31 декабря. Автор: Милана Лебедева

размещено в: Праздничные истории | 0

31 декабря

Стас проснулся пораньше и сразу же стал собираться на работу. Жена уже заваривала кофе и делала бутерброды любимому супругу.

— Ниночка, ты когда нибудь отдыхаешь? Я ложился, ты на кухне была, проснулся, а ты снова здесь! — мужчина поцеловал жену и сел завтракать.

— Отдыхаю. Конечно, отдыхаю, — произнесла Нина и села напротив мужа.

— Сережка просил салют новогодний купить. Купишь? Я в них не понимаю ничего.

— Дорогая, прости. Совсем из головы вылетело… Я сегодня в обед уезжаю в командировку.

— Какая командировка? Сегодня 31 декабря, ты ничего не путаешь?

— Нет. Дорога неблизкая, как раз второго января буду на месте, — Стас опустил глаза и залпом допил кофе.

Нина молча вышла из кухни. Женщине не хотелось, чтобы муж видел ее слезы. Она давно подозревала, что у мужа появилась любовница, но не думала, что все так серьезно…

Мужчина стал одеваться наспех, как будто-то боялся, что его не выпустят из дома или закроют в комнате.

— Папа, купи большой фейерверк, запустим ночью! — из комнаты вышел заспанный сын.

— Сынок, прости, но я в командировку… — тихо сказал Стас и быстро вышел из квартиры.

Настроение было скверным. Мужчина чувствовал себя мерзким предателем. Он уже который месяц разрывался между Мариной и семьей. Чем она так зацепила его, он и сам не понимал. Стас не мог обойтись без нее ни одного дня. Эта чертовка охмурила его и полностью завладела волей молодого мужчины.

Вчера Марина поставила Стасу ультиматум: если они не встретят вместе Новый год, то их отношениям придет конец. Мужчина не мог допустить этого, поэтому пришлось пожертвовать своей семьей.

Закончив побыстрее дела на работе, Стас купил шампанское и, сев за руль, поехал за город к Марине. Девушка радостно взвизгнула и повисла у него на шее.

— Как же я рада! До последнего не верила, что ты приедешь! — произнесла счастливая женщина.

— Проходи в гостиную, я заказываю еду из ресторана, не хочется весь день вертеться у плиты.

Стас сел напротив камина, и включил телевизор. Закрыв глаза, мужчина погрузился в воспоминания из своего детства. Он вспомнил, как его отец ушел за елкой в лес в канун Нового года. Стас весь вечер прождал его, так и уснув у окна. Мать в это время молча вытирала слезы…

Отец пришел на следующий день, без елки. Они долго ссорились с матерью, а Стас так и не понял, что произошло… Зато сейчас он прекрасно все понимал.

В комнату вошла Марина и наполнила бокалы шампанским.

— За нас! — произнесла женщина.

— Я заказала пиццу и суши. Через пару часов подъедут Люська с Таней, пойдем запускать салют.

« Салют… Сергей тоже просил салют. Что же я творю?» — подумал мужчина.

Стас внимательно смотрел на Марину и не понимал, что он здесь делает. Дома его Нина наготовила кучу замечательных блюд. Сынишка ждет его с подарками и фейерверком… «А я сижу здесь, с этой пустышкой. Жду какую-то Люсю и Нюсю» — размышлял он.

— Дорогой, надеюсь ты в ювелирном выбирал мне подарок?! — Марина поджала силиконовые губки и как-то по-идиотски хихикнула.

Стас понимал, что с каждой минутой она раздражает его все больше и больше.

— Прости. Совсем забыл. Сейчас мотнусь быстренько в магазин! — мужчина вскочил и побежал в машину.

Заехав в магазин, Стас купил красивый кулон жене, сыну огромную электронную машину, о которой мальчишка мечтал давно, и поехал домой.

Его телефон бесперебойно звонил. Это Марина не давала ему ни минуты покоя. Взяв телефон в руки, мужчина швырнул его из окна автомобиля и поехал спокойно домой.

Стас тихо открыл дверь и вошел в прихожую. Сережа сидел у телевизора, а Нина на кухне.

— А вот и я! — крикнул мужчина.

— Папа! Папочка! Как хорошо что ты дома! Мы будем праздновать Новый год? — закричал на радостях сын.

— Конечно, сынок. И праздновать будем и салют запускать! — мужчина взял Сережу на руки и закружил в воздухе.

— Стас? Ты не уехал? — с кухни вышла Нина. Супруг отметил, что глаза ее были заплаканные.

— Дома буду. В последний момент все отменилось! — улыбнулся Стас и протянул жене подарок.

— Более того, я решил взять отпуск на пару недель. Поедем на горнолыжный курорт, давно уже не отдыхали всей семьей.

— Спасибо, дорогой! — прошептала Нина.

— Сейчас будем на стол накрывать. Я ведь наготовила сколько всего, а кушать некому.

— Как это некому? — засмеялся Стас.

— Сейчас мы с Серегой все съедим!

Мужчина обнял жену с сыном и вздохнул с облегчением: «Как же хорошо, что я сейчас дома со своими родными людьми!».

Автор: Милана Лебедева

Поделиться с друзьями:

Путник. Автор: Татьяна Викторова

размещено в: Деревенские зарисовки | 0

ПУТНИК

Ветер поднялся еще днем, сдувая с крыш и палисадников снег, бросая его мелкими колючими крупинками в лицо. К вечеру непогода разыгралась, и по всему было видно, что завьюжило до самого горизонта.

Лида управилась с вечера, закрыв на засов ворота и калитку. Сын Володька, потирая лоб, сидел за уроками, — одинокая лампочка светила над столом, высвечивая Володькины решенные задачи.

— Если все сделал, то и нечего сидеть зазря, спать надо ложиться.

Володька и сам об этом думал, почему-то в такую непогоду хотелось укрыться в постели, ощущая себя недосягаемым для холода.

Послышался глухой стук в ворота. Лида выключила свет в горнице и прильнула к окну, за которым виднелся силуэт повозки.

– Мам, кто там?

— Да кто его знает, может разбойники.

— Мам, ну ты чего, какие разбойники, наверное, кто-то приехал.

— Некому в такое время к нам ехать…

— Давай вместе выйдем посмотреть.

– Володька уже оделся, сунув ноги в валенки.

— Хозяева, скажите, далеко ли до Герасимовки? — Подал за воротами голос нежданный путник.

— Ой, так это еще километров двенадцать отсюда, — Лида отодвинула засов и приоткрыла калитку. В мохнатой шапке и легком тулупчике стоял перед ней невысокий мужчина, сразу и не определишь, сколько лет.

— Неужели заплутал, — кашлянув, сказал он.

— Конечно, заплутали, это вам какой крюк делать, — подал голос Володька.

— Вы мне подробней дорогу опишите, я доберусь. Мне в Герасимовку срочно надо, вакцину на ферму везу. Вот и документы у меня тут.

— Да разве разглядишь документы в темноте. Заходи хоть обогреться, если не разбойник.

— Да какой разбойник, — мужчина даже попытался улыбнуться, — с райцентра я. Сам виноват, думал на лошади в непогоду легче добраться, она пройдет. Глупость, конечно, сделал.

В избе было натоплено, и путник сразу опустился на стул возле порога, сняв шапку. Лида сразу заметила его уставший вид, круги под глазами, рука машинально потянулась ко лбу, — так она обычно проверяла, нет ли у Володьки жара.

– Да вы никак простывши.

— Похоже, есть маленько, — согласился незнакомец.

— Сейчас я чаю вам подогрею с вареньем. Меда вот надо, да нет его, ну ничего и малина подойдет, не хуже помогает.

Худощавый, какой-то может даже нескладный, мужчина сел к столу, извиняясь за вторжение.

— А вас как зовут? – Бойко спросил Володька.

— А-аа, не представился. Николай.

— А отчество?

— Николаевич.

— Так, сынок, иди-ка ты спать, время позднее, да и нечего тебе во взрослые разговоры встревать.

— Хороший у вас сын, — допив чай, тихо сказал гость.

– Ну, спасибо, что обогрели, ехать надо.

— Да вы что, в такую непогоду ехать, у вас и конь-то не пойдет. А сами вы еле на ногах держитесь, вон на старом диване постелю, отдыхайте до утра, а там видно будет.

— Не могу стеснять вас, совсем как-то неловко.

— Это мне будет неловко, если больного отпущу. – Через пять минут диван был застелен, свет погашен.

— Хозяйка, Лидия Ивановна, — снова подал голос Николай, — вы не беспокойтесь, я не разбойник…

— Да спи ты, болезный, какой с тебя разбойник, ты и ложку-то поднять сейчас не сможешь.

Лида слушала, как за окном со злостью стучалась в ворота и в окна метель, распустив свои белые космы, наметая новые сугробы. Путник тоже не спал, долго ворочался, потом засопел.

Фельдшер, пенсионерка Анна Еремеевна, мечтавшая дождаться смену себе в виде нового работника, и уйти на пенсию, пришла вместе с Лидой. Хорошенько послушав и расспросив, сделала вывод: — Ну, простуда, отлежаться надо, и на санях пока никуда, а то просквозит. И вот таблетки захватила, тут написано, как принимать.

— Нет, мне ехать надо, — заявил Николай, как только ушла Еремеевна, меня же потеряют на работе.

— Так позвонить надо, — предложила Лида, у Сергеевых телефон есть, так я сбегаю. И домой заодно позвоню, чтобы не переживали.

— Ну, если только матери, а больше некому. А на работу надо, это точно, — Николай снова присел на диван.

Лида, закутавшись в шаль, вышла за ворота. Ветер ослаб и уже лениво гнал поземку по накатанной и блестящей от снега дороге. К заборам приткнулись огромные сугробы, словно специально их туда подоткнула метель.

Обратно она возвращалась, думая, что все наказы ночного гостя выполнила.

– И нечего вам беспокоиться, — к обеду машину за вами пришлют, а лошадку вашу конюху поручат, не оставит он ее здесь. По всему видно, что утихает ветер.

— Вот же спасибо! Век благодарен буду за помощь. И простите, что стеснил вас.

— Да ладно, какое стеснение.

Николай сел за стол и только теперь разглядел скромное жилище хозяйки. Выбеленные стены, светлые занавески на окнах, закрывавшие пол-окна, а сверху простой тюль. В буфете ходики, корпус которых белого цвета, несколько чайных пар, тарелки, самодельная открытка, — видно сын на праздник дарил.

Особняком стояла печка, от которой исходило тепло, а на плите в чугунке что-то булькало. И эта незамысловатая обстановка показалась Николаю такой спокойной, уютной, как будто способна была вылечить.

________________________________

После ночного гостя Лиду в деревне засыпали усмешками и вопросами. «Ну, вот ни к кому не заехал, а к тебе заехал», — посмеивались женщины.

«Такая примерная была, тихоня, а тут мужика на постой пустила, ну Лидка, отчебучила!»

И только дед Авдей, любивший встревать в женские разговоры, многозначительно махнув рукой, сказал: «Советская женщина имеет право быть счастливой».

Больше всех язвила Людка Зырянова, муж которой ушел к молодухе: — Не постеснялась мужика в постель уложить… А жене-то его как? Приятно это?

— Да не женат он! И отстаньте вы от меня, за своей жизнью следите. А я не виновата, что он ко мне постучал.

То, что случайный путник оказался холостым, Людку еще больше разозлило. Закусив губу, она с досадой подумала: «Вот к таким тетехам, как Лидка, еще и мужики холостые стучатся».

Вскоре разговоры утихли, так только иногда вспомнит кто. Да и сама Лида все меньше думала о той зимней ночи.

В начале весны подкатил к ее дому уазик, и в ограде появился невысокий, худощавый мужчина.

– Не узнаете, Лида? Это же я, Николай.

— Узнаю, рада видеть здоровым и невредимым, — ответила Лида, хотя была обескуражена его появлением.

— Я же тогда уехал и спасибо не сказал. Прими, хозяйка, еще раз, на ночлег не прошусь, а вот за чай спасибо скажу.

