь в воспоминания:
 
— Мама каждый день навещала меня в больнице и заверяла, что пес-спаситель накормлен и с ним все в порядке.
 
А в день выписки родители приехали за мной на машине, а там… вы представляете… сидел мой Акробат! Намытый, в новом ошейнике!
 
Оказывается, он уже неделю жил у нас дома, отец забрал его в тот же день, после нашего разговора. Я уселся на заднее сидение, обняв своего друга, а отец, оглянувшись, спросил: «Ну что, едем домой? Восстанавливать силы после операции!» И мы поехали…
 
Все присутствующие улыбались, прижимая к себе любимых питомцев, больших и маленьких. И тут в коридор вышел врач: — Константин Михайлович, все прошло успешно, ваш Акробат просто герой! Сейчас он отойдет от наркоза, я выпишу лечение, и можете забирать!
 
Мужчина, поднявшись, жал руку врача, а по коридору прокатился вздох облегчения. Через час Константин Михайлович в сопровождении троих сыновей и с собакой на руках вышел из ветлечебницы. Он аккуратно устроил Акробата на коленях у мальчиков, сел за руль, обернулся и сказал:
 
— Ну что, едем домой? Восстанавливать силы после операции! И они поехали…
 
Автор: Анна Рыбкина
Инет
 
Поделиться с друзьями:

Варенье из вишни. Автор Елена Касьян

размещено в: Такая разная жизнь | 0

Я варю варенье в большой кастрюле, помешиваю деревянной ложкой, снимаю пенку. В этом какое-то колдовство, что-то от детства и старости одновременно.

Моя бабушка любила вишню, сочную сладко-кислую ягоду. Три вишнёвых дерева росло в нашем саду. Одно было огромным.

Дед приставлял к нему большую лестницу, мне давали бидон на шнурке (он вешался на шею), и я забиралась на самый верх, где вишня была особенно спелой и крупной. Две в бидон, одну в рот; две в бидон, одну в рот…

И обязательно серьги из спаренных ягод. Они закладывались хвостиками за уши, но потом всё равно съедались…

Я варю варенье и вспоминаю, как бабушка вытирала мокрые руки о передник, посыпала вареники сахаром, поливала сметаной и выносила большую миску во двор, где целая кучка детворы строила шалаш за дедовским сараем.

Мы мыли руки прямо тут во дворе, водой из шланга. Дурачились, брызгались, хохотали. Вареники с вишней! Тогда казалось, что ничего вкуснее на свете нет! Сладкий сок стекал по рукам до самых локтей, липкие пальцы, сметана на подбородке. Хватали по два, по три, всё боялись, что не хватит.

– Не торопитесь, не испачкайтесь, – говорила бабушка.

– У меня там ещё много! Мы торопились, пачкались, обжигали губы. О чём мы тогда говорили, что обсуждали? Кажется, всё это было не со мной, не с нами, в какой-то прошло-вечной жизни…

…Я варю варенье и думаю о том, как удивительна жизнь, как быстротечна. Как недостаточно мы любим друг друга.

Как бываем невнимательны, как озабочены ничего не значащими вещами… И здесь должен быть какой-то вывод, какая-то мораль. Но ничего такого у меня нет.

У меня есть кастрюля вишни, тёплый летний вечер и сердце, полное нежности и благодарности…

Автор Елена Касьян

Поделиться с друзьями:

Судьба. Рассказ из инета

размещено в: Такая разная жизнь | 0
Судьба
 
-Сынок, а я замуж выхожу — тихо сказала Люба. В трубке повисло молчание . А потом грянул гром.
 
— Мама, ты ведь только полгода назад отца в последний путь проводила — возмутился сын
 
— Имей хоть капельку уважения к его памяти — Люба осторожно сказала
 
— Алеша, я все таки взрослая женщина и могу сама решать, как мне поступать, не правда ли? У тебя семья, а я одна. Мне так одиноко.
 
Сын сменил тон на насмешливый
 
— И кто же этот счастливчик? Я хоть его знаю или ты за первого встречного замуж собралась? — Люба обиделась
 
— Хорошего же ты мнения о своей матери,  укорила она его
 
— А выхожу я за Петю Голубева и ты его прекрасно знаешь.  Сын поперхнулся
 
— За дядь Петю? Ну ты, мать, даешь. Ведь отец его всю жизнь ненавидел. Вот что, я приеду и во всем разберусь.  Люба перебила его
 
— Приезжать не надо и скандалить тоже. Я тебе сообщила о своем решении, будь добр, прими его — и нажала на отбой.
 
Петр сидел на крыльце и, судя по окуркам, скопившимися в пепельнице, очень нервничал.
 
— Ну, как? — спросил он, когда Люба вышла из дома. Она пожала плечами
 
— А ты как думаешь? Он сильно Гришу любил и поверить не может, что я так быстро замуж собралась
 
 Он покачал головой. —
Если бы он знал всю правду, может все по другому было, а Люб?  Она положила ему на плечо голову.
 
— Нет, Петь, не хочу я, чтобы он все узнал. Для моего мальчика, это ударом будет.
 
Он глубоко вздохнул и обнял ее за плечи.
 
— Может ты и права, к чему старое ворошить. Пусть все своим чередом идет. Они замолчали и задумались, вспоминая свое сокровенное.
 
