Странная гостья

Не хотела Ольга рассказывать о произошедшем своему мужу, но видимо рассказать теперь придется. Незадолго до их свадьбы Ольгу посетила странная гостья. Это была женщина лет шестидесяти, невысокая, вся такая аккуратненькая, в белой курточке и белом платочке. Она представилась подругой матери Ольги. Сказала, что вместе росли, жили по соседству. Хотела бы повидаться раз выдался случай быть проездом в их городе. Ольга пригласила женщину в квартиру. Со слезами на глазах рассказала, что матери уже пять лет как не стало. Что, та сильно болела. Что ей, Ольге, плохо без матери и очень сильно ее не хватает. Женщина всплакнула вместе с Ольгой. Посидела еще немного и ушла. А потом была свадьба. Ольга сдала свою квартиру, а сама переехала жить к мужу. Про эту женщину Ольга уже и позабыла. Но вот сегодня, выходя с работы, Ольга вновь с ней столкнулась. Та, неожиданно появилась перед девушкой. Кинулась обнимать Ольгу, как свою старую знакомую. Женщина была настолько рада этой неожиданной встрече, что Ольга даже растерялась. Она ведь даже не знала как ее звать. А уж такая радость от встречи, это прямо перебор.

— Оленька, я так рада тебя снова видеть! — быстро затараторила женщина. — Так рада. Сама судьба мне тебе сегодня послала. Я снова проездом в вашем городе. И надо же, снова встретила тебя. Давай где-нибудь посидим, поговорим раз уж встретились.

— Вы знаете, я бы с удовольствием, — Ольга не понимала, о чем разговаривать с этой незнакомой женщиной, — Но мне надо домой. Муж скоро с работы вернется. Ужин готовить нужно.

— Ой, извини, я не подумала, — женщина смутилась, — Я не подумала, ведь у тебя свои дела. Извини, пожалуйста, я пойду, не буду тебя задерживать. Оленька, а если ты не против, дай мне твой номер телефона. Я как в следующий раз приеду, позвоню тебе. Может и удастся встретиться, поговорить. Если ты не против, конечно.

Ольга была настолько ошарашена таким вниманием этой незнакомой женщины, что не найдя что ответить продиктовала ей номер своего телефона.

— Спасибо Оленька, — женщина записала телефон в свой маленький блокнотик, который моментально вытащила из сумочки, — Спасибо моя дорогая. Не буду больше тебя задерживать. Всего тебе хорошего, до встречи.

Она еще раз обняла Ольгу и скрылась за углом дома, рядом с которым произошла эта странная встреча.

А вечером следующего дня на телефон Ольги пришло СМС, прочитав которое девушка растерялась намного больше, чем от встречи с незнакомкой.

«Здравствуй, Оленька, это Светлана Ивановна, мы с тобой вчера встречались. Я не решилась тебе сказать, что у тебя есть племянница Вика. Ей пять лет. И нам очень нужна твоя помощь. Давай встретимся с тобой и поговорим. Напиши, когда ты сможешь со мной встретиться».

Ольга решила, что ее преследует какая-то аферистка, решившая на ней заработать. Девушка удалила СМС. Никакой племянницы у нее быть не могло, так как она одна. Братьев и сестер никогда не было.

Прошло два месяца. Ольгу больше никто не беспокоил. И она уже начала забывать об этой ситуации. Однажды утром, собираясь на работу, она вновь получила СМС от странной Светланы Ивановны.

«Оленька, я в больнице, если сможешь приходи, нужно поговорить». А дальше номер больницы и номер палаты. Ольга хотела вновь удалить сообщение, но что-то ее остановило. После работы Ольга отправилась в указанную больницу.

В больнице Ольгу ожидало неприятное разочарование. Светлану Ивановну утром выписали и она уже уехала домой.

«Что за глупые игры?» — девушка разозлилась на эту странную женщину, а больше всего на себя, за то, что повелась на ее сообщение.

Настроение испортилось. Хотелось поскорее оказаться дома и забыть про эту дамочку. Ольга поспешила на автобусную остановку. Через час она уже готовила ужин. Раздался телефонный звонок, это снова была Светлана Ивановна. Ольга схватила трубку с намерением высказать этой даме все, что она о ней думает. Но дама ее опередила.

