Кот наблюдал за голубями. Он был охотник и промышлял птицами. Разными. Дичь эта юркая, быстрая, и надо обладать терпением и уверенностью в себе, чтобы не остаться голодным.
Ну, так вот он — умел. И приготовился уже к прыжку. Последнему. Он предвкушал вкус голубиного мяса, когда… Когда прямо ему на голову свалилось что-то.
Что-то схватилось за кошачьи уши маленькими цепкими лапками. После чего упало на землю. Кот в ужасе пискнул и мгновенно позабыл об охоте.
Он прижался спиной к стене дома, находившейся прямо за ним, и уставился на то, что было перед ним. Это был птенец. Воронёнок. Подросший, но ещё не умеющий летать.
Кот решил смыться, на всякий случай. Тем более, что голуби уже улетели. Он упёрся всеми четырьмя лапами и стал отталкиваться от земли, но…
Но стена позади была совершенно непроницаемая. И раствориться в ней не получилось. Воронёнок заинтересованно смотрел на кота и явно что-то соображал.
И, судя по всему, сообразил. Он в несколько прыжков приблизился к нему и прижался. Потом открыл клюв, и оттуда донеслось: — Кур-кур.
— Господи, — подумал кот.
— Мало того, что голодным остался, так ещё и это на мою голову. Воронёнок, между тем, увлечённо ворковал, прижимаясь.
И почему он решил, что этот кот его родственник, одному Богу известно. Но, судя по всему, птенец подумал, что это его рОдный папа. Наверное, скрывался от алиментов. Но когда случилось такое несчастье, и он выпал из гнезда, родненький папочка пришел на помощь.
— Папа птенчиковый! — раздалось прямо над кошачьей головой. Рыжий бандит посмотрел вверх и зажмурился от ужаса.
Прямо над ним стояли три женщины. Представляете, дамы и господа? Сразу три! Ох, не к добру это.
Точно не к добру, подумал кот и, тяжело вздохнув, попытался отодвинуться от приставучего птенца. Что, впрочем, не удалось.
Самая большая и страшная, с пудовыми кулаками и лицом, словно высеченным из мрамора, была бабушкой. Вторая, молодая и миловидная, судя по всему, была дочка. А самая маленькая. Девочка лет пяти, стоявшая совсем рядом, была дочка-внучка.
Она наклонилась и схватила птенца. Тот с интересом уставился на девочку и широко раскрыл клюв.
— Ням-ням, — вполне отчётливо произнёс он.
— И птенчикового папу! — топнула ножкой девочка.
— Может, не будем папу? — неуверенно попросила мама. Лицо девочки потемнело, и она твёрдо и решительно заметила:
— Ты что же, хочешь птичку сиротой при живом папе сделать? Как меня? — и решительно закончила: — Берём папу с собой.
— Ну, прям вся в меня, — умилилась бабушка с каменным лицом и пудовыми кулаками. Она наклонилась и, подняв рыжего разбойника, прижала его к своей необъятной груди.
Глаза у кота вылезли из орбит. И он попытался жалобно мяукнуть, но… Перед его лицом вдруг оказался огромный и страшный кулак, и бабуля сказала:
— Молчи, мерзавец. А то я тебе быстро припомню всех птичков, тобой убиенных. Глаза немедленно вернулись на место, а жалобный писк застрял в кошачьем горле.
Если не убьют, то, может, покормят, подумал кот. И был прав. Кормили их дома действительно обильно. Коту это очень нравилось.
Но вот птенец страдал. Три женщины кормили его разом. Запихивая в открытый клюв пипетки с манной кашей, творожком и молочком.
Бедняга давился, кашлял и пытался вырваться из цепких женских рук. Но раз трём женщинам что-то пришло в голову, то спасения нет никому.
Задыхающийся воронёнок летел к своему кошачьему папочке и пищал по дороге. А подлетев, прижимался и начинал жаловаться в левое ухо. Он рассказывал всё, ничего не скрывая, и из его глаз катились слёзы, полные обиды.
Кот прижимал его к себе левой лапой и тяжело вздыхал. Ему очень хорошо было известно, что такое издевательство и невозможность сопротивляться.
— Хоть и птица, — думал он. — А тоже человек, между прочим. И нечего над ним так измываться.
Воронёнок успокаивался и залезал на спину кота, где начинал перебирать пух и перья. Прошу прощения, шерсть. Он рассматривал её то правым, то левым глазом. Пытался найти отростки. Крыльев.
Ведь, по его мнению, папа должен быть крылатым. А как же. Но, видимо, папа в детстве много болел и кашлял, вот крылышки и не выросли.
А потом он из гнезда выпал, а помочь было некому. Чтобы отделаться от приставучего птенца, кот решил научить его всем премудростям охоты. На птиц…
И теперь они вместе охотились на воображаемых голубей.
— Этот мерзавец из ребёнка убийцу воспитает! — говорила бабушка и грозила коту пудовым кулаком. Но дочка-внучка была защитницей, и никто не смел даже крикнуть на рыжего учителя.
А этажом выше жил подпольный торговец гадами. Причем ядовитыми. Змеями, пауками, скорпионами, многоножками. У него вся квартира была забита террариумами.
Товар шел ходко. Сейчас было модно хвастаться опасными ужасами, живущими дома. И вот, в одном из террариумов, где жили скорпионы, самые ядовитые в мире и очень дорогие, подрос кустик. И торговец забыл его подстричь.
Поэтому, пять убийц с хвостами, загнутыми и готовыми к удару, выбрались наружу через небольшое отверстие. Они прошествовали в прихожую и, когда торговец вышел за покупками, они незаметно выползли в коридор, а потом…
Потом спустились на этаж ниже и, когда бабушка пришла из супермаркета с покупками, прошмыгнули в дом.
Взрослые женщины пошли на кухню разбирать покупки. А скорпионы выстроились правильным клином и пошли в атаку на кота. Тот заорал диким голосом и забился в угол.
