Качество дружбы никак не определяется ежедневным созвоном для обмена сплетнями и новостями…
Оно определяется ОБМЕНОМ ТЕПЛА, ЕДИНОМЫСЛИЯ, ИЛИ ВЕЛИКОДУШНЫМ ПРИНЯТИЕМ НЕСОВПАДЕНИЙ…
И совсем не важно, мотаетесь ли вы друг с другом по примерочным, пьёте ли вместе на рыбалке, горлопатните ли по праздникам в караоке — это больше тропы приятельства, заглушающие будничную пустоту и внутреннюю незрелость…
Куда как важнее знать, что есть сердца, чьё биение дорого вам на любом расстоянии… Что можно не видеться вечность, но не стать чужими, общаясь так, словно расстались вчера…
Что точно знаешь — ты рванёшь по первому зову, и на твой откликнутся… Многие пытаются приволочь детский формат дружбы в свои взрослые отношения, позабыв, что во времена детства, когда все мы находились в приблизительно одних условиях — от школы до дома, это было естественно и легко…
А взрослая жизнь диктует нам очень разные обстоятельства, в которых, чаще всего невозможно дружить по принципу «Мы с Тамарой ходим парой…»
И уж совсем нелепо устраивать сцены ревности из-за того, что ты у своего друга не единственный… Нелепо думать, что ты один должен компенсировать все коммуникативные запросы взрослого человека, равно, как и он тебе…
Радость общения… Волшебство не кровного родства, которое подчас оказывается выше кровного… Роскошь принятия без критики… Свобода… Вот что такое дружба, на мой взгляд…
Но никогда не собственничество, не поиск выгоды, не вымученный переброс этикетными приветствиями… Умеете?…
Николай Степаныч Фролов свою Ларису Геннадьевну конечно любил. Но всю жизнь и в глаза, и заглазно называл её «Лора Говядьевна». Это чтоб не зазнавалась. А зазнаваться, признаться, ей было от чего.
Принадлежала супруга его к той породе, о которой говорят «полная, белая, красивая, рассыпчатая». Кожа, белая, атласная и на лице, и на шее и на груди до самой старости шершавой да морщинистой так и не стала.
Косу свою тяжеленную и длиннющую туго заплетала, а потом сзади на голове бубликом укладывала. От тяжести косы этой, наверное, так всю жизнь и проходила, высоко держа голову, словно бы не замечая людишек, что внизу, у ног её бегали и свои мелкие жизни жили.
Стать и поступь тоже при ней до старости остались. А ручки да ножки миниатюрные любому мужчине хотелось целовать и рассматривать. Потом – снова целовать. Ну, так вот…
А Николай Степаныч запросто мог сказать: — Слышь, Говядьевна! Можа мне перед обедом в погреб слазить да огурчиков квашеных или капустки достать? Или ваше тонкое естество к такой пище не приучено?
Или так, например: — А что это вы, Лора Говядьевна, с утра всё перед зеркалом прихорашиваетесь? Женихов ждёте? Так не придут они, заняты все женихи ваши: внуков качают да сопли внучкам вытирают. Ну и другое-прочее говорил. Много чего.
Сам же Николай-то Степаныч другим совсем был. Наверное, когда Бог людям красоту раздавал, он на свою Говядьевну загляделся, а потому во все очереди последним оказался. Росту он был среднего и неказистенького. Тельцем щупленький с мальства.
Но на том худеньком тельце рано животик выпучился, словно бы у воробьиного птенца-желторотика. Реденькие всегда волосёнки, не понять, какого цвета, рано стали покидать его буйну голову. «Вытерлись, наверное, все об чужие подушки»,- говаривала его супруга. А вот глаза!..
Глаза у Николай Степаныча были такими… Такими были, какими их в мультиках у хороших героев и у оленей рисуют! Синими-пресиними-рассиними. И мерцали так, как, наверное, на далёком севере северное сияние, которого никто в их деревне никогда не видел, полыхает. Хоть прикуривай, что называется. Хотя, разве можно прикурить от северного сияния?..
Вот из-за этих самых глаз расчудесных и мёрли женщины по Николаю-то Степанычу, как осенние мухи на оконном стекле. Примерно раз в год случался у него бурный, но скоротечный роман.
Бурным он был потому, что Николай Степаныч обладал… владел, то есть, при всей хлипкости своей конструкции непомерной мужской силою, которой с избытком хватало и Говядьевне, и той, на которую в этот раз падал его выбор.