На столе появились яблоки, кулек конфет и пакет печенья; Володьке гость вручил конструктор.

– Ни к чему это все, Николай Николаевич, — подарки и приезд ваш.

— А что не так?

— Да зачем лишний раз людям глаза мозолить, разговоров потом не оберешься.

— Да плюньте вы на эти разговоры, мы с вами правду знаем, того и достаточно. Я предложить вам хочу в райцентр приехать, ко мне в гости.

И это не только моя просьба, это мать меня просит, просто настаивает. Я бы и раньше заглянул к тебе, да работы было много, я же зоотехник. Ну как, даете согласие? И Володю возьмем, пусть мальчишка развеется.

Лида задумалась, вспомнив деревенские пересуды. И вдруг ей и в самом деле захотелось съездить с этим человеком в райцентр, и захотелось, чтобы он вновь к ней приехал.

– А поедемте, скажите, только когда.

— Ну, вот и ладно, Лида! – Николай даже хлопнул в ладоши.

_______________________________

Под осень Николай перевез Лиду в райцентр, а свой домик она сдала новому фельдшеру, молоденькой девушке, сказав на прощанье: — Домик-то у меня счастливый, хоть и маленький, глядишь, замуж скоро выйдешь.

Больше всего переезду несказанно был рад Володька, мечтавший ходить в большую школу и в лыжную секцию…

Автор: #ТатьянаВикторова

Поделиться с друзьями:

Надежда Николаевна Рушева

размещено в: Из жизни художников | 0
Наде́жда Никола́евна Ру́шева — советская художница-график. Википедия
Родилась: 31 января 1952 г., Улан-Батор, Монгольская Народная Республика
Умерла: 6 марта 1969 г. (17 лет), Москва, СССР

Девочка Найдан родилась в 1952 году, в Монголии, в Улан-Баторе. Её родители были творческими людьми: мама балерина, отец художник. После рождения дочери семья переехала в Москву.

Маленькая Надя (так сокращённо называли девочку) с детства наблюдала, как работает отец. Когда ей исполнилось пять лет, она начала рисовать. Да так здорово, что взрослые были поражены. Ведь никто не учил её графике. Но Надя делала это виртуозно.

Когда она перешла в пятый класс, в 1964 году, прошла первая выставка юной художницы, организованная журналом «Юность».

Её работоспособность была потрясающей. Например, к роману «Мастер и Маргарита» Рушева сделала более 200 иллюстраций. Наде создавала великолепные рисунки, посвящённые жизни и творчеству Пушкина, которого называла любимым поэтом. Её «Пушкиниана» была известна всему Советскому Союзу.

Когда в Пушкинском музее проходила выставка графики семнадцатилетний Рушевой, люди часами стояли в очереди, чтобы попасть внутрь и посмотреть восхитительные рисунки и иллюстрации, созданные Надей. К сожалению, гениальная художница умерла в возрасте 17 лет.

Это произошло в 1969 году: девочка собиралась выйти из дома, наклонилась, чтобы завязать шнурки, и из-за врожденной аневризмы мозга лопнул сосуд. Люди постарше прекрасно помнят Рушеву. А в 1982 году в ее честь была названа малая планета.