«Оленька, я тяжело больна, поэтому отдала твою племянницу Вику в детский дом. Если захочешь поучаствовать в ее судьбе, то можешь найти ее в вашем местном детском доме, ее зовут Соловьева Вика. Я уже ничем не смогу ей помочь. А девочка добрая, хорошая, домашняя, ей там будет очень тяжело», — Светлана Ивановна просто захлебывалась слезами.

«Какая племянница? У меня нет братьев и сестер! Откуда у меня племянница?» — Ольга злилась на саму себя за то, что вновь вступила в диалог с этой женщиной. — «Что вам вообще от меня нужно?»

«Оленька, мне тяжело об этом говорить, но ради Вики я должна. У тебя была родная старшая сестра. Твоя мама родила ее, когда ей самой было шестнадцать лет. Девочку оставили в роддоме. Я тогда и удочерила эту девочку. Она выросла, выучилась, вышла замуж. У нее родилась Вика. А год назад твоя сестра вместе с мужем погибли в аварии. Вика тоже была с ними, но она выжила. На ней не было ни царапины. А потом я сильно заболела. Врачи говорят, что уже осталось немного. Я пошла по адресу твоей мамы, а ее уже и самой оказывается нет в живых. Я понимаю, что ты не должна и не обязана, но Вику мне так жалко. Кроме тебя у нее никого нет. Бабушка со стороны отца Вики, никогда ее не признавала. И сейчас отказалась забрать ее к себе. А я уже лежачая. Меня и выписали домой, потому что уже нет никакой надежды. Я отдала Вику в детский дом. Выхода другого у меня просто нет. Я решила, что ты должна обо всем знать. А как уж ты поступишь, тебе решать. Прости меня, что я так ворвалась в твою жизнь с этой правдой. Прости и прощай. Больше я тебя не побеспокою», — Светлана Ивановна положила трубку.

А Ольга еще какое-то время стояла с телефоном. Она была шокирована рассказом про мать, сестру, племянницу, аварию, детский дом. Это какой-то бред, сон, ложь, наговор, развод? Что происходит? Как на все это реагировать?

Про эту Светлану Ивановну Ольга не рассказывала мужу, а вот про племянницу рассказать придется. Ведь что-то нужно делать. Сделать вид, что ничего не произошло, не получится. Не получится спокойно жить с этой правдой.

Муж пришел с работы, поужинал. И Ольга поведала ему всю эту историю с самого начала. Пять минут тишины.

— Ты хочешь забрать эту девочку домой? — муж Ольги внимательно посмотрел ей в глаза.

— Я не знаю, — Ольга действительна была растеряна, — У меня всегда была сестра о которой я даже не слышала. Теперь ее нет, а есть ее маленькая дочка, которая совсем одна.

— Если ты заберешь девочку, то все вместе мы жить не сможем, — Юрий поднялся с дивана и направился на кухню, — Я к своим детям еще не готов, а тут чужой ребенок. Выбор за тобой.

Ольга и сама не горела желанием взваливать на себя заботу о совсем незнакомой девочке, пусть даже и племяннице. У нее муж, дом, работа, молодость. А тут ребенок и ответственность! Принимать решения Ольга была не готова. Но что-то делать было нужно. Ольга позвонила начальнице, взяла на завтра отгул.

С самого утра Ольга отправилась в детский дом. Нужно было проверить, есть ли вообще такая девочка. Оказалось, что есть. Бабушка тяжело больна, родители погибли в аварии, вторая бабушка отказалась от опекунства. Ольга увидела и девочку, которая была поразительно похожа на саму Ольгу в детстве. Ольга накупила сладостей и игрушек и передала их Вике через воспитателя.

Сердце сжималось от боли и переживаний за ребенка. Как правильно поступить? Оставить девочку и просто приходить и навещать. Или? Это «или» перевернет всю ее жизнь. Как правильно поступить? Как поступить???

Ольга долго бродила по улочкам родного города. Она вспоминала свое детство. Детский сад, школа и ее любимая, самая родная мама. Мама всегда была веселой и жизнерадостной. Она так любила свою Олюшку, что просто пылинки с нее сдувала. Оля помнит этот любящий и внимательный взгляд мамы. Мама могла подолгу сидеть и смотреть на дочку, как та играет или делает уроки. Сидит, смотрит тихонько, а потом вдруг глаза наполняются слезами. Мама спешно, начинает вытирать украдкой эти слезы. Ольга каждый раз спрашивала, почему мама вдруг начинает плакать. А мама всегда говорила, что от радости, ведь у нее есть такая дочка.