Любе тогда уже девятнадцать было, когда в их село Петр приехал. Молодой, красивый агроном. Все незамужние девчонки всполошились. Холостой, одет по городскому. Всегда отглаженный, вежливый. Подарок , а не мужчина.
 
Но быстро пришло разочарование. В клуб на танцы не ходил, на заигрывание только улыбался.
 
«С червоточиной мужик» вынесли всем селом ему вердикт. Но глаз с него не спускали, искали слабину какую, изъян. И стали замечать, что он в библиотеку часто ходит. А там как раз Люба то и работала.
 
Ну и пошли сплетни по селу, что библиотекарша ему приглянулась. Люба чуть не плакала, они почти даже и не разговаривали. Он придет, книжек кучу возьмет специальных и целый день в тетрадке что то записывает. А ведь она не одна, у нее Гриша есть. Между ними все решено уже было. После уборочной свадьбу сыграют.
 
Люба Гришу с детства знала. Был он старше ее на лет пять. В детстве бывало и обижал, а как выросла, влюбился. Взял он ее считай измором. Разогнал всех ее кавалеров, сговорился с ее отцом. Хоть и нравился он Любе, но прям большой любви к нему она не испытывала.
 
Рассудила так, мужем он хорошим будет, а чего ей еще желать. Тем более, что ничего лучше она все равно не найдет.
 
А вот Петя покой ее поколебал. Не встречала она еще таких мужчин. К примеру, Гриша ее книг вообще не признавал. А когда видел их у нее в руках, пренебрежительно говорил:
 
— Наши деды и без книжек этих все знали и умели. А счас взяли моду, все по ним поучать. 
 
Люба обижалась, сама она читать очень любила и без книги жить не могла. И как то в один прекрасный день, когда Петр сидел и привычно писал в тетради, ворвался Гриша.
 
— Ты не зачастил сюда, дружок? — воинственно начал он.
 
— Гриша, перестань — попробовала успокоить его Люба.
 
— Не лезь в наши разборки, выйди — отодвинул он ее.
 
— Вставай, давай, пошли на улицу разбираться — потянул он Петра за рубашку.
 
— Ну пойдем — усмехнулся он. Через три минуты вернулся.
 
— А где Гриша? — спросила Люба. Он хохотнул:
 
— Пошел домой, одежду менять. Он просто неудачно в навозную кучу упал. 
 
Она засмеялась: — Вы помогли или сам? 
 
Он улыбнулся:
 
— Сам. 
 
Вот после этого инцидента они и стали общаться. Сначала все о книгах разговаривали, а потом не до этого стало, Люба влюбилась. Да и Петя, как он потом признался, давно к ней приглядывался. И в библиотеку поэтому так часто ходил.
 
И Люба призналась Грише, что влюбилась в другого.
 
Тот недобро сплюнул: — Не будет этого, я не позволю. 
 
И у Пети начались проблемы. То комбайнеры загуляют на ровном месте, то машины сломаются все разом. А потом беда случилась. Кто — то поджег одно из полей. Обвинили во всем Петра. Что не доглядел, что национальное добро не уберег. Посадили за халатнось.
 
А Люба поняла, что в положении она, и никому же не скажешь. Будут все пальцем тыкать, что не сберегла она чести девичьей. А тут еще Гриша активизировался, проходу не давал. Все замуж звал. Она и не вытерпела, высказалась:
 
— Так я не одна теперь, дитя ношу. Нужна я тебе такая, с прицепом? 
 
Он побледнел сначала, а потом выдал:
 
— Я тебя любую возьму. И ребенок твой моим будет. Подумай сама, как ты родителям своим скажешь? Я твоего батю знаю, он мигом тебя из дома погонит. И куда ты потом? А твой Петя, может сюда и не вернется. 
 
И она сдалась и согласилась. Алешка родился, Гриша его принял, как родного. Все повторял, что ждет от Любы еще пяток детишек. Но у нее не получалось, так Алешка единственным в их семье рос.
 
Петя все таки вернулся. Встретил Любу как то на улице и сказал:
 
— Поздравляю вас, Люба, с замужеством и рождением сына. 
 
Она затравленно на него поглядела и буркнув спасибо — убежала. Так они и жили. Она с Гришей и сыном. Он один всю жизнь.
 
Гриша поначалу психовал:
 
— И чего тут прицепился? Ехал бы отсюда куда подальше. Ты смотри, Люб, спутаешься с ним, не пожалею никого. Алешка все равно со мной жить будет, он мой сын. Так что думай головой, а не другим местом. Поняла? 
 
Но годы шли, ничего не менялось, только ненависть мужа к Пете не проходила, а с каждым годом все сильнее делалась.
 
И вот, когда его не стало, Петя пришел к ней. Долго говорил ей о своих чувствах, которые со временем не ослабели. Люба тоже уже не сдерживалась и рассказала ему о сыне.
 
Он обрадовался и сразу предложил:
 
— Люба, хватит нам уже страдать, пора и счастья попробовать. Сколько нам еще отведено? Неведомо. Давай вместе жить. 
 
И Люба согласилась. Ведь и вправду, надо попробовать по зову сердца пожить. Сыну они все рассказали спустя год. Он их не понял и не принял.
 
Сказал:
 
-У меня был отец, он им и останется. И другого мне не надо. А Люба с Петей счастливо остаток жизни прожили. В любви и нежности к друг другу. Видно, судьба у них такая была, под конец жизни только вместе быть.
 
Инет
 
Поделиться с друзьями: