Первая любовь. Рассказ Дарьи Исаченко

размещено в: Мы и наши дети | 0
ПЕРВАЯ ЛЮБОВЬ.
 
Моей первой любовью был Коля Остапчук, смазливый пикапер шести лет от роду. Жилистый и вёрткий, он нравился всем девочкам в нашей детсадовской группе, хотя и был от горшка два вершка.
 
Но ни его малый рост, ни редкие крупные зубы, ни волосы, которые соломой торчали в разные стороны, не умаляли его мужского обаяния.
 
А сбитые коленки добавляли особенный шарм. Шарм усиливался шрамами. Каждый божий день Коля зажимал свою новую жертву в коридоре возле шкафчиков с клубничками и вишенками.
 
Жертва радостно верещала, не смея поверить в своё счастье и билась в конвульсиях достаточно сильно, чтобы сохранить девичье достоинство в глазах общественности, и недостаточно сильно, чтобы отбиться от домогательств Остапчука. Через несколько минут после оба – жертва и Коля – возвращались в группу.
 
— Дурак! – По всем правилам приличия говорила раскрасневшаяся жертва, завязывала распустившийся бант и бросала исподлобья на агрессора взгляд полный призыва и любви.
 
— Сама дура, – сплевывал по-взрослому в сторону сквозь зубы Остапчук и давал тем самым понять, что роман окончен. Группа при этом смущённо хихикала. Но в глубине души каждая девочка мечтала побывать на месте жертвы, а мальчик – на месте Остапчука.
 
Однако, и на старуху бывает проруха. Пришла она и на долю Остапчука – в середине года в группе появилась новенькая.
 
Ещё какая! Во-первых, она была выше всех, и тем более Остапчука, который едва доставал ей до груди, откуда у Леночки, казалось, начинали расти ноги.
 
Во-вторых, она была блондинкой. Её длинные русые волосы были стянуты в тугой хвост на самой макушке, а кукольное личико, как чепчик, обрамляли кучеряшки.
 
В первый же день Остапчук, действуя по привычной схеме, зажал новенькую возле шкафчика с грушей.
 
Но в этот раз всё пошло не так. Леночка вырвалась и убежала. Она ещё около часа она ревела в углу. Дело дошло до воспитателей, которые после допросов и дознаний, разобрались в чём дело и призвали Остапчука к ответу.
 
Бочком-бочком он подошёл к Леночке, почесал за ухом и сказал:
 
— Извини…что ли… Будешь со мной ходить? На что Леночка ответила:
 
— Мальчик, мне не нравится, как ты себя ведёшь. Я не могу с тобой дружить.
 
Этого Остапчук перенести не мог. Такого удара по самолюбию плейбоя ему ещё не наносили. Тем более, после этого Леночка выбрала себе в наперсники Пашку. Тихого мальчугана, о котором до этого вспоминали только во время переклички.
 
Остапчук начал бороться за свою честь. Для начала он дал в нос Пашке. Коляна наказали. Пашке наклеили пластырь, и они с Леночкой стали играть в доктора. Остапчук включил игнор. Леночка этого не заметила.
 
Коля стал менять девчонок, как перчатки. Теперь дважды в день из коридора раздавались визги. Леночка ничуть не ревновала к объектам харассмента.
 
Тогда Остапчук пошёл с козырей – однажды во время контрастного душа пробежал перед девочками без трусов. Все прыснули, а Леночка закрыла лицо руками.
 
Что делать дальше Остапчук не знал. Леночка с Пашкой каждый день умиротворённо лепили куличи, играли в мяч и чертили палкой на земле замысловатые схемы по преобразованию тройного одеколона в волшебную жидкость.
 
Остапчук с тоской наблюдал за ними из беседки, периодически плевал на руки и приглаживал ими свои вихры. Со стороны казалось, что Колян сдался, но нет.
 
Он изменил стратегию. Как-то принес Леночке ватрушку, заначку с полдника. Ещё через неделю – подарил свой значок с Микки Маусом. Потом – цветы с соседней клумбы.
 
А перед выпускным на сонном часе прошёл слушок, что Остапчук пошёл ва-банк и «признался» Леночке. Но увы, она сказала «что они уже сговорились с Павликом». Это было больше, чем фиаско, друзья.
 