Только сейчас Ольга поняла о какой дочке плакала тогда мама. Смотрела на Ольгу, а сама думала о той девочке, которая живет в чужой семье. Всю жизнь мама прятала в своей душе эту тайну. Всю жизнь страдала и мучилась.

Только сейчас Ольга поняла почему она никогда не общалась с бабушкой. Они не ездили к ней в гости. Да и бабушка не была у них ни разу. Бабушка только приехала когда хоронили маму. Подала Ольге деньги, как помощь в похоронах. Поплакала. После похорон побыла на поминальном обеде и уехала. Больше Ольга ее не видела. Поехать к ней в гости, тоже не решалась, та ее и не приглашала.

Видимо всегда между мамой и бабушкой была эта пропасть, образовавшаяся после рождения Ольгиной старшей сестры. Скорее всего бабушка настояла на том, чтобы девочку оставили в роддоме. А мама, в свои шестнадцать лет, не смогла ей противостоять. Ребенок вырос в чужой семье.

А сейчас перед сложным выбором оказалась Ольга. Мама подчинилась выбору бабушки и страдала всю свою жизнь. А сейчас Ольга подчинится выбору своего мужа, оставит родную душу. И что? Снова страдания длинною в целую жизнь!

Девчонка будет жить среди чужих, а Ольга сделает вид что так и надо и будет радоваться жизни рядом с мужем, которому видимо наплевать на ее душевные терзания.

Ольга позвонила квартирантам, предупредила, что аренду на следующий месяц она возобновлять не будет и квартиру нужно освободить. Сама же поехала узнавать, какие документы нужно собрать, чтобы оформить опеку над Викой.

Вечером был тяжелый разговор с мужем. Тот категорично заявил, что Вику он в своей квартире не потерпит. Договорились, что Ольга дождется, пока освободится ее квартира и съедет.

Ольга понимала, ее семейная жизнь разрушена. Но на душе было спокойно. Она чувствовала, что все делает правильно.

Состоялось волнительное и пробирающее до мурашек знакомство с племянницей Викой. Девочка оказалась такой ласковой, душевной и такой родной. Они сразу сблизились, как будто всю жизнь ждали друг друга.

У Ольги, после встречи с Викой, в душе воцарилось такое умиротворение, как будто мама ее обняла и поцеловала, дала свое благословение.

Ольга навестила Светлану Ивановну. Та уже не вставала с постели. Они много говорили про маму, про сестру, про Вику. До последнего дня Ольга приезжала к ней, чем могла, помогала. Когда Светлана Ивановна умерла, Ольга как положено, организовала похороны.

Преодолев всю бумажную волокиту, Ольга забрала Вику домой. Началась новая жизнь. Были и трудности и проблемы, но дышалось в этой жизни легко и свободно. Дышалось с чувством выполненного долга.

Светлана Ивановна завещала свою квартиру Вике. Ольга работала. Вика ходила в детский сад, потом в школу.

Через два года Ольга встретила парня, которого не напугал ребенок в семье. Еще через год они сыграли свадьбу.

Ольга порой сидела и внимательно смотрела на Вику, как та делает уроки или играет. А глаза застилали слезы. Это были слезы радости, слезы благодарности и слезы омывающие судьбу ее мамы, которая всю свою жизнь прожила с открытой раной в своей душе. Раной, которую она Ольга, излечивает сейчас, глядя на эту маленькую девочку. Девочку, которую привела в ее судьбу эта СТРАННАЯ ГОСТЬЯ из маминого прошлого.

Рассказ с канала Дзен «Свет в твоем окне».
Фото инет

Исповедь

Мужчина сидел на лавке в парке, странно обхватив сухими морщинистыми руками склоненную седую голову. Костяшки пальцев побелели от напряжения… Это был худощавый пожилой человек, прилично одетый. Даже можно было сказать – торжественно для своего возраста. На нем был темный, практически черный костюм в едва заметную серую полоску. Рубашка тоже темно серая. Черный галстук, начищенные до блеска туфли.

Рядом, на лавке, лежала охапка ромашек. Где он их раздобыл в эту пору?

Весь облик старика выражал скорбь. Казалось, мужчина дрожал. Или плакал?

