БАБУШКИНА ЛЮБОВЬ
Бабушка к нам не приезжала. Она болела, а жили мы далеко, хоть и в одном городе. Поэтому чаще мы наведывались к ней, в основном, на выходных.
Но однажды зимой, когда все улицы завалило снегом, она все-таки приехала. Папа привез ее к нам на машине, на время, пока мама была в командировке.
Я училась тогда во втором классе, во вторую смену. Уходя на работу, отец строго настрого наказывал не пинать балду до обеда, а делать уроки.
Но как только за ним захлопывалась дверь, мы с бабушкой просачивались в зал и поудобнее устраивались в креслах перед телевизором.
Я с уроками, она — с вязанием. Я включала Электрон, и мы смотрели фильм «Михайло Ломоносов».
Родители ни в жисть бы мне, конечно, не разрешили делать уроки с работающим телевизором, да еще сидя кое-как за журнальным столиком: в полуоборота, пожав под себя ногу. Но наивной бабушке я наплела, что эти аспекты не влияют на производительность, и она поверила.
Фильм был степенный, длинный, с авторским закадровым голосом и множеством исторических фактов. Мерно скрипели бабушкины спицы и моя ручка по тетрадным листам в клеточку.
За окном падал снег, который не спешил ни к первому, ни ко второму уроку. Разглядывая его сквозь вензеля, нарисованные морозом на окнах, я с удивлением думала о том, что уютными, оказываются, бывают не только вечера.
Когда у меня что-то не выходило, я вздыхала, и бабушка откладывала вязанье.
— Эх, кабы я могла тебе чем помочь. Вот ведь… – с сочувствием и уважением смотрела она на мою писанину вверх ногами.
Бабушка была неграмотной и расписываясь в ведомости о пенсии, ставила крестик. Я это знала, но до конца никогда не могла толком представить — как это?
Как это – не уметь прочитать вывеску на магазине, красиво написать свои имя, посчитать в уме до ста и обратно?
Наверное, бабушка немного привирает. Не может же она быть совсем безграмотной. Так не бывает. Да и выглядит бабушка слишком обычно для такого странного человека.
По крайней мере, ни лаптей, ни посоха, которые мне виделись непременными атрибутами необразованного крестьянина, у нее не наблюдалось.
— Ученье – свет, а не ученье – тьма. – говорила бабушка и принималась за вязание.
О точности этой прописной истины я узнала на собственном опыте, опять же от бабушки. Когда мне было пять, я залезла в ее квартире на подоконник и с грохотом опрокинула стоявшую там квашню.
Прибежав на звук, бабушка всплеснула руками и поставив меня по центру комнаты, строго допросила: — Ты нарочно или нечаянно? Я смотрела на нее и хлопала ресницами.
— Ты нарочно или нечаянно? Говори, как есть. Счет шел на секунды. Я лихорадочно пыталась вспомнить, что значит «нарочно» и «нечаянно».
Так никто не говорил у нас дома, но я читала книжки и точно их где-то видела, но где? Что-то из них точно означает «случайно», а другое, видимо, наоборот. Но что именно?
Какие похожие слова – «нарочно» и «нечаянно»… оба начинаются на «н» и заканчиваются на «о». Ну, как тут не перепутать?!
— Ну?!
Зажмурившись, я ткнула пальцем в небо.
— Нарочно.
— Ишь ты. – сказала бабушка и тут же поставила меня в угол думать о своем поведении. Ковыряя ногтем пестрые обои, я думала о том, что, если я не хочу всю жизнь провести в углу, надо бы запомнить, что случайно — это нечаянно.
…подпитавшись сочувствием бабушки, я принималась снова за уроки, а она за вязание носков. Мне было хорошо и спокойно. Бабушка ничего от меня не требовала – сидеть ровно, писать чисто, решать быстро…
Она просто вязала носки, а я наслаждалась в ее присутствии. Если бы я сказала тогда об этом бабушке, она бы удивилась и наверняка не поверила («да буде те»). Но тогда я не смогла бы это выразить, зато чувствовать могла…
Однажды, покончив с уроками, я попросила бабушку показать мне, как она вяжет носки. Со стороны это казалось таким простым и ритмичным делом. Спицы то и дело мелькали в ее руках.
— Ну, смотри, вот это резинка, вот тут лицевая вязка, тут, значицца, изнаночная. Потом все делим на три части… Я следила за тем, как мелькают серебряные спицы в ее руках, как нитка превращается в аккуратную петлю и думала о том, что я была права.
Какая же бабушка безграмотная, когда держит в голове столько всего и умеет делить на три, а я еще не умею?
Стесняясь признаться, что все это для меня гораздо сложнее, чем все мои уроки вместе взятые, я убегала в школу, думая, что завтра-то я обязательно научусь.
Но завтра все не наступало. А потом закончился фильм, вернулась из командировки мама, и бабушка уехала домой, оставив мне на память щемящее воспоминание о нашей с ней абсолютной близости, которая обходилась без слов, а также толстые шерстяные носочки, вязать которые я так и не научилась…
Поделиться с друзьями:
