6 Мар 2021

Георгий Михайлович Вицин

автор Татьяна | размещено в: Артисты в нашей памяти | 0

Георгий Вицин

Прощальный монолог

За год до кончины Георгий Михайлович задавался вопросом: «Будут ли вообще воспоминания?» – и все чаще говорил о себе в прошедшем времени. Видимо, чувствовал – сдает здоровье. Вскоре лег в больницу. Тогда и согласился рассказать о себе нашему корреспонденту.

О себе…

— СКАЗАТЬ честно, не любитель я говорить о своей персоне, заявлять… Но к журналистам отношусь спокойно – у них своя работа, и, надо сказать, нелегкая. Я просто живу, то есть – живу просто. Моему браку давно перевалило за 50. Супруга – Тамара Федоровна, дочь Наталья – художница, талантливая девочка.

Жена – моя половина. Когда с человеком долго живешь, с ним срастаешься, все становится общим. Конечно, были у меня и поклонницы, но я старался не реагировать…

Сиюминутные отношения оставляют только неприятный осадок в душе и больше ничего. Противновато. Вот.

А главное в личности – цельность. Нельзя, да и не нужно расточать себя на мелочи. Сокровенное душевное тепло стоит отдавать только очень близкому и дорогому человеку. Оно ему действительно нужно…

Я вообще очень покладистый, терпеливый и неагрессивный. Всегда подставлю другую щёку и драться не буду… Просто потому, что это христианское мудрое правило. Меня порой кусают мои собаки, а я им прощаю – они ведь все такие несчастные, дворняжки…

Я не взрывной. Нервы могут сдать, но я всё же стараюсь этого не допускать. Температура у меня не такая, чтобы играли страсти. Да я их и боюсь…

О времени…

— МНЕ лично проще жилось в сталинскую эпоху. Может, потому, что молодой был? Я учился бесплатно, отдыхал бесплатно. В школе МХАТа нам давали талоны на питание, платили стипендию, на которую очень даже неплохо можно было жить.

К тому же в молодости легче радоваться жизни… В общем, вспоминаю те времена радужными и светлыми…

А как сегодняшние дни будут вспоминаться – посмотрим… Будут ли вообще воспоминания? Очень жаль, что молодежь теперь сбита, совращена. Страшно.

Я, слава Богу, в своей жизни даже к самым безобидным порокам остался равнодушен – не пью, не курю. Прожил больше восьмидесяти лет без этой дряни и дальше, думаю, уж как-нибудь обойдусь.

О смысле жизни…

— ВРЕМЯ доказало мне, что смысл жизни все же не в деньгах и не в славе. В свое время комедии, в которых снималась троица Вицин, Никулин, Моргунов, принесли государству миллионы рублей, а нам – ошеломляющую известность.

Мы же всегда жили довольно скромно. И теперь я получаю (как бы это выразиться) общечеловеческую пенсию и… все, собственно. Никаких авторских гонораров за исполнение ролей с проката видеокассет и тому подобного – увы! Нормальную жизненную позицию человека вижу в терпении. Это главное, что в себе нужно развить.

По-моему, пока жив, очень легко быть счастливым. А когда есть собака, жена, дочь и добрые воспоминания – это уже сверх нормы для пожилого человека!

О популярности

«УБИТЬ можно и любовью, и вниманием, и славой. Сколько хороших актёров погибло, когда их начинали выдвигать, популяризировать. Они не выдерживали. Нервная система у актёров слабая. Поэтому я ещё в свои двадцать лет понял, что, если слава подкрадывается, надо спрятаться.

О судьбе

«ВЕРНО ли, что человек предполагает, а Бог располагает? Этому всегда надо верить и не предполагать… зря». «Я не артист, я его брат» В очередях Георгия Михайловича узнавали и всегда пропускали вперёд. «Извините, – отвечал Вицин, – я не артист, а его брат. Так что постою вместе с вами…»

В последние годы жизни любимый всеми актёр жил на весьма скромную пенсию. Но его это, как он сам признавался, абсолютно не огорчало.

«Я много лет проработал, но не воспитал в себе чувства зависти. Меня не волновало, дали мне роль или нет, заплатили на двадцать рублей больше или меньше. Я инстинктивно понимал, что мои коллеги, которые портят себе из-за этого нервы, заблуждаются.