Никто не смог достичь её высот Самая юная художница СССР внезапно ушла из жизни в 17 лет, оставив миру свои гениальные работы
В январе 2022 года Наде Рушевой могло бы исполниться 70 лет. Никто не смог достичь её высот, и никто до сих пор не смог объяснить эту врождённую гениальность девочки.
Она совсем не училась рисованию, просто один раз взяла в руки карандаш и начала выводить чёткие линии по бумаге.
Надя никогда не пользовалась ластиком. Она не делала ошибок в своих картинах. Чётко и уверенно, а главное – быстро, девочка спокойно рисовала линию за линией, в то время как изображение на бумаге превращалось в настоящее произведение искусства без лишнего пафоса.
«Я их заранее вижу… Они проступают на бумаге, как водяные знаки, и мне остаётся их чем-нибудь обвести»,
— говорила Надя
«Беспощадная жестокость судьбы вырвала из жизни только что расцветший талант гениальной московской девочки Нади Рушевой. Да, гениальной, — теперь нечего бояться преждевременной оценки.»
— из статьи академика В. А. Ватагина в журнале «Юность»
Самое удивительное, что первый рисунок она выдала в возрасте пять лет.
Её семья, родные, родственники, знакомые и просто чужие люди пытались выяснить – что мотивирует девочкой для рисования целыми днями вместо игр, а также самое главное – каким образом у неё получаются столь великолепные картины.
На это Надя только пожимала плечами. Она и сама толком не могла этого объяснить. Говорила, что ей просто нравится рисовать, а ещё – что она как будто обводит невидимые глазу контуры на бумаге.
Вроде раскрашивает «раскраску», как это обычно делают дети. Но при этом она не пользовалась всей гаммой цветов, как хотелось бы детям. Карандаш и чистый лист – вот что любила Надя, потому что рисовала она именно в графическом стиле.
Детство девочки
Возможно, корни гениальности девочки заложены в её семье. Папа Нади был советский художник Николай Рушев, а мама – Наталья Ажикмаа-Рушева была выдающейся тувинской балериной.
Надя родилась в Монголии и получила от родителей загадочное имя Найдан, которое затем переросло в Надю.
Вскоре родители сменили место жительства на Москву, где маленькую Надю восхищало всё, включая ажурные узоры на деревьях, которые на них появлялись при выпадении первого снега.
Надя начала рисовать без какой-либо подготовки, но также, несмотря на свою творческую гениальность, до школы она не умела ни читать, ни писать.
Родители не отвлекали ребёнка от того, от чего она была в истинном восторге. А единственным её хобби было рисовать сутками. Всего за полдня она могла нарисовать около 36 иллюстраций к произведениям Пушкина, которого она очень любила.
Пока папа читал ей вслух сказки Пушкина, Надя изображала то, о чём она с таким упоением слушала.
Важное решение отца
Надин папа долго раздумывал над судьбой своей гениальной дочери и принял решение не отдавать её в художественную школу, хотя такое решение порядком удивило всех вокруг.
Люди думали, что судьба девочки предопределена и она обязательно должна повышать своё мастерство с помощью обучения. Но отец сказал, что обучение может поломать творческую интуицию его дочки, и она станет рисовать «как надо», а не как она чувствует.
Надя оставила за свою короткую жизнь более 12 тысяч прекрасных рисунков. В 12 лет была организована её первая выставка, на которой у людей просто захватывало дух от удивления и восторга.
За следующие 5 лет таких персональных выставок состоялось 15 штук. Талантом молодой советской художницы восхищался весь мир.
Жизнь Нади оборвалась от неожиданного недуга, девочка без всяких предпосылок покинула этот мир за один день. Через 6 лет после её ухода в молодом возрасте ушёл и её отец, его организм дал сбой от невыносимости жить без любимой дочери.
Надина мама больше никогда не имела детей. Она прожила долгую жизнь и ушла в возрасте 88 лет. Всю жизнь она посвятила сохранению памяти своей дочери.
Работы юной Нади Рушевой хранятся в музеях разных городов России, а её 160 выставок прошли в разных странах мира. А наша задача – хранить память о таланте, который так редко встречается в современном мире.

Надя РУШЕВА — талантливая художница, навсегда оставшаяся 17-летней.
Журналист и писатель Дмитрий Шеваров в своей статье о Наде Рушевой говорит о том, что творчество советской художницы оказалось чрезвычайно близко японской классической эстетике.

«Японцы до сих пор вспоминают Надю, издают ее рисунки на открытках, – пишет Шеваров. – Приезжая к нам, они удивляются, что в России нет рушевского музейного центра, что работы Нади лежат в запасниках, а наша молодежь в большинстве своем о Рушевой ничего не слышала. «Это же ваш Моцарт в изобразительном искусстве!» – говорят японцы и недоуменно пожимают плечами: мол, как же богаты талантами эти русские, что могут позволить себе забывать даже о своих гениях».