Две взрослые женщины и дочка-внучка выбежали в залу, где всё и происходило. Мама и бабушка от ужаса застыли на месте.
А вот девочка понятия не имела, что это такое. Она решила, что это новые игрушки и, всплеснув ручками, бросилась к ним. И несчастье обязательно случилось бы, но…
Но дремавший воронёнок решил, что эти черные, странные существа, во-первых, забрались на чужую территорию без разрешения.
А, во-вторых, они явно угрожают папе, а этого он допустить не мог. Птенец спорхнул с подоконника, где он всегда сидел, когда не доставал кота, и подлетел к огромным страшным скорпионам.
Не опускаясь на пол, воронёнок в пять ударов расправился с атакующим войском. После чего поскакал к своему кошачьему папочке и стал рассказывать ему в правое ухо, как он охотился.
Бабушка всплеснула руками и сказала: — Ты смотри, какого защитника этот рыжий мерзавец воспитал! Надо им угощение готовить. Заслужили.
Может, если бы остальные мерзавцы были на тебя похожи, то не приходилось бы им время от времени взбучку устраивать.
Бабушка, кстати, всех особей мужского пола называла мерзавцами. Когда ласково, а когда и серьёзно.
Через час на полу стояли две тарелки. Одна с кусочками варёной курочки для кота и вторая…
С полным набором орехов для героя-воронёнка. Вся женская троица сидела на диване и смотрела, как кот уписывал куски курицы. Птенец же, съев несколько орешков, занялся кормлением папочки.
А иначе, кто же позаботиться о нём, если не он? Как только кот открывал рот, воронёнок тут же пытался впихнуть туда орех.
Кот отплёвывался и отмахивался лапами, и тогда находчивый птенец стал прятать кусочки орехов в мясо.
Потому как, папочка должен орешки кушать, может тогда у него крылья вырастут. Бабушка и мама смеялись и потом немножко плакали:
— Ты смотри, как этот малец о мерзавце заботится! — восхищалась бабушка и вытирала платком глаза.
— Бабушка. Бабушка, — говорила внучка-дочка.
— Он же птенчиков папа. Потому сын о нём и заботится. Короче, всё кончилось хорошо.
А совсем недавно, мама дочки-внучки, вышла замуж за хорошего мужчину.
— Мерзавец, — описала его бабушка и погрозила пудовым кулаком. Но девочка души в нём не чаяла. Он работал в зоопарке и водил её ко всяким зверям. Мама была счастлива…
И только иногда, когда бабушка дремала в своём кресле в зале, три мерзавца осторожно, по стеночке крались к холодильнику.
Бабушка хранила там удивительно вкусные котлетки и сырники. Кот, забывшись, иногда тихонько мяукал, и тогда мерзавец, муж мамы, прикладывал палец к губам и шипел.
Бабушка ничего не видела. Она спала… Приоткрыв один глаз и улыбаясь. Она дожидалась, пока вся троица доберётся до холодильника и, встав с кресла, грозно кричала:
— А это, какие там мерзавцы у меня из холодильника воруют? Первым из кухни низким курсом вылетал ворон и быстренько усаживался на подоконник. За ним тянулись крошки от сырника.
Вторым выскакивал рыжий и мчался с испуганным писком под диван. И третьим появлялся главный мерзавец. Он дожевывал котлету и, пытаясь скрыть это, делал вид, что вообще тут ни при чем.
Из спальни появлялись мама с дочкой-внучкой и весело смеялись. И даже суровая бабушка с кулаками-кувалдами улыбалась. Может, не такие уж они, эти мужчины, и мерзавцы… Честное слово.
Андре́й Арсе́ньевич Тарко́вский — советский режиссёр театра и кино, сценарист. Народный артист РСФСР. Его фильмы «Андрей Рублёв», «Солярис», «Зеркало» и «Сталкер» периодически включаются в списки лучших кинопроизведений всех времён. Википедия Родился: 4 апреля 1932 г., Завражье, Россия Умер: 29 декабря 1986 г. (54 года), Париж, Франция
Как неравный брак Андрея Тарковского стал для него спасением
Они были настолько разными, что представить их вместе было невозможно. Тем не менее Андрей Тарковский и Лариса Кизилова прожили вместе 16 лет, до последнего дня режиссёра.
Окружение Тарковского не принимало его вторую жену, над ней иногда даже откровенно насмехались. Но сам режиссёр, несмотря на все свои многочисленные увлечения и влюблённости, неизменно возвращался к Ларисе. И даже физически не мог без неё существовать.
Ураган по имени Лариса
Их знакомство состоялось во время съёмок фильма «Андрей Рублёв», где Лариса Кизилова была ассистентом. Эта роль её не то чтобы не удовлетворяла, она, несомненно, хотела большего.
Казалось, она меньше всего подходила на роль жены гения. И смогла стать для него совершенно незаменимым человеком. Идя к своей главной цели, Лариса не обращала никакого внимания на такие мелочи, как наличие у режиссёра жены, которая, кстати сказать, снималась в «Андрее Рублёве», или на насмешки со стороны съёмочной группы.
Она обожала Тарковского и готова была на любые жертвы, чтобы быть рядом с ним. В гостиничном номере, под самым носом у администратора, она варила для Тарковского какие-то умопомрачительные борщи, установив электроплитку прямо в шкафу.
Конечно, видно её не было, но ароматы по коридорам гуляли такие, что сомневаться не приходилось: режиссёрский обед уже готов. В коротких перерывах между съёмками ему вручался в руки пакет с бутербродами, которые готовила тоже Лариса.
Когда Лариса Кизилова и Андрей Тарковский в компании двух друзей отправлялись в ресторан, девушка своими танцами буквально заводила всех вокруг. Вряд ли кто-то мог назвать её изящной, скорее, она была живым воплощением женщин с картин Кустодиева, но была в ней какая-то особая «манкость», которая и покорила в результате Тарковского.
