Подруга рассказала историю. Работает ветеринаром. У нее в пригородном доме у самой постоянно три лайки, так она еще все время пристраивает отказников. Это собаки, от которых по каким-то причинам отказались хозяева.
Так вот, история именно про такую собаку. Хозяева не уследили, ранка на лапе пса сильно загноилась, кончилось все ампутацией нижней части ноги. Хозяева отказались забирать, лечение оплатили, но сказали: — Калека нам не нужен, усыпляйте!
Ей стало жалко доходягу, взяла к себе пока, решила, что сможет как-нибудь пристроить.
Полгода он у нее был, за это время она пристроила трех или четырех других отказников. На севере сантименты не очень любят, собака не столько друг, сколько партнер и помощник.
А кому нужен калека? Сторож из него никакой, ласковый слишком — всем доверяет, а охотник теперь уж точно из него так себе. Когда уже решила, что не заберут никогда, взяли его.
Приехал по объявлению угрюмый парень, на поллица ожог страшный, на одну ногу сильно хромает, посмотрел на собак и ткнул пальцем в калеку: — Вот этот мой будет!
Улыбнулся грустно, когда пес ткнулся носом ему в колени, почесал за ухом: — Вот теперь мы с тобой хоть кому-то будем нужны… Ушли оба, хромая, к остановке автобуса.
Прошло два года, почти забыла она эту историю.
Но вот совсем недавно встретила в парке этого парня с коляской с малышом, а вокруг них радостно носился как заведенный такой знакомый псин с самодельным протезом на ноге…
Доктор давно работал частным образом. Завёл себе приятный такой кабинетик, на окраине города. В тихом районе, среди деревьев, кустов и полянок. Ездили к нему очень охотно. И, естественно, специалистом он был хорошим.
На дверях висела бронзовая табличка с надписью – ПСИХОАНАЛИТИК. Никто особенно не понимал, что это такое. Но звучало отлично.
И люди ездили и платили большие деньги за час. Доктор внимательно выслушивал их. Всё записывал. Давал рекомендации, и выписывал рецепты.
А в приёмной у него лежали на кожаных диванах три толстых кота, а в больших клетках сидели два болтливых жако. Попугаи болтали без умолку. Коты смотрели на говорунов с презрением. Но те не обижались.
Пациенты, которым долго приходилось сидеть и ждать своей очереди тоже не обижались. Тем более, что было чем заняться.
Три больших телевизора и игровые приставки. Шахматы, шашки, карты и прочие игры. Так что, со временем пациенты перезнакомились и стали специально приходить заранее. Они гладили котов и учили попугаев новым словам. Они играли в разные игры и общались, а потом…
Потом уходили и шли посидеть в соседнее кафе. Выпить чашечку кофе и ещё поговорить. И только дома они вспоминали, что так и не зашли к врачу. Они звонили, приносили свои извинения и договаривались на другой день. История повторялась.
Короче говоря. Как вы, наверное, уже поняли, кабинет доктора стал известен своими положительными результатами. И о нём пошла отличная молва.
Будто он может лечить психозы, и вообще всякие нервные расстройства. Которые у других врачей просто давили лекарствами и зачастую тяжёлыми. Что очень плохо сказывалось на пациентах и их родственниках.
Так что, вскоре всё время врача было расписано на месяцы вперёд. Но вот ведь одна проблема. Сам доктор был несчастен. Глубоко несчастен. Он лечил других людей. Но сам страдал от нервного расстройства. Его ничто не радовало.
Он жил один. За его живностью в кабинете присматривала уборщица, которой он, кстати, очень хорошо платил. Доктор приходил домой и включал опостылевший телевизор. Он смотрел его с отвращением, слушая новости. Ужинал и ложился спать.
Он не хотел возвращаться домой. Ему там просто нечего было делать. Совсем нечего. Поэтому, он приходил только переночевать.
Уборщица, которая по совместительству вела дневник приёмов, как могла, помогала ему. Она готовила ему дома завтраки и обеды, которые приносила и объясняла, что это заказ из соседнего ресторана.
Доктор ел с удовольствием и замечал ей, что давно знал, что в ресторанах отлично готовят. Не то, что в домашних условиях.
Уборщица — секретарша тяжело вздыхала и уносила посуду. Потом принималась за уборку и готовила чай с пряниками для посетителей.
Коты и попугаи её обожали. Жако она выпускала побегать по полу и побезобразничать, и они ходили за ней. Коты отгоняли попугаев и тёрлись о её ноги. Посетители улыбались и пили чай. Им было хорошо. Никуда идти не хотелось.
