В России 31 мая начинают сдавать Единые госэкзамены (ЕГЭ), необходимые для поступления в вузы.
У этой системы есть много противников, которые считают, например, что во время подготовки к ЕГЭ школьников только натаскивают на решение тестов, а объективной оценки знаний в таком случае нет.
Нужно ли вернуться к прежней системе устных экзаменов, в чем плюсы и минусы ЕГЭ — всё это волнует общественность, об этом и порассуждаю.
Согласно недавнему опросу портала SuperJob, 68% россиян негативно относятся к ЕГЭ. К этому мнению, к слову, присоединился и вице-спикер Госдумы Петр Толстой. Он назвал ЕГЭ «насилием над детьми». Услышав про вице-спикера Толстого, сразу хочется ответить словами [Иосифа] Бродского про [Евгения] Евтушенко: «Если он против, то я — за». Но не хочу выглядеть снобом.
Откуда эти 68% россиян, которые негативно оценивают ЕГЭ? Я могу понять, что у них дети, которые сдают экзамен, который им не нравится.
Только пусть эти родители тогда вспомнят, как мы сами в свое время сдавали устные экзамены и подумают, насколько они были более травматичны, чем ЕГЭ.
Пусть даже это был не выпускной экзамен, а всего лишь внутренний, после девятого класса. Я видела, как на него приходили совершенно уверенные в себе, раскованные ребята и как они менялись в корне на экзамене. Буквально тряслись от ужаса.
Экзамен на аттестат зрелости (сочинение) в 11 классе проводился в стенах родной школы (писали 6 часов). Не секрет, что учителя помогали. Сегодня же в написании сочинения ЕГЭ. надеяться нужно только на свои знания.
Знаю совершенно потрясающие истории, как легко валили на устном вступительном экзамене в вузе. Ведь там ребенок оказывался один против двух-трех взрослых тетенек или дяденек, которые что угодно могли с ним сделать: прожевать до косточек и выплюнуть.
ЕГЭ многое изменило в этом плане. Во-первых, письменный экзамен более объективный. Хотя бы потому, что его можно апеллировать. Это не то, что ты устно сказал, и все — улетело. Есть текст, и его проверку можно оспорить.
Во-вторых, у тебя на экзамене будет несколько часов, можно сосредоточиться и подумать. Конечно, ты испытываешь при этом стресс.
Но это не то же самое, когда перед тобой сидят люди, которые всем видом дают понять, что ждут, когда ты уже наконец пойдешь отвечать.
Конечно, система ЕГЭ в таком виде, в каком она существует сегодня, далеко не идеальна, у нее есть много недостатков.
Есть еще какие-то успешные примеры в мире других экзаменационных систем? Я не знаю успешные примеры других экзаменационых систем, которые сегодня смогут заменить ЕГЭ.
И никто в мире еще не придумал системы, при которой можно было бы вообще обойтись без экзаменов.
Было бы здорово, если бы в любой вуз записывали бы совсем без экзаменов. Только на этом пути возникает масса практических вопросов, решить которые пока невозможно.
Поэтому в большинстве стран, насколько я понимаю, в той или иной мере существуют такие же общегосударственные письменные экзамены.
ЕГЭ в России запустили в 2009 году, почему люди по-прежнему так негативно настроены к этой системе?
По моим ощущениям, отторжение ЕГЭ большей частью нашего общества происходит не потому, что дети что-то там такое говорят своим родителям. Дети никогда не бывают довольны экзаменами. Но когда ЕГЭ еще только вводили, то шла большая и очень нечестная кампания по дискредитации этой системы. Ее последствия мы ощущаем до сих пор.
У всех почему-то сложилось мнение, что ЕГЭ — это просто натаскивание на тест. Не берусь судить обо всех предметах, но по русскому языку и литературе, которые я преподаю, в ЕГЭ есть достаточно разумное сочетание тестов и вопросов с открытыми ответами.