Я знал многих людей, которые из последних сил строили дачи, а вскоре после этого умирали в расцвете лет. Нельзя стараться сделать всё».

Последний путь

Актера не стало 22 октября 2001-го года. После гражданской панихиды в Доме кино траурная процессия отправилась на Ваганьковское кладбище, которое родственники Георгия Вицина выбрали местом его последнего пристанища. Здесь – в храме Воскресения Словущего – актера отпели.

Весь путь от церкви до могилы процессия проделала в безмолвии – лишь печальный звук трубы одинокого музыканта провожал этого скромнейшего человека. Под оружейный салют предали тело земле.

Солдаты, сопровождавшие гроб, затруднялись объяснить необходимость военного караула, но были благодарны родственникам за разрешение помочь.

Вицина похоронили рядом с Михаилом Глузским и Владимиром Ворошиловым. Могильщики сетовали на успевшую промерзнуть землю и мешавших работать зевак, а их начальник, провожая глазами заколоченный гроб, философствовал: «Это не человек уходит, а весь наш мир – с его юмором, героями и традициями.

Молодые уже не поймут, а ведь сколько здесь лежит людей, на которых буквально молилось все наше поколение. При жизни их видеть не довелось, а здесь очень уж не хотелось.

Таких гениев земля редко рождает. Его никто не сможет заменить».

Георгий Михайлович создавал на экране невероятно забавные, уморительные образы, полюбившиеся миллионам советских телезрителей, в то время как сам был человеком серьёзным, очень ответственным и добрым, интеллектуалом, увлекающимся литературой, скульптурой и живописью, практикующим йогу и ведущим правильный образ жизни, убеждённым трезвенником.

К искусству мальчика приобщила мама. После смерти отца они жили вдвоём, женщина сменила множество различных профессий, пытаясь выбраться из бедности, потом стала работать билетёршей в Колонном зале Дома Союзов.

Здесь ей стали давать семейные путёвки в хорошие санатории, продуктовые пайки, а главное – она часто брала сына с собой «дежурить», пристраивала его на свободных местах в зрительном зале, и Гоша «приобщался».

Вспоминания об актёре

Гайдай преклонялся перед талантом Вицина. А Моргунов признавался: «Ни я, ни Никулин ногтя Вицина не стоим. Он дьявольски талантлив! Он вам хоть дверную ручку сыграет».

Молодого 28-летнего оболтуса в «Женитьбе Бальзаминова» Георгий Михайлович сыграл уже в преклонном возрасте — в 48 лет. Сценарий был написан именно под Вицина, но фильм начали снимать лишь спустя десять лет.

Киношное начальство боялось слишком вольного обращения с классикой, поэтому долго не начинало съемку. Когда через 10 лет сценарий наконец сняли с полки, режиссер Константин Воинов все равно решил попробовать поработать с «постаревшим» Вициным.

«Я сам себя загримировал, — рассказывал Георгий Михайлович.

— Где сеточку из краски нарисовал, где веснушки сделал, чтобы морщин не было. Придумал паричок, нос подтянул. Шпатлевку смешал с красной краской, чтобы лицо «похудело».

Воинов посмотрел на мои художества и твердо сказал: «Буду снимать!» Из-за столь сложного грима Вицин называл картину «Женитьба Бальзамированного».

Из сети.

ГЕОРГИЙ ВИЦИН О СМЫСЛЕ ЖИЗНИ

Несмотря на свою бешеную популярность, он всегда жил скромно. Вицин говорил: — Время доказало мне, что смысл жизни все же не в деньгах и не в славе…

Нормальную жизненную позицию человека вижу в терпении. Это главное, что в себе нужно развить. По-моему, пока жив, очень легко быть счастливым

. А когда есть собака, жена, дочь и добрые воспоминания — это уже сверх нормы для пожилого человека!» Многие Георгия Михайловича странным считали…

Наверное, из-за редкостной скромности — ему всегда всего хватало. Сам же мимо чужой беды никогда пройти не мог.

Вот и бомжей подкармливал. Они его ждали каждое утро, а если видел из окна, что кто-то копошится возле мусорных баков, выносил горячие сосиски, хлеб и несколько десятирублевок. Когда благодарили, говорил: «Идите с миром».

Всех животных бездомных кормил и судьбу их устраивал: сдавал в арбатский зоомагазин, где их бесплатно отдавали в хорошие руки. Причем всегда вместе с котятами давал пакет молока.

— Если бы я не стал артистом, я бы стал натуралистом — люблю растения, птиц, особенно животных.

Помните у Зощенко: «Животная — это не человек, на нее положиться можно». Они не суетятся, не делают друг другу пакостей, а преданно ждут… И если убивают, то лишь когда есть нечего. А люди — просто так.

— Георгий Михайлович, что такое знает старость, что недоступно молодости?

— Что не надо из кожи вон лезть… Делай что умеешь, и все.

— Какие годы были для вас самыми счастливыми?

— Все. Я счастливый человек. …

— А мечта у вас есть?

— Чтобы люди подкармливали животных. …

— Знаете, в последние годы в городах стало тесно от бродячих собак, которых Вы жалеете.

— Это люди виноваты, не могут обустроить

Как — то Георгий Вицин нашел на снегу умирающую собаку.

— У нее даже шерсть вся повылезала оттого, что ела что попало, а сейчас, слава Богу, — здоровая и веселая псина, — рассказывал он.

И Лай (так назвали бродяжку) стал Вицину другом. Он водит артиста на прогулку.

Кроме «двортерьера», в крошечной квартирке Вициных жили два попугая и божья коровка, спасенная из лужи. Были у него и свои три собаки — «девочки», которых он держал в коридоре перед квартирой.

Но однажды в лютый мороз увидел пса, лежавшего на люке теплоцентрали. Покормил, а потом, вернувшись домой, сказал: «Надо взять собачку, а то за ночь замерзнет».

Животное вначале было злобное — никого к себе не подпускало, но Вицин Лая отогрел, и тот стал совсем ручным.

Выходя на улицу, он надевал серый плащик, надвигал на глаза кепочку и старался слиться с толпой. Ходит байка, что однажды его узнали в очереди, стали уступать место.

«Я не Георгий Вицин, я его брат», — стал обманывать людей актер. «Мужик, у тебя такой великолепный брат, что ты тоже имеешь полное право пользоваться его славой. Проходи вперед!»

Георгий Михайлович Вицин изучал труды Овидия, Горация, Плутония, Петрарки. Увлекался астрономией и каждый вечер смотрел со своего балкона на Арбате в телескоп.

Серьезно занимался йогой, был вегетарианцем. Жил скромно. А на еду и корм для собак и голубей, которых он обожал, Вицину хватало. Животных любил безумно, любил даже тараканов, никогда их не уничтожал.

Он увлекался живописью и портретной скульптурой. Дочь Наталью направил по художественной линии. Гордился, что она создавала киноплакаты к фильмам «Неоконченная пьеса для механического пианино», «Ирония судьбы, или С легким паром!», ко многим зарубежным картинам.

Говорят когда его хоронили, то все бродячие собаки и птицы, которых он кормил, вместе с людской толпой вышли проводить его в последний путь.

Фразы Г.М.Вицина:

«Утром просыпаешься, еще глазки не открыл и говоришь себе: я спокоен, весел, счастлив».

«Врачи утверждают, что смех продлевает жизнь. Не знаю, как жизнь, а молодость точно.

Я мог бы играть и серьёзные, слезоточивые роли, но меня это не устраивало. Зачем травить себя и других? Лучше уж посмешить людей и себя отвлечь от серьёзных мыслей. Комедия и естественнее, и нужнее людям. Юмор очень надёжно оберегает от опрометчивых поступков. Смеяться — это естественная потребность человека… нормального человека. А отсутствие чувства юмора — это болезнь… ненормального человека».

«Я вообще очень покладистый, терпеливый и неагрессивный. Всегда подставлю другую щёку и драться не буду… Просто потому, что это христианское мудрое правило.

Меня порой кусают мои собаки, а я им прощаю — они ведь все такие несчастные, дворняжки… Я не взрывной. Нервы могут сдать, но я всё же стараюсь этого не допускать. Температура у меня не такая, чтобы играли страсти. Да я их и боюсь…»

«Человек, как муравей, все время должен быть в движении».

Он очень любил свободу и тишину и часто шутил: «Я могу жить в бочке, как Диоген».

«Жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на всякую муру».

«Собаки, они как лекарство: они лечат, спасают людей, укрепляют нервную систему. После восьмидесяти всем надо иметь собаку. Она спасёт вас, поможет с режимом дня лучше всяких докторов.

Из сети

Поделиться с друзьями:

6 Мар 2021

Щедрая Ева. Рассказ Ольги Иженяковой

автор Татьяна | размещено в: Деревенские зарисовки | 0

ЩЕДРАЯ ЕВА …

Как только началась война, которую позже назовут Второй мировой, прабабушка Ева проводила всех сыновей на фронт – по моим данным, шестеро. Младшему около 20 стукнуло, старшему – семейному уже – 39.

И, как только уехала машина с последними двумя новоиспеченными солдатами, которые и оружия-то в руках отродясь не держали, Еву как подменили: из рачительной и даже скупой хозяйки она превратилась в саму щедрость, а уж если мимо дома проходили вояки, то она всегда их поила, кормила и с собой в рюкзаки яблоки или картошку давала.

Думали, баба того… с горя с ума сошла. Другие продукты прятали, зарывали в грядки, в снег, а эта – всё на стол несла.

Мужа у нее к этому времени уже не было, а невестка, моя бабка, происходила из круглых сирот, потому слова ее, как говорили тогда, веса не имели.

И странное дело: продукты в семье не переводились, находилась и брынза для тощих беженцев, и моченая груша для тифозных солдат, и отвары разные делались – луковые, черничные.

В общем, как в хорошей книге: чем больше отдавала, тем больше прибавлялось.

Но доброе дело, как известно, не бывает без искушений: подожгли как-то дом «доброжелатели», и он в одночасье полыхнул вместе со всем скарбом, но Ева не опечалилась, нет.

Она раздобыла бочку, наполнила колодезной водой, сбоку привязала ковшик и постоянно держала ее для гостей, чтобы проходящие мимо знакомого пепелища могли хоть водички испить. Кстати, с тех самых пор вода в нашем колодце отличается удивительным вкусом.

Со временем на месте дома выросла времянка, потом под ней появился подвал, и в нем снова завелись соленья, варенья.

Солдатики во дворе устраивали перевалочный пункт, а потом как-то один решил посадить на память яблоню, другой – грушу, третий – сливы.

В общем, вырос со временем сад, из года в год дававший щедрый урожай «От Васи», «От Серёжи», «от Ивана». Здесь, в этом месте, я хотела бы написать о прабабушкиной молитве, о том, как она простаивала на коленях (наверное, так и было).

Но моя бабушка – единственная свидетельница тех времен, благополучно дожившая до 1991 года – говорила, что никаких особых молитвенных подвигов за Евой не замечала.

Та работала от зари до зари (тогда все работали), среду и пятницу держала строго – вообще не ела в эти дни, утром и вечером читала обычные правила, икон и богослужебных книг не имелось – всё сгорело.

Одно было неизменно – все от нее уходили накормленные и утешенные.

А между тем война подходила к концу, и стали возвращаться один за другим сыновья, чудные вести они принесли: один бежал из плена, другому в самый последний момент заменили расстрел на тяжелые работы, к третьему в больнице случайно заглянул врач, который торопился куда-то и не должен был там вообще находиться, и в итоге сделали внеочередную операцию и спасли жизнь.

Разговоры около матери продолжались до глубокой ночи, днем сыновья отсыпались, и стала проглядывать картина войны: один служил санитаром, другой мосты строил, третий всю войну прошел поваром, четвертый – музыкантом…

Шестеро сельских мужчин прошли войну «от» и «до», и никто никого не убил, все вернулись живыми и большей частью здоровыми. Жизнь потекла своим чередом, сыновья женились, и как-то все удачно, появились внуки.

А потом случилась хрущевская оттепель, и решено было деревенский храм закрыть. Закрыть-то закрыли, но ключи Ева забрала, повесила себе на шею и властям не отдала.

Странно, но дело как-то забылось, храм снова открыли – сначала тайком, а затем и гласно. Ева умерла в довольно преклонных годах и похоронена в церковной ограде.

…Я ее в живых не застала. Как говорил дед, мы с ней «чуть-чуть разминулись»: прабабушка отошла ко Господу за два года до моего рождения.

Но каждый раз, когда я записываю ее имя на литургию, меня переполняет такое чувство благодарности, как будто я лично причастна к ее подвигам…

Ольга Иженякова

Из сети

Поделиться с друзьями:

6 Мар 2021

Деревенская невестка. История из инета

автор Татьяна | размещено в: Такая разная жизнь | 0

ДЕРЕВЕНСКАЯ НЕВЕСТКА.