Впрочем, нельзя забывать о её феноменально вкусной еде и умении создавать уют даже в пределах отдельно взятого гостиничного номера.
До окончания съёмок было ещё очень много времени, а режиссёр уже не представлял себе, как обходился без Ларисы раньше.
Стоило ей отлучиться по делам в Москву, как он буквально физически заболевал. Директору картины Тамаре Огородниковой приходилось тут же просить ассистентку вернуться, ибо съёмки без неё попросту останавливались.
Лариса же очень быстро осознала свою необходимость для режиссёра и лишь повышала свою значимость в его глазах.
Когда он находился с женой в ресторане, она могла появиться в зале в окружении мужчин и наслаждаться тем, как возлюбленный сгорает от ревности. И он всё же ушёл от своей первой жены.
Спустя четыре года после окончания съёмок «Андрея Рублёва» Лариса Кизилова стала женой Андрея Тарковского.
Разные люди
Они было невероятно разными даже внешне, а уж вкусами и манерами отличались кардинально. Тарковский был интеллигентен и сдержан, Кизилова – эмоциональна, напориста и очень активна.
Их все считали не парой, удивлялись, режиссёру отчасти сочувствовали, его супругу откровенно не любили.
Всем казалось, что она нисколько не соответствует статусу жены режиссёра. Она была родом из рязанской деревни и так и не смогла, как ни старалась, стать светской львицей.
Но прекрасная жена гения из неё получилась. Он же откровенно говорил: «Не будь Ларочки, меня давно бы уже не было».
Супруга освободила Андрея Тарковского от любых бытовых забот и проблем, чтобы он мог спокойно заниматься творчеством.
Она стала настоящей хранительницей его семейного очага, устроительницей всех дел, администратором, помощником и матерью его сына Андрея.
В любом месте, где бы ни жили Тарковские, царили чистота, уют и тепло. Приятели Тарковского усматривали в этом признаки мещанства и пошлости, но при этом не отказывались от вкуснейших ароматных пирогов, которыми потчевала Лариса.
Тарковский восхищался той жертвенностью, с которой она ему служила. Он даже говорил с изумлением своим знакомым о том, что Лариса запросто может ради него убить. Эта её способность принесть в жертву мужу всё буквально завораживала Тарковского.
Правда, вовсе не мешая при этом увлекаться другими женщинами и изменять той, без которой он не мог жить. Она же знала обо всех его пассиях и даже встречалась с ними.
Наталье Бондарчук, с которой у Андрея Тарковского разгорелся роман во время съёмок «Соляриса», она рассказала, сколь сложен режиссёр в обычной жизни, как непрост его характер. И юная девочка вряд ли сможет это всё вынести.
Впрочем, не забыла Лариса упомянуть и о своей подруге, которой сама лично дала денег, чтобы та избавилась от беременности. Ребёнка она ждала, разумеется, от Тарковского.
Сильнее бедствия земного
Несмотря на диаметральную противоположность во взглядах, вкусах и характерах, их союз оказался, вопреки всем прогнозам, нерушим. Благодаря Ларисе.
Она смогла создать Тарковскому такие условия, что ему просто не хотелось никуда уходить. Увлечься – да, уйти – нет.
Там, во внешнем мире, были трудные съёмки, недопонимание руководства или конфликты с чиновниками. Но дома его просто боготворили.
Жена буквально окутывала его своей любовью и заботой, создавая у мужа иллюзию полной защищенности от внешнего мира. Впрочем, это было недалеко от истины. Она готова была защищать его при любых обстоятельствах.
Вот только от страшной болезни защитить уже не смогла. Андрей Тарковский скончался от онкологического заболевания в декабре 1986, Лариса Тарковская пережила мужа на одиннадцать лет и упокоилась рядом с ним на русском кладбище Сент-Женевьев-де-Буа под Парижем.
Людми́ла Алексе́евна Чурсина́ — советская и российская актриса; народная артистка СССР, лауреат Государственной премии РСФСР имени братьев Васильевых. Википедия Родилась: 20 июля 1941 г. (80 лет), Душанбе, СССР
Сегодня, 20 июля, народная артистка СССР Людмила Чурсина отмечает юбилей! Ей исполняется 80 лет!
Народную артистку СССР Людмилу Чурсину называют одной из самых красивых актрис ХХ века, при этом она никогда не использовала свою красоту как средство достижения целей.
Гордость и свободолюбие не позволяли соглашаться на сделки с собственной совестью. Она отказалась от съемок в Голливуде и ушла от сына генсека Юрия Андропова.
Хотя и сегодня Чурсина продолжает сниматься в кино и остается успешной актрисой, она ездит в метро и живет в однокомнатной квартире, о чем говорит без стеснения.
Людмила Алексеевна всегда была очень востребована. Красивая и сильная женщина в кадре и такая же волевая в жизни.
В ее карьере были образы самых разных героинь, даже девушка легкого поведения ( фильм «Два билета на дневной сеанс»), а как-то раз ей поступило предложение о съемках в Голливуде, но Чурсина его отклонила.
В личной жизни актрисы бушевали цунами. Первый муж ее был алкоголиком, который чуть не довел ее до самоубийства. И следующие два брака тоже не принесли ей счастья. В итоге актриса пришла к тому, что жить лучше в одиночестве, чем испытывать постоянные любовные терзания.
Людмила Алексеевна родилась в суровое время — 20 июля, 1941 года, в медсанбате Псковской области, во время эвакуации ее мамы в Ленинабад. Беженцы по ошибке прибыли в Сталинабад (столица Таджикистана) и пробыли там до конца войны.
После победы семья переехала сначала в Грузию, потом на Камчатку, дальше на Чукотку и потом в Великие Луки. Отец Чурсиной был военным, поэтому переездов было так много.
По окончании школы (с золотой медалью), Чурсина поехала поступать в МАИ, но, как она сама признается, «за компанию со школьной подругой» взяла и поступила в театральной училище им. Б. Щукина.