Что-то меня остановило у лавки. А вдруг ему плохо?! Я не удержалась и подошла поближе.

— Простите… С вами все в порядке? — мне было неловко от того, что приходится вторгаться в личное пространство незнакомца.

Мужчина поднял голову и внимательно посмотрел на меня. Что-то знакомое мелькнуло во взгляде. Я присмотрелась внимательнее.

Батюшки, да это же тот старик, с которым я познакомилась недавно. Вернее, не познакомилась, а просто поддержала беседу. Вот тут же в парке, на лавочке. Фотограф. Он тоже меня узнал.

Но сегодня он выглядел совсем иначе. Этот костюм, галстук, лаковые туфли…Волосы аккуратно подстрижены.

Но не только одежда другая. Что — то еще …

Ах да, глаза! Не было прежнего смешливого взгляда. Сегодня глаза были очень грустные и тоскливые. Я заметила даже слезы, непроизвольно застывшие в уголках глаз.

Мне стало неловко и захотелось поскорее уйти, но старик, казалось даже оживился увидев меня.

— О, это вы… Пришли почитать? Как хорошо, что именно вы…

— Да нет,- я замялась.- Не читать …Решила на пол часика выгулять себя… Обеденный перерыв у меня.

— Может, тогда присядете ненадолго.

Я посмотрела на часы:

— Ну, если только ненадолго. С вами точно все в порядке?

Старик вытащил из кармана скомканный и, казалось влажный, носовой платок, вытер глаза, потом смачно высморкался. И глубоко вздохнул, будто избавился от чего- то тяжелого..

Потом провел рукой по пиджаку.

— Этот костюм я покупал на свадьбу. Пятьдесят лет прошло… .Висел в шкафу. В чехле. Надел… второй раз за всю свою жизнь. Теперь только…- Он вздрогнул, будто отгоняя от себя навязчивую мысль и добавил. — Немного великоват стал…

Я смотрела непонимающе.

Старик, казалось, был поглощен своими мыслями. Будто что-то вспоминал. Потом вдруг стал говорить быстро и обрывисто:

— Вот пришел попрощаться с любимой … Ту, которую любил всю жизнь… Всю …Понимаете?!

Вскинув правую руку, указал в сторону старинного храма, выкрашенного в рыже-красный цвет:

— Скоро привезут на отпевание. Она жила здесь… рядом, в переулке… Мы часто в юности прибегали в этот парк. Здесь мы и встретились впервые. С тех пор часто сюда хожу, в надежде встретить ее… Но так ни разу и не пришла…А сегодня пришел пораньше. Вот сижу, прощаюсь…со своей любовью.

Мне стало не по себе:

-Может я пойду…вам, наверное, нужно побыть одному? – произнесла я.

-Да нет, вы — мое спасение. Мне так легче… Можно я расскажу?

Не дождавшись моего ответа, мужчина начал повествование.

«Тогда мы были совсем молодыми. Софи было восемнадцать, а мне двадцать три. Я, начинающий фотограф и художник. Она — училась на переводчика. Наверное вас удивило, что я не Софьей ее называю, или Соней, а Софи…Отец у нее был француз. Дипломат…Софи мечтала уехать в Париж, но мать, коренная москвичка, была категорически против переезда. Слишком многое ее держало на родной земле.

А потом в жизни Софи появился я.

Влюбилась в меня и о Париже вспоминала все реже. Нас закрутила московская бурлящая жизнь: выставки, тусовки, богемные вечеринки.

Даже, когда умерла мать и отец собрался уезжать, Софи решила повременить с отъездом. Любовь определила многое. Моя карьера быстро шла в гору и я тоже не рисковал что-то менять в ней. Риски были слишком велики. Софи осталась со мной.

Часто пытаюсь вспомнить нашу первую встречу, но увы…не получается…Я как-то то не сразу обратил внимание на нее. Стройная, изящная, симпатичная, да….Но таких много. Красивые волнистые волосы; всегда очень аккуратная, ухоженная, стильная. Мы часто встречались в одних и тех же компаниях. И я стал ловить себя на мысли, что все чаще заглядываюсь на нее. Голос, глаза…. В ней не было кукольной красоты, какая — то другая …Что-то было завораживающее и магнетическое. Она была очень легкой и интересной. Хотелось слушать бесконечно и смотреть, смотреть. Да, она была из породы людей, в которых влюбляешься постепенно и с каждым днем все больше…Как читаешь увлекательную книгу. С каждой страницей все интереснее . И Софи мне казалась с каждой минутой красивее. Это было удивительное ощущение.