– А куда шапку ложить? – спросила Наташа.

– Класть, – автоматически поправила её Галина, недоуменно глядя на сына.

– Мама! – попытался защитить свою невесту сын, но Наташа сказала: – А чо? Пусть твоя мамка меня поправляет! У меня же дети, я должна говорить правильно!

«Боже! «Ложить», «мамка», «дети»… Какие дети?» – пронеслось в голове у Галины – корректора с многолетним стажем.

– Мама, Наташа в детском саду работает, – прояснил ситуацию сын.

«Допрыгался… Догулялся… Вот и получай теперь. Какие девочки были! Валина дочка – переводчик. Олина – старший бухгалтер», – думала Галя. Галина с мужем предоставляли сыну полную свободу, и вот результат: деревенская девка окрутила мальчика. «Ну ничего, гены и здравый смысл возьмут своё», – успокаивала себя Галина.

– Мам, а гречка где? – спросила Наташа у Гали через неделю после свадьбы (жили они поначалу у свёкров).

– Наташа, называй меня, пожалуйста, по имени-отчеству, – строго сказала Галя.

– Хорошо, Галина Александровна, – вздохнула Наташа. А через месяц приехала тётка Наташи, которая вырастила её после смерти матери (отца у Наташи никогда не было). Огурчиков привезла, варенья, сметанки… Пришлось стол накрывать.

– Спой, Натаха, – попросила тётка, и Наташа спела. Звонкий, чистый голос поразил свекровь и несколько примирил её с происходящим.

– Ладно, ехать надо, сваха, – сказала тётка.

– Права была Натаха: хорошая ты, Галка, баба, хоть и интеллигентная! На свадьбе-то и поговорить толком не успели…

Свекровь, ожидая, чем кончится весь этот нелепый фарс, наблюдала за семейной жизнью своего сына и с удивлением видела, как меняется её мальчик.

Наташка с ним как с ребёнком – «миленький мой», «золотой мой», а он и рад стараться: и по дому начал что-то делать, и на дачу вместе с семьёй ездит, когда раньше только и слышали от него, что у него интеллектуальная работа, а для хозяйственных нужд есть специально обученные специалисты.

— Молодец, Наташка! – говорил свёкор Галине.

– Взяла нашего оболтуса в оборот. И друзья, с которыми раньше шатался бог знает где по барам, теперь приходили к ним в дом: Наташка стол накроет, накормит всех, посидит с ними.

— Пусть лучше под нашим присмотром, – объясняла невестка свекрови свои действия.

– Хотя скоро ему не до друзей будет! Наташа усмехнулась и погладила живот.

Ходила Наташка легко – свекровь радовалась: в их женском коллективе каких только страстей про беременных не рассказывали, а через девять месяцев родила дочку, потом через два года сына.

– Ну как там твоя деревенщина? – спрашивали у Галины на работе.

– Да нормальная девчонка, – сердито отвечала Галина, досадуя на себя за то, что, не разобравшись как следует, рассказывала всем о необразованной невестке.

А так-то если посмотреть? У Вали дочка до сих пор принца ждёт, у Оли – развелась давно, а наша – и мать отличная, и хозяйка замечательная, и на работе ценят.

Слышала Галина, когда внуков из сада забирала, как заведующая говорила одной из мамаш: — У Натальи Петровны группа не резиновая, всех детей к ней не устроишь!

А уколы ни одна медсестра так не сделает, как Наташка: — Потерпи, Галинсанна, потерпи, миленькая! А ведь совсем не больно!

Прошло пятнадцать лет. На очередной годовщине свадьбы сына радовались Галина со свёкром, глядя на сына с невесткой: внуки замечательные, своя квартира, а отношения – как в первые годы брака. И тётка Наташина здесь же, друзья сына, коллеги Наташи.

– Спой, дочка, – обратилась свекровь к Наташе.

– Сейчас вместе споём, золотой мой, ты нам музыку включИшь? – позвала она мужа.

– ВключИшь, мама? – спросила она у свекрови.

– ВключИшь, дочка, – улыбнулась свекровь.

Из сети.