«Я любила предметы серьезные, собиралась или самолеты строить, или на мостике корабля стоять. Мечтала о чем-то крупном. Сама была длинная, нескладная, по моему ощущению — некрасивая, даже стыдилась смотреться в зеркало.
Однажды попробовала сыграть в школьном драмкружке какую-то роль — напутала текст… До экзаменов в авиационный я со своей подругой, очень красивой девочкой, отправилась по столичным театральным вузам.
У меня никого в Москве не было, и мы остановились с ней у знакомых ее знакомых в огромной коммуналке на Арбате, где в одной комнате жила семья из пяти человек, куда еще и мы вдвоем поселились.
Поехали во ВГИК, в ГИТИС.
Я быстро выучила басню, «Девушку и смерть» Горького… Как это обычно бывает, я без всяких расчетов на актерскую карьеру, не дрожа на экзаменах, поступила, а она нет.
Но поступила я в Щукинское училище, оно считалось лучшей театральной школой. Чисто периферийная девочка. Вечно холодные руки.
Потом у меня сохранялся кавказский акцент. Мне поставили условие — или-или, к третьему курсу я исправилась. Окончила институт с красным дипломом».
И уже в 1963 году она начала служить в театре им. Е.Б. Вахтангова.
Дебют актрисы на экране состоялся в 1961 году, она сыграла швею в фильме «Две жизни». И после того, как лента вышла на экраны на Людмилу Алексеевну свалилась популярность.
Она сыграла в фильмах, которые занимают важное место в истории советского кинематографа: «Журавушка», «Олеся», «Туманность Андромеды», «Любовь Яровая», «Виринея», «Щит и меч», «Адъютант его превосходительства».
По сей день ее Анфиса Козырева в «Угрюм-реке» считается самой лучшей в карьере актрисы. В ее кинокарьере больше ста ролей и режиссеры ее любили.
Актриса была замужем трижды.
Людмила Алексеевна очень красивая и харизматичная женщина. Такой всегда и была. Еще во время учебы в «Щуке» ею сильно увлекся Владимир Этуш, который там преподавал. Причем настолько сильно, что собирался уйти из семьи, но тут вмешалось руководство учебного заведения, дав ему выбор: либо работа, либо отношения со студенткой. Актер выбрал семью и профессию и позже признавался, что ему стыдно, однако не жалеет о романе с Чурсиной.
Владимир Фетин
С 1964 года по 1981 она жила с режиссером Владимиром Фетиным, который подарил нам «Полосатый рейс». Людмила Алексеевна, ради мужа ушла из театра и уехала в Ленинград. Это был вопиющий случай, когда успешная и перспективная актриса уезжает из Москвы, но любовь…
Но в их жизни было не все так безоблачно, как хотелось бы. Фетин пил. Как только Чурсина уезжала на съемки он полностью выпадал из жизни в запои, что мешало ему заниматься творчеством.
Людмила Алексеевна 13 лет боролась за мужа, уходила от него, даже пробовала выпивать вместе с ним, но ничего не помогло. Ее внутренний ресурс закончился, она пыталась покончить с собой от отчаяния, но все обошлось.
Владимир Залитис
Второй раз она вышла замуж за ученого-океанолога Владимира Залитиса. О нем актриса вспоминает, как об очень отзывчивом и добром человеке. Он не пил, в отличие от первого мужа, встречал Чурсину в аэропорту.
Но как только спал флер первой влюбленности, стало понятно, что у них практически нет точек соприкосновения, актриса стала часто уезжать на съемки.
Она винит себя в таком скором разводе — через два года.
Игорь Андропов
Но и следующий брак Людмилы Алексеевны тоже был недолгим. С 1987 года по 1991 года актриса была замужем за сыном Юрия Андропова, дипломатом Игорем Андроповым.
С ним она познакомилась в гостях у друзей. Когда они повстречались, они были уже достаточно взрослыми, состоявшимися людьми, со своими привычками и образом жизни.
Это стало критичным, а еще добавились неуравновешенность и ревность, которыми Андропов изводил Чурсину. И… он тоже пил. От третьего мужа Людмила Алексеевна уходила целых 13 раз.
Ни в одном из браков у актрисы не было детей. «Я была далеко не та балованная успехами дама. Так складывалось, что я всегда тормошила своих мужей, которых надо было кормить, организовывать, направлять, защищать с ними кандидатские, и на это уходила значительная часть моей жизни.
Никто из них троих не мог заняться даже обменом квартиры. Все мои браки распадались из-за отсутствия надежности и любви.
Я всегда уходила первой, потому что, когда муж и жена живут в одном доме, но при этом чужды друг другу, — не для меня».
Говоря об актерской профессии Людмила Алексеевна замечает: «Я не поклоняюсь ей, хотя знаю многих актрис, ею одержимых. Они ради роли через многое могут переступить. Мне подобное не дано. У меня есть свой внутренний кодекс — и женский, и профессиональный, и человеческий. Я никогда не умела, придя на первое свидание с режиссером, подыгрывать ему «в эту роль».
И часто от этого страдала. Меня миновали женские страхи после 40, ох, ах, это надо уже подтягивать, это откалывать, это наполнять.
Страх приходит редко, но приходит и не по поводу лишней морщины, а скорее страх не скукожиться внутри. Я не скрываю свой возраст. Мне моя подруга с завистью говорила: «У тебя такая удобная цифра в паспорте, так легко переделать на семерку». Но это моя жизнь, где каждая секунда и минута прожиты мною и дороги мне».
Сегодня Людмила Алексеевна отметит 80-летие.
И даже в столь почтенном возрасте она продолжает сниматься в кино. Увлекается вышивкой и рисованием и много курит. Признается, что это ее личная слабость, что она никак не может бросить.
И делает осознанный выбор в пользу одиночества. Она уверена, что лучше жить одной, чем притворяться с чужим по духу человеком.
Но она не одна, у нее есть племянник и две внучатые племянницы. «Это для меня смысл жизни, это меня держит, помимо ролей и театра. Потому отвлекаться и постоянно рассматривать, к кому бы прилепиться, это не для меня» — говорит актриса.
Людмила Алексеевна ни о чем не жалеет, она знает, что её жизнь, пусть и полная трудностей — это подарок судьбы.
Известно, что Людмила Алексеевна поддерживает тесную связь со своей родной сестрой, а к ее сыну и внукам относится, как к родным.
Актриса трудится и сегодня, больше внимания уделяет театру, но ее популярность в кинолентах также не стоит недооценивать. Последними известными сериалами с ее участием стали «Интерны», «Маргоша», «Дом на английской набережной».
Гордая, талантливая, достойная и невероятно красивая в любом возрасте — настоящая женщина.
Из сети
«ЖИЗНЬ УЖЕ НЕ ТЕЧЕТ, А УБЕГАЕТ». МОНОЛОГ АКТРИСЫ ЛЮДМИЛЫ ЧУРСИНОЙ О СЧАСТЬЕ.
Она сыграла сотни ролей в театре и кино, многие из которых стали классикой и растащены на цитаты. Классическая до боли судьба большой актрисы — когда за миг славы и любовь миллионов платится самым главным. Счастьем материнства и одиночеством.
«Я родилась в рубашке»
Знаете, я имею право сказать, что родилась в рубашке. Я появилась на свет в первый месяц войны, мама меня рожала в поле во время бомбежки. Хотя в документах написано место моего рождения Душанбе, но мама туда не доехала, а меня родила по дороге. Так вот родилась под бомбами и живу до сих пор. Разве не чудо? Мой папа был военный, и мы проехали много мест, Родина его посылала в разные края и краины. Я ходила в школу в Тбилиси, хорошо говорила на грузинском языке. До сих пор обожаю грузинские песни.
Артисткой стать и не мечтала. Я была девушка серьезная и видела себя где-то в точных науках. Была жутко высокая, нескладная, с дикими комплексами. Тогда каноны советской красоты были иные: маленькие, сбитые бабенки, из серии «кровь с молоком». А у меня рост 178 см. Это мне казалось ужасом. Я постоянно сутулилась, ходила едва ли не в комнатных тапочках. Но характер всегда был.
Бог наградил меня шикарными ролями. Сегодня я понимаю, что это самое настоящее актерское счастье сыграть Любовь Яровую, Анфису Козыреву в картине «Угрюм-река», колдунью Олесю по дивной повести Куприна. Тысячи актрис мечтают об этом, а мне все судьба сама дала.
Без счастья материнства
Хотя за это я заплатила очень большую цену, профессия перешибла счастье материнства. Большей роли, чем мать, для женщины природа не определила. Я всегда радуюсь за актрис, которые рожают детей. Оля Кабо родила второго ребенка, уже будучи взрослой женщиной, я ей позвонила и сказала: «Олечка, это твоя самая блестящая роль, роль матери». А у меня, скажем так, не сложилось, но мне Господь всегда давал людей, о которых нужно было заботиться, потому у меня не было ощущения внутренней незаполненности. Мне всегда легче отдавать, чем брать, я обожаю дарить, и так дарить, чтобы меня в ответ ничем не одаривали. Потому что за жизнь столько накоплено барахла, что не знаешь, куда все это девать.
Трудно ли красивой женщине достойно прожить жизнь в искусстве? Говорю без всякого кокетства: я себя таковой никогда не считала. Знала, что не уродина, но о красоте не думала никогда. Романов на съемках почти никогда не было. Мне это безумно мешало в работе. Влюбиться могла легко, была влюбчивая, потом жизнь жесткой рукой сняла с меня розовые очки, но я не жалею, что они у меня были. Видела человека, что-то достраивала в нем недостающее, потом часто эти замки рушились. Но это все обогащало меня.
Недавно была на Московском кинофестивале — это уже не мой праздник, я там больше половины народа не знаю. Столько молодых и хорошеньких: у всех декольте, спины, талии, волосы. Все на показ, все на продажу. Я подумала, поставь их рядом и через пять минут не поймешь, кто есть кто. Все вешалки. Индивидуальностей нет, личностей нет. Что-то существенно важное вырождается в нас. Красота — это не носик, ротик, оборотик. Поэт Николай Заболоцкий очень точно сказал: «А что такое красота, сосуд в котором пустота, или огонь, мерцающий в сосуде?». Если в человеке есть мерцающий свет или огонь, то он обязательно будет красив и притягателен. Возьмите Инну Чурикову, ее красавицей назвать нельзя. Но в ней такой костер внутри горит, что глаз от нее оторвать невозможно. Потому она и Инна Чурикова.
Любовь? Это не просто физика и желание, это гораздо более глубокое и бесконечное состояние и пространство. Хотя по молодости гормон кипел, а вместе с ним и страсть бурлила. Когда разводилась с первым мужем режиссером Александром Фетиным, на полном серьезе хотела утопиться, на мое счастье, мои метания на одном из ленинградских мостов заметил проходящий мимо мужчина, сгреб меня в охапку и привез домой.
Самая сильная любовь — это любовь к земле, где покоятся твои предки, где ты родился. Почему эмиграция часто материально обеспеченная, но безмерно тоскливая? Эмигранты теряют главное — корни. Я никогда не пыталась изобразить не свою нишу, есть определенная энергетическая ментальность, в которой я родилась и выросла. Целые поколения вырабатывали именно мою генетику, как я могу все предать?