Если ребенок написал только тестовую часть, то это минимум баллов. Основная часть баллов идет за вторую часть. Она совершенно иная, там уже работа с текстом, его анализ , проблемные вопросы, сочинение. Там надо думать и рассуждать.
Считаю, что не стоит заменять ЕГЭ на устный экзамен. Это будет гигантский шаг назад, в советское прошлое. Мне вообще кажется, что кампания против ЕГЭ была развязана в том числе вузами.
С началом ЕГЭ вузы лишились большой части своего влияния и, скажем честно, доходов, в том числе теневых.
Сегодня вузы перешли на подготовку к олимпиадам. Вузовские олимпиады дают широкие права при поступлении. И теперь появилось множество репетиторов, которые готовят детей уже к ним.
Как мне представляется, здесь тоже происходит много чего интересного. Да, школам участие в олимпиадах — плюс. Есть школы, где целенаправленно создают команды для участия в олимпиадах.
Но история со школьными олимпиадами превратилась в нечто подобное, что случилось раньше со спортивными. Когда Пьер де Кубертен их создавал, предполагалось, что любители будут заниматься физкультурой и произойдет гармоничное развитие человека. В итоге это все быстро превратилось в состязание профессионалов.
И все-таки проблема в «натаскивании на ЕГЭ» есть. Как только перестали учитывать средний бал по аттестату при поступлении в вуз, одиннадцатиклассники перестали учиться. Сейчас они все только готовятся к экзамену.
Произошло как бы расслоение школьной программы. Это, действительно, проблема нашей школы. Она хочет обучить наших детей всему, а это невозможно!
Нельзя забивать головы детей бесконечным количеством фактов и бесконечным количеством предметов.
Мне, например, нравится английская система, где до определенного возраста дети получают базу, а уже в старших классах выбирают специализацию и, соответственно, предметы, которые будут сдавать по окончании школы. И именно эти предметы они уже изучают досконально, чтобы пройти экзамены.
Только у нас сразу начинаются возражения вроде: «Он же литературу не будет учить?!» Хватит! Захочет — изучит. Или еще: «А если он в 15 лет ошибется с выбором?»
Послушайте, такое наше общее патерналистское поведение только мешает им. Через три года, в 18 лет, этим молодым людям уже можно получать водительские права, вступать в брак и голосовать.
Так, может быть, мы будем им доверять и в другом? Да, молодой человек может ошибиться и ему надо будет предпринять тогда дополнительные усилия, чтобы сдать еще что-то.
Но только так мы сможем детей научить ответственности. Дополнительные усилия — их плата за легкомысленность.
А у нас сейчас возможность выбора сведена к минимуму. Во всем. На мой взгляд, ВПР — это абсолютное бюрократическое явление. Как будто системе надо еще и так проверить, и вот эдак. Надо отменять!
Другое дело ОГЭ. Данная система имеет смысл там, где дети уходят из школы после девятого класса куда-то еще. С одной стороны, в Москве сейчас это мало кому нужно, с другой стороны, в регионах все иначе.
И наверное, это стоит уже как-то все подредактировать и усовершенствовать. Только надо четко представлять, куда дети идут после девятого класса, идут ли вообще и даем ли мы им там хорошее профессиональное образование?
На старте ЕГЭ проговаривалось, что новая система облегчит поступление талантливых подростков, особенно из глубинки, в вузы. Прошло время и, как кажется, вузы снова начинают все чаще практиковать систему внутренних вступительных экзаменов, например, в форме собеседований.
Это возмутительно. Помню, несколько лет назад на семинаре учителей выступала педагог из какого-то малюсенького городка. Она говорила, что у них все мечтают вырваться оттуда и ее ученики готовятся к ЕГЭ не разгибаясь.
Хочу сказать, что это и есть тот самый социальный лифт, который надо поддерживать. Хотя это, конечно, порой он вызывает снобистское отношение у преподавателей московских вузов.
Но мне все равно кажется, что если ребенок откуда-то из глубинки хорошо сдал ЕГЭ и попал хотя бы в областной центр, это большой шанс для него.
Из сети