Скоротечным же потому, что, как только жена узнавала, кто в этот раз заморочил голову её синеокому, тут же шла к «проклятой присьтитутке» и в её доме долго и громко ругалась. Когда же слышался звон разбитых оконных стёкол, вся деревня свои окошки захлопывала, понимая, что и на этот раз Лариса Геннадьевна супруга своего отвоевала и слушать дальше нечего.
А та шла в это время домой, где ждал её благоверный. Он сидел посреди комнаты на табуреточке, послушно сложив руки на коленочках, ожидая супружеской кары. Лариса Геннадьевна уже с порога начинала рукава засучивать.
Зачем, спрашиваете? А чтобы бить своего неверного супруга. Била долго и больно, до крови прям. А потом сама же эти увечья прижигала настойкой йода трёхпроцентной, дула на них, когда муж ойкал, и спрашивала: «Больно тебе? Потерпи… Я сейчас…»
Муж же, в процессе бития не только не сопротивлялся, но послушно сидел и приговаривал: «Бей, Лорочка, меня окаянного, бей, не жалей ты моей подлой сущности…»
После этакой вот расправы Николай Степаныч два дня спал на лавке у печи, а за ситцевой занавесочкой в маленькой спальне тяжело воздыхала до самого утра его Говядьевна, но в решении своём была тверда и мужа к себе не подпускала.
Утром накрывала к завтраку и кричала негодяю: — Иди, жри! А то сдохнешь с голоду, а меня поведут по этапу за убийство на Колыму, и все будут думать, что я сумасшедшая, потому как буду хохотать и радоваться, что одним паразитом на белом свете меньше стало.
Когда же Николай-то Степанычу семьдесят семь исполнилось, стал он всё больше прихварывать да лежать за занавесочкой. А Лариса-то Геннадьевна ещё совсем в силе была, хоть на годочек всего своего синеглазого моложе была.
Когда же он совсем слаб стал, то поманил пальцем жену к себе, ладошкой сухою похлопал по краю кровати, приглашая её сесть, и зашелестел слабо-преслабо, почти шёпотом: — Не дал я тебе счастья, моя ненаглядная. Так душу тебе всю жизнь и промытарил.
А всё потому, что боялся, как бы ты меня первой не бросила. Прости меня непутёвого… Привалился к руке её маленькой и поцеловал. А потом – затих. И – всё.
Похоронила Лариса Геннадьевна своего мужа на сельском кладбище в оградке, где могила его к левой стеночке прижата была. Это затем, чтобы справа для неё место осталось.
Верила она, что расстаются они ненадолго. И она скоро ляжет рядом с ним, обнимет крепко и широко, через всю грудь, чтобы теперь уж в е ч н о не расставаться со своим ненаглядным и ни с кем его не делить.
Андре́й Ива́нович Краско́ — советский и российский актёр театра и кино, телеведущий. Википедия Родился: 10 августа 1957 г., Санкт-Петербург, СССР Умер: 4 июля 2006 г. (48 лет), Овидиополь, Украина
Андрей Иванович Краско родился 10 августа 1957 года в Ленинграде, в семье театрального актера.
В школьные годы занимался в Театре юношеского творчества. А после окончания школы поступил в ЛГИТМиК, на курс Аркадия Кацмана и Льва Додина.
На этом курсе, ставшем знаменитым благодаря легендарному спектаклю «Братья и сестры», Краско учился вместе с Натальей Акимовой, Еленой Поповой, Игорем Скляром, Сергеем Власовым, Сергеем Бехтеревым, Валерием Кухарешиным, Сергеем Кошониным.
В 1979 году после окончания института Андрей по распределению отправился в Томский ТЮЗ, где проработал больше года, сыграв за сезон в девяти спектаклях. Там, по словам самого актера, он приобрел потрясающую профессиональную закалку.
В том же году дебютировал в кино эпизодической ролью в фильме «Личное свидание». В начале 1980-х годов Краско поступил в Ленинградский Театр им. Ленинского комсомола к замечательному режиссеру Геннадию Опоркову.
Первой и, к сожалению, на долгие годы единственной серьезной театральной работой для актера стала главная роль в спектакле «Кукарача», премьера которого состоялась в 1982 году.