Но в конце этой недели… Секретарша заболела. Она позвонила врачу и извинилась.
Вместо неё согласилась поработать пару недель соседка. Дама любящая порядок и чистоту. Которые и навела в приёмной железной рукой.
Теперь коты лежали только на полу в одном месте. Попугаи жалобно просились из клеток. Посетители вылетали из приёмной, как пробки, если приходили не в своё время.
Пациенты стали звонить и отказываться от приёма и придумывали для этого самые разные причины. Доктор через несколько дней заметил, что у него стали появляться большие перерывы между приёмами, и решил выяснить в чем проблема.
Тем более, что из ресторана перестали приносить такие вкусные завтраки и обеды, а стали присылать такую бурду, что он потребовал у новой работницы сменить ресторан для бизнес-ланчей.
В приёмной доктор нашел порядок и тишину, что его устроило и он вернулся в кабинет, и стал размышлять над возникшей проблемой, пытаясь найти решение. И делал это до конца недели.
Пока ему не позвонил его коллега. Старый и опытный доктор душ людских. Он долго разговаривал с коллегой и его глаза раскрывались всё больше и больше. В прямом смысле и в переносном.
Старый доктор был в курсе происходящего, поскольку сам иногда после работы заходил в эту приёмную, чтобы снять напряжение длинного рабочего дня.
С трудом дождавшись возвращения секретрши-уборщицы, доктор вызвал её в кабинет и строгим тоном запретил ей болеть. И попросил и дальше готовить вкусные завтраки и обеды.
А ещё потребовал вернуть всех пациентов даже если для этого придётся выпустить бегать по кабинету попугаев и разрешить котам валяться там, где им нравится.
И вообще. Вообще, порядок и идеальная чистота – это не принцип, объяснил он. Секретарша вышла из кабинета и долго всхлипывала и тёрла глаза.
Пациенты её успокаивали. Они думали, что строгий доктор ругал её. А потом доктор пригласил свою секретаршу в ресторан. Ну, надо же было ему, как-то отблагодарить её за хорошую работу и вкусную еду.
Впрочем еда в ресторане ему не понравилась То жесткое мясо, то пересолено. А поэтому он спросил, не училась ли она на поварских курсах. И как-то они разговорились об этом. А закончилось дело вот чем. Вы, наверное, уже догадались, дамы и господа, что живут они давно вместе. И забрали к себе трёх котов и двух попугаев.
И кабинет доктор закрыл. Да, такое вот дело. Они открыли особое кафе. Которое так и называется – ПСИХОАНАЛИТИЧЕСКОЕ.
Ох и популярное место, я вам скажу. Во-первых, в кафе разрешается заходить с животными. Ну, это кроме того, что своих котов и собак тут хватает.
Во-вторых, здесь полно игр и музыка всегда тихая, спокойная и приятная. А кухня, просто отличная. Все пациенты доктора стали завсегдатаями этого кафе.
И очень скоро пришлось расшириться. Просто потому, что места надо много. Очень большой приток посетителей. И столики на улице всегда заняты.
И вечерами к ним заходит тот самый старый доктор, который раскрыл глаза своему коллеге. В прямом и переносном смысле.
О чем этот рассказ? Да ни о чем. Вот разве, что о том…
Что жизнь – она такая штука. Никогда не знаешь заранее, куда она тебя приведёт. Дай Бог, чтобы к хорошему. Чего и вам всем желаю, дамы и господа!
Тонькины подруги давно повыскакивали замуж, и только она до сих пор сидела в девках. Не было у нее ни жениха, ни даже захудалого ухажера.
Тонька выключила свет, зажгла свечу и, усевшись за стол, начала осторожно перелистывать потрепанную книгу «Рождественские и святочные гадания». Вариант с башмаком показался ей самым простым и верным.
Кидать свою обувь ночью через забор она опасалась, и потому в качестве гадального инвентаря решила использовать старые отцовские валенки, в которых он месил цемент.
Яшка Катапиллер имел замкнутый характер и, мягко говоря, невзрачную внешность, по этой причине женский пол не проявлял к нему ни малейшего интереса.
Он не спеша шел со смены вдоль оврага, торопиться ему было некуда, – его ни кто не ждал. Поравнявшись с домом Антонины, он невольно остановился.
Тонька взяла в предбаннике окаменевший от цемента валенок, вышла во двор и со словами: «Укажи откуда придет суженый» — швырнула его через двухметровый забор.