Надежда Николаевна Рушева (31.01.1952—06.03.1969гг) Советский художник—график. Ее рисунки к роману М.А.Булгакова «Мастер и Маргарита» признаны лучшими. Прошло более 160 выставок ее работ в разных странах мира, осталось более 12 тысяч рисунков.

Начала рисовать Надя с 5-ти лет.
«Я их заранее вижу… Они проступают, как водяные знаки, и мне остается их чем- нибудь обвести.» Говорила художница, которая работала без эскизов и резинки. В творчестве Нади было несколько циклов творческих работ. Она создала рисунки для произведений более 50 авторов. Самым последним в ее жизни был цикл к роману М.А. Булгакова. Она стала первым художником, проиллюстрировавшим роман.
Вдова писателя Е.С.Булгакова на титульном листе книги оставила свой автограф «Как жаль, что я не знала это необыкновенное существо».
Среди Надиных зарисовок изображен балет «Анна Каренина». Такой балет был поставлен после смерти художника, и главную роль в нем танцевала легендарная балерина Майя Плисецкая.

Поделиться с друзьями:

Василий Дмитриевич Поленов

размещено в: Из жизни художников | 0
Васи́лий Дми́триевич Поле́нов — русский художник, педагог, профессор Императорской Академии художеств. Василий Дмитриевич занимался исторической, пейзажной и жанровой живописью. Народный художник РСФСР. Один из реформаторов, принёсший понимание пленэрного этюда как самостоятельного произведения. Википедия
Родился: 1 июня 1844 г., Санкт-Петербург, Российская империя
Умер: 18 июля 1927 г. (83 года), СССР

О НЁМ ВСЁ ВРОДЕ УЖЕ ИЗВЕСТНО. Но сегодня я хочу написать немного о личной жизни великого художника.

Любовь в жизни Поленова: несчастная и счастливая:
Аристократ по жизни, и в любви Поленов оказался, действительно, аристократом. Его прозвали «рыцарем красоты», знакомые дамы уверяли, что Поленов, не замеченный ни в каких случайных связях, даже апельсин чистит элегантно, как принц.

Когда он впервые серьёзно полюбил, ему было уже около 30-ти. Это случилось в Риме. Поленов часто бывал в художественных кругах, собиравшихся у Адриана и Эмилии Праховых, Саввы и Елизаветы Морозовых. Там он и увидел впервые 18-летнюю Марусю Оболенскую, русскую девушку, учившуюся в Италии оперному пению.

Вспыхнувшее чувство Поленова было таким сильным, что лишило его слов. Его называли «влюблённым аскетом». Он так и не решился объясниться с Марусей.

А потом случилось непоправимое: она умерла в результате медицинской ошибки. Ослабленной болезнью Оболенской была ошибочно сделана прививка от оспы, оказавшаяся смертельной.

Убитая горем мать Маруси просит Поленова написать портрет ее дочери по памяти. Просьбу художник выполнил, и вскоре портрет был отправлен семье Оболенских.

В благодарственном письме мать напишет Василию Поленову: «Я ждала его с лихорадочным нетерпением… Признаюсь, откровенно, действительность превзошла мечты моего воображения… Вы один могли передать на полотно тот внутренний мир, которым жила Маруся».
Но к сожалению это творение мастера было утеряно, и дальнейшая его судьба не известна.

Похоронили Оболенскую в белом наряде невесты. А Поленов, очень тяжело переживая утрату любимой и сожалея, что не успел признаться ей в своих чувствах, все ходил и ходил на старинное кладбище по темным кипарисовым аллеям к памятнику, где нашла свое последнее пристанище его первая любовь.
По истечении пяти лет после смерти Оболенской,

Поленова настигла новая любовь, еще более внезапно: в купе поезда ему встретилась очаровательная женщина. Оказалось, её тоже зовут Мария – Мария Климентова, и – о чудо! – она оперная певица, какой могла бы стать и Маруся Оболенская. Поразившись совпадению, Поленов влюбился горячо и страстно.

Климентова не отвечала взаимностью, но и не отвергала явно, то приближая художника к себе, то отталкивая. Позднее похожую интрижку, основанную не на любви, а на пустом женском тщеславии, эта оперная дива заведёт с писателем Чеховым.