После службы в армии, не сумев устроиться ни в один из ленинградских театров, Краско уехал в провинцию. Затем снялся в эпизодических ролях в картинах «Прорыв» и «Псы» Д. Светозарова.
Первой его настоящей работой в кино стала роль провинциального следователя в фильме Павла Лунгина «Олигарх». Причем все произошло случайно. На роль был утвержден другой актер, но он по какой-то причине не смог приехать на съемки. Несмотря на то, что фильм подвергся критике, свою роль актер сыграл блестяще, и все это признали.
Его стали приглашать сниматься, а после роли в сериале «Агент Национальной Безопасности» Краско приобрел широкую известность. В одночасье он стал одним из самых популярных и востребованных актеров. Почти каждый фильм, что выходил в свет, снимался с его участием.
Краско играл в лентах Рогожкина, Месхиева, Балабанова, Бодрова-младшего, Лунгина, Хотиненко, Литвиновой, Бондарчука. Снимался и в сериалах, и в полнометражных фильмах.
Всего в фильмографии актера более 80 ролей, среди самых известных — в картинах: «Афганский излом» (1991), «Операция «С Новым годом!»» (1996), «Особенности национальной рыбалки» (1998), «Блокпост» (1998), «Болдинская осень» (1999), «Сёстры» (2001), «Олигарх» (2002), «72 метра» (2004), «9 рота», «Жмурки», «Турецкий гамбит» (2005), «Сволочи» (2006), «Любовь-морковь» (2007) и многих других, а также в сериалах: «Улицы разбитых фонарей», «Агент национальной безопасности», «Бандитский Петербург», «Агентство», «Участок», «Каменская», «Даша Васильева. Любительница частного сыска», «Диверсант», «Брежнев», «Гибель империи», «Доктор Живаго», «Есенин», «Охота на изюбря», «Группа «Zета»»…
Не оставлял Краско и работу в театре. В «Приюте комедианта» он сыграл в спектаклях «Собачий вальс» (постановка имела успех, а работа актера была отмечена критикой) и «Москва-Петушки», на сцене Театра им. Комиссаржевской он играл в постановке Валерия Гришко «Андорра», а также в антрепризах — «Смерть Тарелкина», «Мужчины на час».
Одно время на канале «Культура» Андрей вел программу «Кто в доме хозяин», а на канале СТС передачу «Арсенал». К сожалению, из-за большой занятости актеру пришлось от этого отказаться. В основном в последние годы он снимался в кино.
Но все же его актерский талант, по большому счету, так и остался нераскрытым. «В последнее время играю либо бандитов, либо людей в форме. Кино такое», – говорил о своей работе сам Краско…
Умер Андрей Иванович на съемках фильма «Ликвидация». Он почувствовал себя плохо ещё по пути в Одессу, где снимался фильм. Съемки отложили, но актеру становилось только хуже. Он скончался по пути в больницу 4 июля 2006 года.
Андрей Краско похоронен на кладбище в Комарово под Петербургом. Жизни и творчеству актера посвящены документальные фильмы, в 2009 году в Санкт-Петербурге был создан Благотворительный Фонд поддержки молодежи и ветеранов театра и кино имени Андрея Краско.
Поклонники всегда знали, что Краско-младший — талантливый и удивительно органичный актер. В актерской среде такое встречается намного реже, чем следует. Что бы Андрей ни играл — как будто для этой роли родился. Поэтому так жаль, что он не успел раскрыть свой талант до конца. Можно сказать, артист был только в начале пути к вершинам своей профессии.
Вениами́н Бори́сович Сме́хов — советский и российский актёр театра, кино, телевидения и дубляжа, режиссёр телеспектаклей и документального кино, сценарист, телеведущий, литератор; лауреат художественной премии «Петрополь», Царскосельской художественной премии и премии «Книжный червь». Кавалер ордена «За заслуги перед Отечеством» IV степени. Лауреат Российской национальной актерской премии Фигаро. Википедия Родился: 10 августа 1940 г. (81 год), Москва, СССР
Сегодня, 10 августа, самый благородный Атос нашей страны, актёр театра и кино, режиссёр, сценарист, литератор, лауреат Царскосельской художественной премии Вениамин Смехов отмечает 81-й день рождения!
Вениамин Смехов (Атос), Валентин Смирнитский (Портос), Игорь Старыгин (Арамис) и Михаил Боярский (Д. Артаньян). 1978 год.