Мои родители большую часть жизни прожили в Великих Луках. Мама была младше папы на 7 лет и пережила его на эти самые 7 лет. Оба ушли из жизни в 91 год. Я старалась о них заботиться, постоянные сиделки, лекарства, несколько телефонных звонков в день. Как только освобождались два дня, тут же ехала в Великие Луки. Вначале в том поезде были только плацкартные вагоны, потом появилось два купейных, это был уже комфорт, граничащий с роскошью. Поезд приходил в 6 утра, папа, пока были силы, приходил меня встречать на вокзал. Господи, какое это было счастье — приезжать к тем елям, которые выросли в два раза, как сладко было на душе приезжать в отчий дом. После смерти мамы наступило безумное сиротство и одиночество, и не важно, сколько мне лет, сколько я мотаюсь по стране и сколько людей улыбается мне за день. Но чувство тотального внутреннего одиночества просто подъедает.
Господь немного нарушил порядок в нашей семье. У меня была младшая сестра, Эвелина, на 10 лет моложе меня. Она ушла на 3 месяца раньше мамы. Я сразу не могла маме сказать, что Лины больше нет, звонила, говорила, что она лежит в больнице. После похорон поехала к маме, зашла в дом, и в голове у меня роились десятки сценариев, как ей все это сказать. Только начала что-то говорить, мама тут же перебила меня. «Я знаю, она умерла». Я онемела. Вот что значит материнское сердце.
Про комплименты и бриллианты
Как сегодня живу? Да по-разному: бывает на разрыв аорты, бывает и застой венозный. Хороша середина, хочется замечать, как цветет сирень и как отцветает жасмин. Хочется по росе босиком пройтись, но не получается. Последний раз такая роскошь у меня была года два назад. Чаще живу в самолетах и поездах и не вижу, как отцветают саранки — и это все печалит. В моем возрасте жизнь уже не просто течет, а убегает. Хочется очень бережно к ней относиться.
Роли в кино? Они все одинаковы, как дети в многодетной семье, но есть роль первая, с которой все и начиналось. Это шолоховская Дарья в «Донской повести». Она подарила мне первую награду на международном фестивале. А работа с таким потрясающим актером, как Евгений Леонов, это же стоит очень дорогого! Его как мужчину заботило, что я выше ростом, и ему в кадре подставляли скамеечку. Однажды он мне отомстил: выхожу на съемку, вижу, рабочие роют яму на том месте, где я должна стоять. Спрашиваю: «Что вы делаете?». «Нам Леонов поручил», — отвечают. Евгений Павлович вышел и говорит: «Вот глубже ройте, ее туда поставим, не все время мне на скамейках стоять». Я встала в яму, и он стал даже чуть выше меня ростом, и по-моему, был доволен. Он замечательный был партнер, чуткий до неимоверности.
Голливуд? Приглашали меня туда на трехгодичный контракт. Позвали в Госкино, сказали, что пришло приглашение оттуда и полушепотом добавили: «Ну вы же понимаете, что это невозможно, вот если был бы совместный фильм, тогда можно было бы подумать, а так нет. Вдруг это антисоветчина, провокация какая-нибудь, вас заставят раздеться в кадре?» А я про себя думаю, я уже вроде и раздевалась немножко. Тогда был очень яркий период жизни, множество съемок. Работы просто через край, я об этом быстро забыла и сейчас не жалею.
Народную артистку СССР я получила в 41 год. Это для меня была полная неожиданность. Помню, Игорь Дмитриев мне выразительно прочитал в газете указ Президиума Верховного Совета СССР. Я расхохоталась, подумав, что это его очередная шутка. И сегодня этого звания не стесняюсь. Почему я должна стесняться? Это была большая и неплохая страна, я снималась во многих ее уголках. Знаете, не отрекаются любя. Хотя главное не звание, а когда имя становится фамилией. Как пример — Моцарт. Какие звания еще нужны?
Ужас от комплиментов
Мои близкие все ушли, а вот меня Бог для чего-то держит. Но мне есть ради кого жить, у меня есть племянник Леша. У него двое дочерей, старшая — инвалид-колясочник. Ножки не ходят, ручки не работают, но слава Богу, она интеллектуально благополучная. Одна девчонка ей говорит: «А что ты не ходишь?». Настя наша очень деликатная, она как-то все вымученно улыбалась, а потом не выдержала и говорит: «Мать меня такой родила!» Душа за нее болит, в день своего юбилея я буду с ними.
Сидеть на сцене, заваленной цветами, и слушать словословия в свой адрес совсем не хочется. Я ненавижу комплименты, когда их слышу, у меня лопатки на спине завязываются в тугой узел. Знаете, бриллианты хороши не в куче, а когда они в единственном числе. Это в полной мере относится и к комплиментам. Кстати, я совершенно равнодушна к бриллиантам. Была в Якутии, на фабрике, где алмазы превращают в бриллианты. Завели меня в небольшую комнату, там стояли алюминиевые кастрюльки, в которых хранились бриллианты. Мне дали в руки полную кастрюлю с бриллиантами и разрешили в них запустить кисть руки. Верите, никаких эмоций. Ну, не прилипают ко мне бриллианты, меха и прочая роскошь. У меня в далекой молодости были единственные серьги с бриллиантами, но у меня такая подвижность рук, что я нечаянно вырвала серьги из ушей и больше никогда их туда не вдевала.
Комплименты лучше делать за спиной, но у нас принято за спиной осуждать. Так слаще. Я знаю цену многим, часто было разочарование, когда ты нужен — тебя используют. Не скажу, что это больно, но неприятно. Я запрещаю себе на это обижаться. Прощаю всех и желаю здоровья, богатства и новых ролей. Не прощать — собственному здоровью вредить.
Часто бывает, что у человека цветной слух и абсолютная глухота души. У меня был спектакль, в котором я меняла 11 костюмов. Были коллеги, которые подходили после спектакля: «Ах, какие роскошные у тебя костюмы». Я вежливо отвечала: «Спасибо» и наглухо закрывала дверь гримерной.
Честно могу сказать, смотря на игру Риты Тереховой, что я бы так не смогла никогда в жизни. Мои комплексы и сомнения всегда со мной, я никогда не скажу про чужую работу, что она дерьмо.
Ревность Андропова
Игорь Андропов — мой третий муж. Он был человеком очень закрытым, очень раненный всей ситуацией с отцом. Когда после смерти Юрия Владимировича все друзья стали отпадать как насосавшиеся пиявки… Вроде бы банальная история, ты часто нужен ровно настолько, насколько можешь пригодиться, но он не мог это достойно пережить. Игорь был очень умным и образованным, писал замечательные стихи. Но он был не очень здоров физически. Мы с ним одногодки, он Лев по гороскопу, а я Рак, и было все непросто. У него была одна русская беда — алкоголизм.
Мы встретились, будучи сложившимися, взрослыми людьми, каждый со своими душевными царапинами, и пазлы наших характеров не во всем совпадали. 7 лет я пыталась бороться за наш союз, но все равно его комплексы и чувство ревности принимали болезненные масштабы, которым я не могла противостоять. Я даже готова была бросить профессию, чтобы ехать с ним, когда его направляли послом в одну из стран. Чтобы утешить его самолюбие, на афишах стала писать двойную фамилию Чурсина-Андропова. Потом поняла, что это слишком длинно, и осталась на своей девичьей фамилии. У каждой терпелки есть свой конец.
От всех своих мужей я уходила сама, и уходила не на пустом месте. Каждое решение об уходе вызревало мучительно трудно и долго. Если мужчина достаточно адекватен и умеет разложить причинно-следственные связи, то он сумеет все понять и простить. Когда уходила, у меня было ощущение, что как-то все образуется. Мыкалась, снимала углы, жила у черта на куличках, потом все как-то приходило в норму. Большинство своих фотографий я уничтожила, мелко-мелко изрезала и отдала приятельнице, она их сожгла. Наши фотографии никому кроме нас не нужны. Правда, одна поклонница собрала целые альбомы моих фотографий, у меня рука не поднялась сжигать, и я сдала их в театр.
Когда мы с Игорем Андроповым разбирали квартиру после смерти его матери Татьяны Филипповны, то ее сосед, один очень известный литератор, попросил книжные полки. Сказал, что у него очень много книг, а полки у Андроповых были большие и удобные. Игорь пообещал ему эти полки, но попросил подождать несколько дней, нужно было решить кое-какие дела. Потом он заболел, а литератору очень хотелось заполучить эти стеллажи, и он уговорил бывшего охранника семьи Андроповых открыть квартиру. Спустя несколько дней, когда мы вошли в квартиру, то увидели жуткую картину, весь пол был завален семейными фотографиями Андроповых, на многих из них были следы от сапог. Посторонние люди топтались по чужой памяти. Вот ровно в ту минуту я поняла, что наши фотографии кроме нас никому не нужны и не интересны.
Я озабочена, как мне лучше написать завещание, где упокоить мое продолговатое туловище? Вот когда я буду писать такое завещание, то обязательно укажу одного человека, которому запрещу приходить на собственные похороны. Лицемерие этой дамы я услышу даже лежа в гробу. И перевернусь.
На Новодевичьем кладбище не хочу лежать, на Ваганьковском тоже. Суетно там. Хотелось бы с родителями рядом упокоиться. Боже сохрани, чтобы у моего гроба звучали какие-то речи, это же все ненужная смесь пафоса и вранья. Кто любит, тот будет горевать молча, а оттого еще и более искренне. Мне хочется, чтобы о моей смерти знали только близкие. Но догадываюсь, что ваш брат журналист все разнесет. Этому я противостоять не смогу, но воля отошедшей была именно такая. Тихо и непублично. (Грустно улыбается.)
Когда меня спрашивают, с кем я живу, всегда отвечаю, что последние 19 лет я живу с хронической обструктивной болезнью легких и царем ветров Эолом. В моей однокомнатной квартире нарушена вентиляция и постоянно воет ветер в вентиляционных решетках.
Болезнь легких — моя расплата за более чем полувековое курение. Это моя самая большая слабость в жизни, никак не могу избавиться от этой пагубной привычки.
Квартира у меня небольшая, но зато ее легко убирать, все равно большую часть жизни провожу в разъездах и на кухне. Я жила и в 5-комнатных квартирах, поверьте, счастье измеряется не количеством комнат. У меня нет машины, езжу на метро и много хожу пешком. Обычно лечу, но иногда иду тихо и всматриваюсь в эту жизнь и в людей. В метро, если тебе начнут отрезать голову, никто и не заметит, все сидят, уткнув носы в айфоны и айпады. Хотя бывает, подходят и говорят: «Спасибо вам». Скрывать не буду, приятно. Не зря, значит, я эту землю топчу.
Как-то с Николаем Николаевичем Дроздовым мы вели один вип-концерт. В зрительном зале сидели дамы с голландскими букетиками фиалок, роскошь неимоверная, много политиков, депутатов. Но думаю, я не только ведущая, но и артистка в конце концов! Беру в руки микрофон и начинаю: «Советники мои воруют, роскошь непомерную себе позволяют, народ нищ и пьян. Вновь назначенный молодой человек накрал за 3 месяца столько, сколько его предшественник за 5 лет». Слышу, по залу нервный шепот: «О ком это она?». Я закончила и говорю: «Дамы и господа, вам был предложен монолог Екатерины II из спектакля «Императрица». Монолог основан на исторических документах и письмах царицы». По залу прошел вздох облегчения.
Узлы последние
Чего еще хочется от жизни? Хочу, чтобы она не разбила то, что я созидала, боюсь, чтобы время не разрушило память. Как больно было видеть, когда Людмила Ивановна Касаткина или Нина Афанасьевна Сазонова на сцене начинали забывать текст, каким ужасом и беспомощностью наполнялись их глаза. Если со мной такое случится, на второй день уйду из театра. Категорически нельзя быть смешной и жалкой. Категорически!
У возраста есть свои издержки, но главное, что я вижу, хожу и мыслю. Хотя тело требует иногда починок, но самое важное — чтобы душа не скукожилась. Поверьте, последние узлы развязываются очень просто. Жизнь же штука гормональная, как только гейзеры в жилах начинают утихать, тогда и начинается настоящее творчество. Все уже испытано: душа, тело, каждая его клетка все помнит. Когда кипяток в крови пригасает, то приходит больше серьеза, глубины и сосредоточенности. Ведь ум, породу, достоинство не перешибешь ничем. В том числе и возрастом.
-И что нам теперь с ней делать? Был бы отец, воспитывал бы по-тихоньку, так где ж его счас взять. Любка до последнего не призналась от кого понесла — рассуждала Марья, старшая сестра Любы.
За столом сидела немногочисленная родня. Тетка Марья с мужем, да дядя Саша младший брат с женой. Повод собраться был печальным, мамы Даши сороковины.
Сама Даша сидела в углу с куклой и исподлобья смотрела на родственников. Она не хотела ни к тете, ни к дяде. Она хотела бы, чтобы сейчас пришла мама и всех выгнала.
Она тихонько всхлипнула, вспомнив мать. Как она в последний раз ее видела. Мама лежа на носилках, поцеловала Дашу и сказала
— Слушайся тетю, а я скоро приеду — А потом была чужая тетя, которая лежала в деревянном ящике, посреди избы.
— Поцелуй мать — толкала ее тетка Марья, а Даша не могла. Она боялась, этой неподвижной фигуры.
-Сашка, может ты ее к себе возьмешь? А то у меня семеро по лавкам, не знаю как прокормить. А у тебя и условия получше, чем у меня. И дочка твоя Светка, на год помладше Дашки, пусть вместе растут — тетка повернулась к брату.
— Я не знаю — протянул он и покосился на жену. Та поправила платье и не глядя на Марью, сказала
— Мало ли что у нас там получше. Мы копейки считаем. А ты ж, Марья, ей тетка родная, тебе и карты в руки.
У нас к тому же Светочка постоянно болеет. Нет и разговоров быть не может, не справлюсь с двоими — Марья поджала губы
— Так Сашка тоже ей не чужой. И что теперь делать? В дет. дом отдать, народ осудит и к себе забрать, лишний рот
— Долго они еще сидели и спорили, Даша даже уснула. Проснулась от толчка. Над ней стояла тетка
— Ну собирайся, сиротка, к нам пойдешь жить — и оглянулась на брата. Потом громко, чтобы слышали, запричитала
— Ни кому ты кроме тетки не нужна оказалась. Вон дядька то твой, подкаблучник, жену слушает — Дядина жена фыркнула
— Ты на своего посмотри. Ему уже орден полагается, за жизнь с тобой
— Тетка возмущенно на кинулась на нее, поднялся гвалт, шум. Даша не сдержалась и закричала
— Никуда не пойду, дома останусь
— Получив затрещину от тетки, заплакала и стала одеваться.
Жизнь у тетки была не мед. Мало того, что старшие обижали, так и тетка прикладывалась. Даша носила вещи за своими сестрами двоюродными. Но они от длительной носки, рвались и расходились по швам. За это тоже попадало.
Даша больше всего лето любила. Марья ее посылала корову с теленком пасти. Там она отдыхала и от родственников своих и бесконечных домашних работ.
И вот в один из дней, она сидела на полянке и читала книжку.
— Девочка, а до деревни, как пройти? — вдруг услышала она. Она задрала голову. Высокий и одетый по городскому мужчина, по доброму ей улыбался.
— А вы, дяденька, вон той тропкой идите, за поворотом, как раз деревня и будет — вскочила девочка.
Он потрепал ее по голове и дал конфетку
— Спасибо, малышка — И пошел широко шагая, с чемоданом в руке.
Через час за ней прибежал ее старший брат
— Дашка, айда домой, мамка зовет. Там твой папка приехал -закричал он.
Даша вскочила и бросилась бежать. «Только бы дождался, только бы не ушел» билась в голове одна мысль. Притормозила только у крыльца, поправила волосы и отдышалась.
Тихонько затворив за собой дверь, она остановилась на пороге.
— А вот и Дашенька пришла. Иди сюда, дочка — сладким голоском, позвала Марья Дашу. Девочка подошла и ахнула, за столом сидел, тот самый дяденька, который у нее дорогу спрашивал.
— Ну, здравствуй — голос его задрожал -доченька — и протянул ей руки.
— Здравствуйте — робко сказала она и спряталась за тетку.
— Меня Степаном зовут . Ты можешь папой Степой звать — опустил он руки.
— Вот такая она у нас дикая — развела Марья руками.
— Ничего, привыкнет — улыбнулся тот. Уже ночью, сквозь сон, Даша услышала, разговор тетки с отцом.
— Так я, Марья, звал ее с собой на Север. А она уперлась, не поеду и все. Тут у меня дом, а там, что вагончик? Ну и уехал один. Она мне написала про дочку, я не смог сразу вырваться .
Вот недавно квартиру получил и решил за Любой и дочерью приехать . Не думал, что не увижу ее больше. Я так думаю, заберу хоть Дашу с собой. Все же родная она мне. Как думаешь, Марья?
— Тетка отвечала — И правильно, Степа. Может хоть она мир увидит, не то что мы с Любкой. И родились здесь и на погосте тоже вместе лежать будем
— Многого Даша, уже не слышала, она спала и улыбалась во сне. Ей снился большой город, по которому ходят олени и медведи. И большая и сильная рука, крепко держит ее за руку. А в свободной держит шарик и смеется.
— Через много лет, в деревню приехала женщина с ребенком. Они зашли в магазин, а потом пошли на погост.
— Вот тут твоя бабушка Люба лежит. Мне было столько лет как и тебе сейчас, когда ее не стало. Положи цветочки, детка
— И маленькая Люба, осторожно положила букет роз на холмик.