Да и не только мне она нравилась. Многие ребята были влюблены в нее.

А потом случилась беда. Я попал в аварию. Автомобиль всмятку. Меня, можно сказать, собирали по крупицам. Софи не отходила от меня, выхаживала. Даже не приходя в сознание, я чувствовал ее маленькие ручки на моих руках и лице.

И когда я, наконец, очнулся и мог говорить, первое, что я сделал — попросил ее быть моей навсегда.

Она плакала и смеялась, кивая. Софи была согласна. Ах, как мы тогда были счастливы..

А я все спрашивал: « Ты точно меня не бросишь? Никогда – никогда?»

Софи перестала смеяться, лицо стало серьезным и грустным. И… поклялась в вечной любви.

Я окрыленный быстро шел на поправку. Молодость и любовь творили чудеса.

Мы были счастливы. Многие нам завидовали. Мы были очень красивой парой. И свадьба была красивой…Да…

Потом начался быт. Мы снимали квартиру.

Софи подрабатывала, давая частные уроки французского. А я ездил в командировки на съемки. И в какой — то момент сломался. Инстинкты победили.

Я предал Софи. Жизнь закрутила. Съемки, красивые девочки…

А она с нетерпением ждала меня каждый раз на лестничной площадке. Кидалась на шею. Плакала от счастья и тащила в дом кормить всякими вкусностями.

Я принимал это как данность.

Поначалу мы вместе мечтали о детях. Позже я заметил, что об этом говорит только Софи. Я, то ли уставал на работе, то ли пресытился супружеской жизнью, но тема детей откладывалась.

Софи чувствовала эти изменения во мне. Она тревожно заглядывала мне в глаза:

-Может у тебя кто-то появился?

-Нет.. Я просто устаю! — раздраженно отвечал я ей.

Появился ли кто-то? Их было много, красивых и бойких. А я молод и горяч. Когда еще если не в молодости?! Но признаваться не хотелось. Софи была родной и тоже любимой.

И Софи верила, до тех пор, пока одна девица не заявилась к нам в дом с требованием отпустить меня. Сказала, что ждет от меня ребенка.

В тот же вечер Софи молча собрала мои вещи и выставила за порог. Дверь мне не открыла и оправданий слушать не желала. Я слышал ее сдавленное дыхание за дверью…Но я был так молод и эгоистичен..

Ушел и начал разгульную жизнь.

Крутил романы, окунулся в бурный омут с головой. Но так и не женился официально. Не было второй Софи. Ни одной похожей не было. А я искал ее в каждой…

А что моя Софи? Я пытался вернуться, но она сказала, что нашла мужчину и счастлива. Но я не мог ее забыть… Приглашал на свои вернисажи. Она приходила всегда с ним. И он смотрел на нее влюбленными глазами, как когда — то смотрел я. Нет. Наверное, правильнее сказать, что Софи смотрела на меня так. Тогда я еще не понимал любовь по -настоящему.

Шли годы, но меня продолжало тянуть к ней. Я осознавал свою ошибку. Ни одна женщина не смогла заменить мне Софи.

Когда было совсем невмоготу, я звонил, заходил в гости. Они принимали меня очень тепло. Софи все также порхала, смеялась и окружала заботой. Потом я опять уходил в пустоту… В холодные стены, в кричащую тишину.

Иногда встречались в общих компаниях. Я тосковал. Она это знала. Порой, я ловил странный взгляд, и мне казалось, что она тоже тоскует. Но заботливый и любящий муж всегда был рядом. И я не смел нарушать эту семейную идиллию.

Годы летели, мы старели, продолжали дружить. Иногда видеться. Но уже реже.

А недавно мне позвонил он… Ее муж… И сказал, что она тяжело больна.

Я стал навещать ее в больнице каждый день. Каждый день носил ее любимые цветы. Она молчала и смотрела на меня, как тогда. Говорить уже не могла. Болезнь взяла ее в крутой оборот.

Я целовал ей руки и говорил, что люблю ее до сих пор. И буду любить до последней минуты… своей. У нее текли слезы, губы дрожали не в силах улыбнуться. А может, она хотела что-то мне сказать…

Нам было так хорошо вместе. И я благодарен ее мужу, который оставлял нас наедине и деликатно ожидал в коридоре.

В последний визит я немного опоздал, автобус задержался. А Софи ждала, напряженно вглядываясь в дверь. Когда я, наконец, зашел, она крепко сжала мою руку своими крошечными руками, посмотрела на меня счастливыми глазами и …. И через минуту ее не стало. Ей было важно дождаться…

Позже Дмитрий, ее мужчина, признался мне, что он никогда не был ей мужем.

Софи подобрала его на остановке холодным осенним утром. Ему некуда было идти. Жена с любовником избили и выгнали из дома. Приходилось ночевать, где придется. Иногда, на вокзалах, но оттуда его тоже гнали. Часто били. И вот такого несчастного и больного увидела его Софи. Он ежился на лавке, втягивая голову в воротник пиджака. Жутко кашлял и чихал, не в силах открыть воспаленные глаза.

Софи молча подняла его, но удержать на ногах не смогла. Выбежала на дорогу ловить такси. Подъехал какой — то частник кавказец. Отвез и даже помог поднять до квартиры и уложить на дивана.

Когда Софи стала доставать кошелек, таксист стал махать руками:

«Эээ, нэт! Ради такой красавиц, котори так любит муж и не ругаит, я дэнги не вазму!»

И ушел.

Софи выходила Дмитрия и оставила жить у себя. Как брата или друга. Но с условием — должен был играть роль ее мужа. Для меня. Она так и не уехала в Париж, потому что когда- то обещала не бросать меня. Знала обо мне все от друзей. Иногда посылала деньги, когда мне было тяжело. Я думал, что эти деньги дает друг, а это, оказывается, Софи передавала».

Когда стоял вопрос о вернисаже в Париже, она подключила отца и его знакомых и там меня встречали с особым почтением. Получается, Софи была всегда рядом со мной… с моей жизнью. Незримо присутствуя в ней. Только я этого не знал.. Она не бросила меня, клятву свою сдержала.

Она ведь так ни разу в Париж и не слетала. Отец прилетал к ней. А Софи свою мечту положила на алтарь нашей любви»

Немного помедлив, мужчина, будто что-то вспомнил:

— А знаете …я часто пересматриваю старые фотографии. Помните, я в прошлый раз рассказывал, что в них можно прочесть многое? Так вот — Софи единственная, кто глазами полными любви смотрит на меня…Не в объектив, не в сторону, а на меня…Глаза в глаза. Все остальные позировали, искали ракурс, делали томный взгляд…. Но только Софи была самой прекрасной, самой естественной и красивой. Ее хотелось разглядывать и проникать в ее мысли… »

Сказав это, мужчина вытащил из нагрудного кармана старую пожелтевшую фотографию. На ней были изображены двое. Это была молодая и безумно красивая пара. Мужчина, оторвав любимую от земли, держал ее крепко в объятиях, будто кружа в танце. Смеющиеся, счастливые лица смотрели друг на друга глазами полными любви. Удивительно, как такая крошечная картонка могла нести в себе столько информации, столько чувств и столько любви.

Эмоции переполняли меня, слезы не таясь текли по лицу.

Вдруг, старик, будто очнулся от погружения в воспоминания : резко вскинул запястье с часами и спохватившись торопливо произнес:

-Пора…пора… Мне пора… к Софи. Нельзя опаздывать.

Схватил букет полевых цветов и, шатаясь, двинулся в сторону храма.

PS.

С тяжелым сердцем возвращалась в офис. Не отпускала мысль, что ничто не случается случайно. И вот эти встречи с незнакомым человеком, так много дающие для размышлений… Берегите друг друга сегодня и каждую минуту….

Зоя Папаскуа

Игра судьбы, или Долгожданная встреча. Удивительная история

Вот ведь жизнь наша, порой такое учудит, только диву даёшься. И никакого кино не надо. В жизни порой такое случается, что никакой сценарист придумать не сможет. Вот и в этой истории, вроде и ничего особенного…но ведь чудно всё же…

Видимо мало попадало Ваське, пятнадцатилетнему пареньку, от Нюркиной бабки. То хворостиной она его погонит, то крапивой по нижнему месту хлестанет… Ничего не помогало. Так и вертится возле Нюркиных окон. Бабка Нюркина даже милицией мальчишку пугала… Бесполезно. Хоть кол на голове чеши… Нюрке тоже всего пятнадцать, а ведь нет, всё норовит бабку обмануть, да на улицу улизнуть. То в библиотеку ей срочно надо, то к подружке бежит школьные уроки делать. Видите-ли по алгебре задачку она никак не решит… Не сходится что-то. Вчера у неё всё сходилось…отличницей была, а сегодня решить не может. А сама мимо подружки проходит, к колодцу заброшенному идёт, где этот непутёвый Васька ждёт. Люди всё видят. Это с таких то лет бабушку свою обманывать приучилась…

Рано взрослеют дети деревенские. На земле растут, не на асфальте.

— Ну чего ты прицепилась к этому Ваське,- ругает её бабка,- Станешь взрослой, хорошего парня встретишь… Умного и образованного. А на Ваську посмотри… отец с малолетства его на тракторе учит. Так и будет всю жизнь чумазиком, как отец его.

— Пусть чумазик. Пусть необразованный,- обижается Нюрка,- Зато любимый.

— Что ты понимаешь в любви то,- сердится бабушка,- Кроме любви ещё много чего в жизни требуется.

Так ничего и не смогла сделать Нюркина бабка. Ни угрозы, ни уговоры не помогали. Нюрка так и встречалась с Васькой. Конечно у них ничего серьезного не было, просто дружили мальчишка с девчонкой. Он подарки ей простенькие дарил. Простенькие да для сердца дорогие.

Но как и бывает часто в нашей жизни, судьба обязательно препятствие какое нибудь выстроит на пути двух влюбленных. Как же без этого. Без препятствий жизнь скучной будет.

Отправила бабка Нюру к сестре своей родной в Москву. Учиться ей надо, и жизнь свою налаживать. Чего она в этой деревне увидит? Ничего хорошего. Только жизнь свою загубит. Поплакала, поплакала Нюра, простилась с Часовой своим да и поехала. Как же бабушку ослушаешься. Она ведь вместо матери у неё. Да и денежки они с сестрой много лет откладывали, чтобы Нюрку выучить.

Ну а Васька в армию служить ушёл, да так там и остался после срочной. Контракт подписал. А как обосновался на новом месте, так и родителей уговорил к нему жить переехать. На Байкал значит. Все эти годы он писал бабушке Нюркино́й, чтобы та адрес девушки дала. Но бабка молчала, а вскоре померла. Приезжала Нюра на похороны, сельчан спрашивала про Ваську, но никто ничего толком не знал. Знают что на Байкале служит, а где именно им неведомо.

Так судьба и разлучила их на долгие четырнадцать лет. И по интернету они друг друга искали все эти годы, но безрезультатно….Пока вдруг…

Пока не отправили Нюру Сергеевну, ведущего специалиста одного крупного Московского предприятия в командировку на пару дней, за тысячу километров от Москвы. В такое захолустье, где ещё до сих на лошадях ездили. Был там небольшой заводик который выпускал какие-то комплектующие для их предприятия. Вот и надо было с ними договор продлить.

В тот же день отправили на этот же самый заводик и Василия. Тоже за тысячу километров от места его службы и проживания. Назначили его начальником службы безопасности. Начальником охраны значит… Старый начальник долго болел да так и ушел в мир иной, ни у кого разрешения не спросив. Вот холостяка Василия и отправили.

Теперь самое странное. Ехали они в одном вагоне поезда, в соседних купе. Но видимо судьба не наигралась ещё, и не дала им встретиться. Только Василий выйдет из своего купе, а Нюра уже дверь свою закрыла. Утром Василий идёт умыться, а там уже занято, Нюра зубы чистит. Вспомнит Василий что полотенце забыл, а Нюра уже в своем купе. Даже на перон они вышли почти в одно и то же время, но взгляды мимо прошли… Вы будете смеяться, но и ехали они в одном, почти пустом автобусе, до поселения. А уж когда вышли они только вдвоем из автобуса, тут взгляды их и встретились. Тут уж судьба бессильна… Прятать их друг от друга негде стало…

Вот так судьба снова свела Нюру и Василия через четырнадцать лет. Видимо сжалилась…или наигралась уже…

Кстати они на следующий день расписались в этом самом селении. В те времена попроще было. Спешили видимо, будто боялись, что судьба с ними вновь свои игры затеет.