Яшка прикрыл глаза и представил милый образ сдобной, розовощекой красавицы Тони. Мощный удар сбил его с ног и погрузил во мрак.
Яшка пришел в себя лежа на дне оврага. В глазах искрило, а в голове возник только один вопрос: «Что это было?» Тонька нашла брошенный ею валенок и обомлела от увиденного – мыс валенка указывал туда, где за оврагом, через перелесок, широко раскинулась городская свалка.
«Неужто бомж?!» Тонька опрометью бросилась домой и принялась судорожно листать книгу. Гадание по полену могло многое поведать о будущем муже.
Она забежала в дровяной сарай, не глядя, схватила первое попавшееся полено и выскочила на двор. Яшка карабкался по крутому заснеженному склону, несколько раз срывался, кубарем катился на дно оврага и снова лез наверх.
Тонька посмотрела на кривое, узловатое полено с облезлой корой, взвыла от досады и, что было сил, запустила его в темноту рождественской ночи.
Наконец-то Яшка выбрался из оврага. Он зачерпнул пригоршню снега и вытер им вспотевшее лицо. Удар чудовищной силы обрушился на его голову!
Очнувшись, Яшка снова обнаружил себя лежащим на дне оврага. Перед глазами все плыло, а на лбу образовался шишак величиной с яблоко. Сознание постепенно прояснилось и панический ужас охватил все существо Катапиллера: что-то мистическое, потустороннее загнало его в овраг и теперь удерживало неведомой силой.
Тонька не помнила, сколько времени прорыдала лежа ничком на кровати. Наконец она встала, вытерла слезы и со злостью захлопнула гадальную книгу. Выбиваясь из сил, насквозь сырой от пота и мокрого снега, Яшка снова и снова взбирался по склону, скатывался вниз и снова полз.
В конце концов, ему удалось ухватиться за росшие по кромке оврага кусты. Собрав последние силы он подтянулся, увидел огни поселка и… Тонька уверенным шагом прошла через двор, открыла калитку и бумерангом запустила проклятую книгу в сторону оврага.
Вопль боли и отчаяния разорвал тишину ночи. Очередной удар в лоб отправил Яшку обратно по уже проторенному маршруту. Тонька вытащила Катапиллера из оврага, принесла домой и две недели ухаживала за ним, как за ребенком. А еще через неделю они подали заявление в ЗАГС.
Oнa, coбcтвeннo, вcё мoглa. Кoгдa oн был pядoм. И ничeгo eё нe пугaлo. Кoгдa oн был pядoм. Нa oпepaцию oнa eгo пpoвeлa. И cидeлa пoд двepью. Ждaлa. Пуcтякoвaя oпepaция, нo вcё paвнo кучa пepeживaний. Oн никoгдa cepьёзнo нe бoлeл.
И eй былo нeмнoгo cтpaннo cидeть и ждaть oкoнчaния eгo oпepaции. Мaшинaльнo cунулa pуку в cумoчку, нaщупaлa кoнвepт. Удивилacь, вpoдe никaких кoнвepтoв у нeё в cумoчкe нe дoлжнo быть. Вытaщилa. Eщё бoльшe удивилacь — пиcьмo oт нeгo.
Кoгдa oн уcпeл нaпиcaть? Кoгдa в cумoчку уcпeл зaпихнуть? Oни ж вpoдe вcё вpeмя были pядoм, oнa бы зaмeтилa. Пpoчитaлa. Oчeнь cтpaннoe пиcьмo. Oн вpoдe пpoщaлcя. Oнa cидeлa, бoяcь пoшeвeлитьcя.
Oнa вcё пoнялa. Eщё дo тoгo, кaк вpaчи вышли из oпepaциoннoй. Пуcтячную oпepaцию oн нe пepeнёc. Ocтaнoвилocь cepдцe. Тo caмoe, вpoдe здopoвoe и никoгдa нe бoлeвшee. A пoтoм, пocлe пoхopoн-вaлepьянoк-пуcтoты-нeчeлoвeчecкoй бoли, oнa вытaщилa из шкaфa cвoю кoфту и в кapмaнe нaщупaлa лиcтик.
Этo былa cмeшнaя зaпиcкa. Oт нeгo. Пoтeмнeлo в глaзaх. Пoлeзлa в дpугoй кapмaн, зимнeгo пaльтo. И тaм зaпиcкa. C пpиpиcoвaннoй cмeшнoй poжицeй. У нeё в квapтиpe oкaзaлcя миллиoн этих eгo зaпиcoк.