Поделиться с друзьями:

6 Мар 2021

Подруги. Рассказ Натальи Сергеевны

автор Татьяна | размещено в: Деревенские зарисовки | 0

Подруги

Маня сидела пригорюнившись и не знала, как же ей поступить в сложившейся ситуации. Она только что вернулась из стайки, ходила кормить поросёнка Борьку.

Стайка, латаная-перелатаная на сто рядов, одна стена, подпёртая брёвнышком, завалилась и на потолке зияла огромная дыра, а на улице конец ноября и мороз под 40 градусов.

Маня осталась вдовой пятнадцать лет назад. было у неё два сына, сейчас они жили в городе. Вообще-то, она была Марией Николаевной, но поскольку женщиной была простой, должностей высоких никогда в жизни не занимала, все звали её просто Маней.

Она давно была пенсионеркой с очень скромной пенсией, в силу малограмотности её трудовой стаж зарабатывался на низкооплачиваемых работах.

Своё мясо и сало значительно решало вопрос с продовольствием в её пользу. Поросёнка надо всеми правдами и неправдами держать до нового года, а там уже и ледовая дорога откроется, парни приедут и забьют. Опять же с собой мясца возьмут, ей-то одной много ли надо?

В стайке Борька замёрзнет. Маня была находчивая. Она решила перетащить Борьку в подполье. Благо жила на первом этаже старого восьмиквартирного дома.

Поздно вечером Маня осуществила задуманное. Борька был закутан в старое одеяло и она волоком по снегу допёрла его до дома.

Правда, помучилась при спуске в подпол, но у неё всё получилось. Усталая и довольная Маня легла спать.

Утром её разбудили соседи. Они тарабанили в дверь. Оказалось, что подлец Борька перелез из своего подполья в соседское, и кто бы мог подумать, что свиньи могут брать такие барьеры?

В соседском подполье Борька съел всю, припасённую на зиму морковку, уронил и разлил бутыль с бражкой, нализался этой самой бражки, лежал и блаженно хрюкал. Назад в свой подпол он не пожелал или не смог вернуться.

Соседи грозились написать заявление в полицию. Мане с трудом удалось договориться с соседями.

Пообещала сегодня же забить Борьку, возместить ущерб за морковку мясом, а за разлитую бражку пришлось рассчитываться самогоном, который всегда был у неё самой конвертируемой валютой. Маня погоревала, погоревала, да смирилась.

Про Манину беду узнала давнишняя подруга Лизавета и поспешила к Мане выразить своё сочувствие и поддержку.

Маня с Лизой дружили много, они и сами не помнили сколько, лет. Познакомились ещё молоденькими, когда вместе лежали в роддоме.

Маня родила старшего сына, а Лиза свою единственную дочь. Дочь жила в городе, а муж у Лизы утонул на рыбалке давным-давно.

Маня с Лизой помянули Борьку, поговорили о детях и внуках. Лиза похвасталась Мане, что зять на днях приезжает, и осторожно так поинтересовалась, не продаст ли ей Маня свиную голову на сальтисон. Вернее, не даст ли Маня в долг, поскольку денег у Лизы не было, а зятя угостить охота, очень уж он уважает сальтисон.

Маня знала, что деньги у Лизы бывают редко, транжира она неимоверная, экономить так и не научилась, и дочка ей помогает копеечкой, а всё не в прок. Маня, конечно же, не могла отказать подруге.

Свиная голова была упакована и погружена на Манины санки. Лиза покатила саночки с поклажей домой, клятвенно пообещав принести деньги через два дня с пенсии.

Маня после всех этих событий приболела. Неделю не выходила из дома. Когда полегчало, Маня вспомнила, что Лиза долг не принесла. Решила пойти сама, а то Лизавета всю пенсию разбазарит, жди потом, да и санки надо забрать.

Жила Лиза на другом конце посёлка. Маня устала, пока шла. Во дворе зять чистил снег.

-Лиза дома?,- спросила Маня.

-Дома, привезли уже,- ответил зять.

-А куда возили-то её , в город что ли ездили ? — подумала Маня , открывая дверь в дом. Переступив порог Маня обомлела…

Посреди комнаты стоял гроб, а в гробу лежала подруга Лиза. Умерла два дня назад. Сердце.

Заплакала Маня, запричитала. Осиротела Маня без лучшей подруги, а что поделаешь — жизнь штука ненадёжная, сегодня она есть, а завтра будет ли?

Наталья Сергеевна

Из сети

Поделиться с друзьями:

Новые публикации