Поленов же, вернувшись из очередной зарубежной поездки, с горечью узнал, что Мария Климентова скоропостижно – нет, не умерла, как Маруся Оболенская, а выскочила замуж за какого-то адвоката, потом от неудовлетворённости начала выпивать, приобщилась к карточной игре.

Утешения художник искал, как всегда, у друга Саввы Мамонтова, в его усадьбе Абрамцево. Только там он отдыхал душой, отдаваясь творчеству. На абрамцевских пленэрах написаны многие известные картины Поленова, там он создавал декорации для спектаклей, писал для них музыку, вместе с Васнецовым и Репиным разработал проект и оформление знаменитой абрамцевской церкви – «сказочного» Храма Спаса Нерукотворного.

Поленов не сразу понял, а потом еще долго не мог поверить, что по нему вздыхает родственница Мамонтовых, Наташа Якунчикова. Она была на 14 лет моложе художника, вышивала по его эскизам церковные хоругви и любила Поленова горячо и молча. Когда взлелеянное детище всех обитателей Абрамцево – церковь – была достроена, первыми в ней повенчались Наталья Якунчикова и Василий Поленов.

Наталья Васильевна станет одной из самых преданных жён русских художников: творчество и картины Василия Поленова будут составлять смысл её жизни.

В семье Поленовых родится шестеро детей. Поленовы обзаведутся усадьбой Борок близ Тарусы (там написаны известные картины Поленова с видами Оки), построят школы и церковь, будут лично оплачивать труд учителей в соседних сёлах Бёхово и Стахово, создадут замечательный народный театр и «диораму» из картин художника Поленова (своего рода «кругосветное путешествие» для крестьян, не выезжавших дальше родного села) – в общем, станут всячески содействовать тому, чтобы тяжелая и временами беспросветная русская жизнь стала хотя бы отчасти такой же лучезарной, светлой и красочной, как лучшие картины Василия Поленова.

«Этот незаурядный, удивительный, настоящий русский человек, — писал о нем Федор Шаляпин, — как-то сумел распределить себя между российским озером с лилией и горячими песками азиатской пустыни.

Его Христос, его евангельские сцены, его первосвященники — как мог он совместить в своей душе это красочное величие с тишиной русского озера с карасями? Не потому ли, впрочем, и над его тихими озерами веет дух божества?»

Выдающийся русский художник Василий Дмитриевич Поленов — фигура в русском искусстве в некотором роде загадочная. Его лучшие картины почти сразу были приобретены самым прославленным коллекционером России Павлом Третьяковым. Его боготворил Шаляпин, а в рядах самых серьезнейших почитателей был другой не менее известный «творец» Иван Тургенев.

Это был один из немногих художников России, в котором воплощались самые несовместимые способности. Его удивительным даром считалось особенное видение живописи, — он умело сочетал в одном живописном произведении пленэрное видение с декоративными задачами.

Но такова была необъятная душа великого человека и художника, который на протяжении всего творческого пути будет работать сразу в нескольких направлениях, стилях, жанрах.

Василий Поленов – редчайший среди русских художников XIX века случай, когда стать художником было, что называется, «на роду написано».

Любимая бабка Поленова по материнской линии Вера Николаевна Воейкова, «бабаша», как ласково, несмотря на деспотический нрав, звали её внуки, была дочкой архитектора Николая Львова (известного нам по портретам Левицкого) и воспитанницей поэта Гаврилы Романовича Державина.

Василий Дмитриевич Поленов умер 18 июля 1927 года в возрасте 83 лет. В 1926 году одному из первых в России ему присвоили почетное звание Народного художника России.

Похоронен Василий Дмитриевич на высоком берегу Оки в деревне Бехово, на простом деревенском кладбище. На могиле, как и следовало по завещанию, поставлен деревянный крест, сделанный по эскизу самого художника.

Всего лишь на четыре года Наталья Васильевна переживет своего мужа — гениального художника — пейзажиста Василия Поленова.

Московский дворик
Поделиться с друзьями: