Я ЖЕНЮСЬ НА ТЕБЕ, ИВАНОВА…

— Мама, ты мне голубую рубашку надень завтра в садик.

— Голубую? А что так?

— А Наташка Иванова сказала, что мне красиво в этой рубашке, она у меня к глазам подходит!

— Ну раз Наташка сказала, то конечно наденешь завтра голубую рубашку. Алёшка довольный пошёл играть со старшим братом, Володька старше его и уже ходит в школу.

Мама вечером рассказала папе про голубую рубашку, что так идёт к Алёшкиным глазам. Папа посмеялся, потрепал младшего сына по голове.

— Что сынок, нравится Наташка?

— Ага, я на ней жениться буду.

— Вот как. Ну сначала нужно выучиться, образование получить, а потом уже жениться.

— Ого, так долго… Алёшка задумался.

— Пап, а можно я на Наташке завтра женюсь?

— Завтра? А где же вы жить будете, сынок.

— Дак дома, — удивлённо отвечает мальчик.

— У кого дома? — не сдаётся папа, — у Наташки?

— Да нет, папочка! — удивленно таращит глазенки малыш, — Наташка дома у себя, а я себя.

— Нет сынок, так дела не делают, ты женишься и должен Наташку к себе забрать, и жить с ней, сам работать пойдёшь, а Наташка будет в садик ходить, а потом в школу, в институт.

— А я? — с глазами полными слёз, спрашивает Алёшка.

— А тебе работать сынок надо, чтобы семью содержать.

— А что случилось, ты что плачешь? — мама присела перед Алёшкой.

— Мамочка, я хочу жениться на Наташке, но я не хочу сейчас работать, я хочу в садик ходить, а потом учиться, а пап сказаааал….ууууу…

— Ну а что ты плачешь, вырастешь и женишься на своей Наташке.

— Ага, я пока вырасту, её кто-нибудь другой заберёт.

— Да кто же?

— Не знаааааю, может, Серёжка или Витька.

— Ну тогда и не нужна тебе эта Наташка, раз её кто-то другой забрать может…

Утром Алёшка решительным шагом подходит к девочке в красном бархатном платьице, с большим бантом на длинных светлых волосах, берёт её за руку и проникновенно говорит: — Я женюсь на тебе, Иванова!

Девочка с минуту смотрит на него, а потом отворачивается и говорит: — Нет!

Алёшка забегает вперёд и топнув ножкой повторяет: — Я сказал, что женюсь на тебе! Только не сейчас, ладно, Наташа? — мальчик берет девочку за руку и заглядывает ей в глаза, — а попозже, хорошо?

— А почему не сейчас, — удивленно спрашивает девочка, — Витька с Лизой женились сейчас.

— Они не по-настоящему, а понарошку, а мы с тобой будем жениться по-настоящему!

— Хорошо! — кивает девочка головой, и, взявшись за руки, малыши идут играть.

В школе Алёшка требует у учительницы, чтобы она посадила его рядом с Наташей. Учительница не хочет идти на поводу у мальчика, и посадила Наташу с другим учеником.

Алёшка подошёл и упрямо сел рядом с Наташей.

— Я женюсь на Ивановой, когда вырасту.

— Хахаха, — засмеялись ребята, — тили-тили-тесто, жених и невеста!

— Дети! Тихо! — строго сказала учительница, — как тебя звать?

— Алёша.

— Алёша, ты ещё маленький, чтобы думать о таких вещах, иди садись на своё место, хорошо?

— Нет! Наташка, скажи, что я на тебе женюсь. Наташа сидела и тихо улыбалась.

— Ну, барышня, и что вы ответите? — спросила учительница.

— Мы по-настоящему женимся, когда вырастем, а никак Витька с Лизой, они понарошку, ещё в садике.

— Даже так, — учительница посмотрела задумчиво на ребят, — ну что же, садитесь вместе.

Наташка была королевой его сердца. Он носил ей портфель, защищал от собак, хулиганов, от учителей, однажды она упала и разбила колено, он тащил её до медпункта.

В старших классах он признался ей в любви, по-настоящему. А Наташка что? А Наташка улыбнулась своей улыбкой и пошла, гордо подняв голову.

— Я всё равно женюсь на тебе, Иванова, — крикнул он ей вслед, — слышишь? За Наташкой начал ухаживать Игорь, боксёр, ездит на своей личной шестёрке, учится в ПТУ на механика.

Сколько же Алёшка сносил синяков, но от Наташки своей не отступился. Идёт однажды, смотрит, стоят трое. Бить будут, понял Алёшка…

— Эй, малой, — один из парней лениво отлепился от стены, — подь сюда.

— Тебе надо, ты и иди.

— Дерзишь, малой.

— Я тебе не малой, у меня имя есть.

— Короче, пацан, слушай сюда, от девочки отвали, понял? Эта девочка нашего кореша.

— А кореш где? Сам боится сказать? Передай ему, что если не отстанет от моей девушки, — Алёшка выделил слово моей, — то ему несдобровать.

И повернувшись спиной, парень спокойно пошёл к подъезду. Он ощущал злость парней, но спокойно шёл, прекрасно понимая, что в любой момент, они могут накинуться на него…

Однажды они напали на него, по-подлому, со спины, силы были неравны, и тут он услышал крик. Это кричала Наташка, она бежала с выдернутой откуда-то штакетиной с гвоздями, и хватило же сил, и, дико крича, врезалась прямо в толпу парней, пинающих Алёшку.

Она кричала и махала штакетиной, раздавая тумаки направо и налево, на помощь Алёшке уже бежали старший брат с другом, их позвала Лизка, подружка Наташи.

Тогда она первый раз поцеловала его. Вечером, когда отмылись пацаны под колонкой, Лизка, принесла зелёнку, и они щедро измазали ей пацанов. Потом они все сидели и смеялись, Алёшке было больно смеяться, но он хохотал громче и заразительнее всех, а когда всей толпой пошли провожать Наташку, она у подъезда повернулась к нему

— Больно, Алёш?

— Нет, — помотал головой парень, — нормально. Девушка встала на цыпочки и поцеловала его, ребята предусмотрительно отвернулись.

— Прости меня, Алёш…

— Тебя-то за что? Ты моя спасительница, вон как штакетиной всех раскидала. Я боюсь тебя, Иванова, я же на тебе жениться буду, а ты дерёшься вон как Брюс Ли…

— Да ну тебя, — засмеялась Наташка. А потом были проводы в армию. Наташка не ревела показушно и не висла на плече Алёшки, они просто всегда были рядом.

— Помни, я отслужу и женюсь на тебе, слышишь?

— Да, — первый раз в жизни, начиная с самого детского сада, Наташка сказала – да, Алёшка, — девушка застеснялась, — у меня вопрос есть.

— Говори!

— А ты меня любишь? — прошептала она и спрятала горящее лицо в ладошки.

— Наташка, ты чё дурочка? Ты не поняла ещё что ли? Я на тебе жениться всю жизнь собираюсь, а ты мне такие вопросы задаешь, конечно люблю, глупенькая.

И понеслись письма туда-сюда, туда-сюда. И в каждом письме таилось слово люблю… А потом письма перестали идти. Тщетно ждали родители и Наташка, не было писем. По телевизору показывали мальчиков, грязных, оборванных, но весёлых и живых. Они боролись со злом.

А потом пришло сразу три письма, родителям, Наташке и старшему брату. Родителям и Наташке он написал весёлое письмо, говорил что был на задании, на крайнем севере и видел там пингвинов. Он очень весёлые письма написал, много разных историй рассказал, что родители и Наташка хохотали и плакали от нахлынувших чувств.

Вечером Наташка прочитала письмо своим родителям, все радовались и смеялись.

— Наташ, — спросил младший брат, — а что Алёшка в Америке?

— В какой Америке, с чего ты взял? — смеясь спросила Наташкина мама, — ты что сынок, Алёша в армии…

Вечером брат подошёл к Наташке и сказал ей, что на нашем севере пингвины не живут, поэтому он спросил, где Алёшка…

И только брат знал, где он. Ещё в детстве мальчишки придумали свой шифр, и вроде в обычном письме, смог Алёшка сообщить брату, где он находится.

Одно слово, всего только одно слово, от которого не спали по ночам тысячи матерей, проводившие своих сыновей в армию.

Плакал брат, взрослый парень, кусая кулаки и засунув голову под подушку, он не может, как в детстве пойти и подставить плечо брату. Плакал от бессилия, от страха за младшего, от всего происходящего…

Володька написал Алёшке письмо, весёлое, так было нужно. А в конце приписал: "Не забывай, тебе ещё на Наташке жениться, а то сам знаешь, штакетину возьмёт, она такая у тебя". И опять нет писем…

А потом, по телевизору в новостях сюжет показали, небольшой. Мальчики… Мальчики ли? Или солдаты, в бою закаленные. — Алёшка, — села мама и схватилась за сердце, — там Алёшка, — кричит она, — сынок!

А он будто услышал, повернулся и улыбнулся, своей широкой улыбкой с ямочками на щеках. Приехала скорая к Алёшке домой, маме плохо стало.

— Ну живой же, живой, — говорит старый, усталый врач, — ждите домой, скоро приедет ваш солдат…

Не может уснуть Наташка, успокаивает её мама, поит каплями и сама пьёт. Курит Алёшкин папа, вместе с братом, стоя на балконе, молчат и курят.

— Ты знал… сын?

— Да…

— Хорошо…

Курит Наташкин папа, вспоминая, как защищал чужую страну, чужой народ, потирает плечо, где сидела пуля.

— Ничего сынок, — говорит шёпотом Наташкин папа, — ничего, прорвёмся. Ты держись там парень, держись!

— Папа, — шепчет Наташкин младший брат, — его же не убьют?

— Нет сынок, ты что, ему же на Наташке ещё жениться.

— Хорошо…

Он вернулся. Было раннее утро, солдат сидел на лавочке, вытянув ноги и бросив вещмешок, он слушал пение ранних птиц и тишину и наслаждался дома…

На балкон вышел брат, курит. — А курить вредно, — прищурив глаз и задрав голову проговорил Алёшка.

— Вредно быть вредным, можно получить в глаз. — парировал брат.

— Привет.

— Здравствуй, братишка…

— Иванова, — кричит через пару часов под балконом захмелевший от счастья Алёшка, — я на тебе жениться пришёл, Иванова! И никто не ругается на солдата, и никто не кричит, чтобы он убирался, а то сейчас милицию вызовут.

Все знают, радость большая, солдат домой приехал, живой.

— Мам, пап, ну теперь-то точно можно жениться? — спрашивает счастливый Алёшка, крутясь перед зеркалом.

— Одевайся, жених, а то невеста передумает, — смеются родители.

— Я ей передумаю, я столько ждал этого дня!

***

— Мама, я жениться буду.

— Да? И когда же?

— Завтра

— О, как и на ком это вы Михаил Алексеевич жениться собрались?

— На Кате Ивановой

— Чего? Какой такой Ивановой?

— Ну в группе у нас, мам, Катя Иванова

— А папа знает?

— Да, он отговорил сегодня жениться, сказал надо с дедой поговорить сначала, поэтому я завтра жениться буду.

***

— Ну что дедушка, поговорил с внуком? — смеётся Алёшкина мама

— Ну да, история повторяется, и опять Иванова, ох уж эти Ивановы, кружат головы нашим парням, — смеётся Алёшкин папа, Мишкин дедушка…

Из сети