Осенью Коля Остапчук поплёлся в первый класс с ранцем и раненым самолюбием внутри. Но если моя первая любовь закончилась с началом учебного года, то любовь Коли выдержала испытание временем.
 
Однажды, много лет спустя, я увидела в соцсетях фотографию девушки, лицо которой показалось мне знакомым. Имя её было – Елена Остапчук…
 
(Дарья Исаченко)
Из сети
 
Поделиться с друзьями:

История про котлетки. Эссе Анны Кирьяновой

размещено в: Уроки жизни | 0

Сначала, конечно, вы очень расстроитесь. Может, даже разгневаетесь. Даже, возможно, будете потрясены. И от этого человека отшатнётесь на всю жизнь; от того, кто показал себя во всей красе. Продемонстрировал свой порок.

Но потом возблагодарите Небеса за то, что это быстро и сразу произошло. Это вам подарок свыше. Это вам личная информация. Ценное предостережение. Потому что гораздо ужаснее, когда личные качества открываются спустя время.

Вот замечательная история из жизни про девочку, которую в десятом классе мальчик позвал гулять. Этот мальчик ей очень нравился! Такой симпатичный. И вот он зовёт гулять, — вспомните свои чувства, когда вам шестнадцать было…

Они долго гуляли промозглым вечером; по парку, потом просто по улице.

Девочка была влюблена. Но все равно холодно, знаете. Все же холодно. И есть захотелось. Девочка робко об этом сказала так, между делом. Мол, сейчас бы чайку горяченького! А юноша подхватил. Мол, и правда!

Он сказал, что сейчас зайдёт домой ненадолго. А девочке предложил подождать у подъезда. Это же подростки были; девочка и осталась ждать. Холодно и сыро, но она ждала, не очень понимая, куда ушёл парень. Мало ли. Может, срочное дело дома есть. Или взять что-то. Деньги, например…

Мальчик вышел минут через 20 в хорошем настроении, розовощекий такой. И губы сальные утирает. Девочка спросила, зачем он домой-то заходил? А затем, чтобы поесть котлеток. Так ответил молодой человек.

Мама утром нажарила вкусных котлеток. Вот он поел и чаю выпил две кружки. А теперь готов дальше гулять по парку или по улице. Теперь другое дело прямо! Совсем не холодно. Ну что, куда пойдём?

Девочка так изумилась, что даже пошла рядом с мальчиком, от которого вкусно пахло котлетками. А потом ускорила шаг. А потом побежала…

И больше к этому парню не подходила никогда. Хотя он ей улыбался. Масляными губами…

Вот и хорошо. Очень хорошо, что моментально все стало ясно. Попереживаем, посердимся или поплачем. А потом прибавим шаг. Чтобы интересный человек остался позади навсегда. Это большое благо — сразу увидеть масляную улыбку и ощутить запах котлет…

Гораздо хуже, когда это случается спустя годы. И уйти уже трудно. Или некуда.

Анна Кирьянова

(история по мотивам личного комментария Анны К. )

Поделиться с друзьями:

О следах, которые оставляют люди в жизнях других. Полина Гавердовская

размещено в: Уроки жизни | 0

Много думаю в последнее время о следах, которые оставляют люди в жизнях других, если вообще оставляют. И почему одни оставляют, а другие нет.

Моя коллекция таких следов довольно разнообразна.

Кто-то вошел ненадолго и заставил сменить мировоззрение.

Кто-то оставил после себя три-четыре музыкальных композиции. Или два-три слова, которые стали своими. Или чемодан.

Кто-то изменял так, что навсегда научил быть верной. А кто-то так объяснял любовь, что, даже любя, не захочется говорить это слово вслух, настолько оно теперь испорчено.

Кому-то спасибо, что был, кому-то спасибо, что больше нет. А кто-то исчез, как не было, и ни слов нет про это, ни сожаления. Удивительно…

Полина Гавердовская.

Художник: Олег Трофимов

Из сети

Поделиться с друзьями:

Рассказ о стариках и старушках. Автор: Наталья Ионикова

размещено в: На закате дней | 0
Хороший и добрый рассказ. О СТАРИКАХ И СТАРУШКАХ
 
У cтарушки Эминовой и старухи Лапко практически общее прошлое. В доисторические времена Эминова вышла замуж за Григория.
 
Григорий оказался на удивление мобилен: через полгода ушёл к Лапко, правда, надолго не задержался и поменял Лапко на эту крашеную выдру из бухгалтерии.
 
Эминова с Лапко не разговаривали две пятилетки, но потом им дали квартиры в одном подъезде, так что как-то рассосалось.
 
Скелет в шкафу изредка оживает, и тогда старушка Эминова язвит напропалую, а старуха Лапко каменеет лицом и становится похожа на истукана с острова Пасхи.
 
Назавтра обе успокаиваются, вспоминают, что делить-то уже поздновато, и дружно мечут ядовитые стрелы в крашеную выдру.
 
Ежели выдра ещё жива, то качественная икота ей обеспечена надолго, ежели нет, то пусть повертится в гробу, гадюка.
Григорию тоже достаётся, но в меньшем объёме.
 
Старушка Эминова живёт на втором этаже, старуха Лапко на четвёртом, а между ними, на третьем – переводчица Катя с Тимошей.
 
Катя (итальянский, испанский, французский) работает, подрабатывает где только можно, потому что крохотная однушка куплена в кредит, потому что у Тимоши неладно со здоровьем, нужен бассейн, лечебная физкультура, логопед, потому что няня Майя Мартыновна – человек надёжный, но не бесплатный.
 
У Кати отличный итальянский синхрон, её приглашают на переговоры, иногда они затягиваются допоздна, и если Майя Мартыновна занята, то у старушки Эминовой и старухи Лапко праздник: Катя просит их взять Тимошу к себе на вечер, а если повезёт, то и с вечера до утра.
 
В чьей квартире будет Тимоша – тут строго по очереди, хотя старушка Эминова и пытается смухлевать, но старуху Лапко на кривой козе не объедешь, у неё всё записано.
 
У старушки Эминовой есть древний проигрыватель и стопка пластинок. Почти караоке. Они с Тимошей поют про два берега у одной реки, а старуха Лапко, которой бог не дал ни слуха ни голоса, ревнует и завидует.
 
Зато Лапко много лет собирала открытки с видами, три коробки накопилось, Тимоша любит их рассматривать, и теперь уже Эминовой приходится делать вид «подумаешь!».
 
В прошлом ноябре старушка Эминова и старуха Лапко вызнали, что у Тимоши нету большого плюшевого медведя, отправились в игрушечный магазин и там ахнули – достойный медведь с их пенсиями не монтировался.
 
Старуха Лапко расстроилась до того, что пришлось усаживать на стул и отпаивать валерьянкой.
 
Старушка Эминова битый час разглядывала магазинного медведя со всех сторон, доведя охранника и продавщицу до безмолвной истерики.
 
А дома достала из комода свой свадебный подарок – аккуратно завёрнутую в пергамент невозможной красоты гэдээровскую плюшевую скатерть дивного шоколадного цвета, по центру и по краям узор из голубых незабудок. Пока кроили и шили, раз десять переругались смертельно.
 
Медведь получился малость кривобокий, с незабудками на попе, но Тимоша полюбил его сразу и навсегда, назвал Медведем и из рук не выпускает.
 
Август, ночь, за окном над клёнами плывёт оранжевая луна, старушка Эминова и старуха Лапко не спят – вдруг дитяти приснится плохое, испугается, да мало ли что, всё равно бессонница.
 
Впереди у них целый день, Катя приедет из Вильнюса только к вечеру.
 
Старушка Эминова думает, что утром доберётся потихоньку до базара, купит вишни, ну как можно – ребёнку пять лет, а он ни разу не пробовал пенки от вишнёвого варенья.
 
Старуха Лапко думает, что вдруг Катя полюбит какого-нибудь итальянца и уедет вместе с Тимошей в эту его Италию, что ж делать, лишь бы человек был хороший, ответственный, не какой-нибудь Григорий.
 
В пятнадцатиметровой комнате застыли тишина и время. В потёртых креслах сидят ровно полтора века, стерегут сон маленьких пяти лет, чуть слышно сопящих на диване в обнимку с медведем ..
 
Автор: #Natalja_Ionikova
Из сети
 
Поделиться с друзьями: