ТАК БУДЕТ НЕ ВСЕГДА… Все проходит – и плохое, и хорошее, Все кончается – и радость, и беда. Было важным, а сегодня – просто прошлое. Ты скажи себе – так будет не всегда.
День с дождем, и сильный ветер дышит холодом., Тучи низкие, с земли рукой подать. Но, отчаявшись, в пальто с поднятым воротом, Ты скажи себе — так будет не всегда.
От обиды в горле ком, и жить не хочется. От удачи не осталось и следа. В жизни точек нет, есть только многоточие. Ты скажи себе – так будет не всегда.
Утром в зеркало посмотришь — диво-дивное — Хороша собой, свежа и молода. Ни заботы, ни тревоги – жизнь счастливая. Ты скажи себе – так будет не всегда.
Опьяняет ароматом сад сиреневый, Теплой ночью в траву падает звезда. Счастье рыбкой золотою бьется в неводе, Ты скажи себе – так будет не всегда.
Лучше рыбку золотую в море выпусти, Пусть плывет себе неведомо куда. Счастью радуйся, а все печали выгрусти. Ты скажи себе – так будет не всегда.
Потому, что все проходит – это истина. Так мудрец изрек в далекие года. И когда смириться с чем-нибудь немыслимо, Ты скажи себе – так будет не всегда.
В нашем доме все ее знают. Она уже десятки лет живет здесь и я вижу ее на прогулках вначале с внуками, которые нынче почти мои ровесники, а теперь и с правнуками.
Все время бодрая, опрятная и как всегда с сумкой на левой руке, где я уверен, что есть все: от носового платка до зимних лыж.
Ее знают жители, как добрую и милую женщину, которая помогает более старшим и не сидит на лавочке у подъезда, перемывая кости всем туда входящим. Короче — бабка-огонь.
Хотя несколько лет назад помогал ее сыну тащить на носилках ее в карету «Скорой помощи», но огонь в ней не погас и выбравшись из больницы, баба Валя продолжает нести добро в своих внуков и правнуков, ну и в нас рядом присутствующих.
Не далее позавчерашнего дня, как обычно пробежав метров пятьсот для сброса жирка, сижу на лавочке и борюсь с отдышкой во всех ее злокозненных проявлениях. О дыхании и потливости умолчим.
Баба Валя выходит из подъезда и увидев меня спросила: — Помогает?
— Попытка не пытка! А Вы чего в такую рань, баба Валя?
— Да сейчас правнучку привезут. С ней сидеть некому. К подъезду подкатил серый «Шевроле» и с водительской двери выскочила, молодая рыжая девушка.
— Привет бабуль! — бросила она и кинулась к задней двери авто.
– Чего сидишь? Собирайся! Да вылазь ты быстрей! Видишь же, что я тороплюсь! Посидишь у бабушки до вечера, а вечером тебя другая бабуля заберет! (Как вежливый человек я привожу цензурированный текст)
Судя по разговору, я понял, что с проблемой: «Куда деть ребенка!» к бабе Вале нагрянула внучка. Рывком, вытянув из машины ребенка, несмотря на ее всхлипы и удар ногой об дверь, внучка стала выдавать бабе Вале ценные указания, как воспитывать ребенка!
Я никогда не видел так близко ураган! Баба Валя мгновенно подхватилась и понеслось.
Внучка сперва получила затрещину и от удара слегка присела. Потом вход пошла сумка. Ну а затем ставшая по стойке «смирно» внучка получила поток воспитания.
Я не успевал отслеживать список обвинений, но каждое обвинение заканчивалось приговором в виде телесного наказания.
Короче баба Валя применила несколько раз и «леща», и «поджопник», и намотав рыжие кудри внучки закончила: «Если ты еще хоть раз…»
В это время правнучка с легкой степенью обалдения смотрела на это кино и даже перестала всхлипывать. Баба Валя грозно посмотрела на внучку.
— Ты поняла, что если еще раз обидишь дочь и будешь мне указывать как кого воспитывать, я с тебя со свиристелки все перья поощипываю?
Внучка, слегка побитая и очевидно покрасневшая, «лупала» глазами.
-То-то, а то распустилась совсем. Деньги глаза застили. Пойдем, Наташенька! И баба Валя, развернувшись подхватила правнучку за руку, пошла к себе в подъезд.
Я смотрел на внучку, побитую и ошарашенную, и на фоне ее рыжих волос видел бабу Валю в молодости. Огонь!
-Помочь?- предложил я.
— Спасибо! Не надо. И прыгнув в машину, девушка укатила на авто.
Весь день с перерывами на обед и ужин наблюдал бабу Валю во дворе с правнучкой. Сперва они плели венки, затем они катались на качелях и играли в «догонялки», с вечным проигрышем бабы Вали и что-то друг другу все время рассказывали.
Никогда бы не подумал, что этот «Божий одуванчик» способен не только любить, но и «построить»…
Солдатка сделала для фронта больше, чем иной генерал..
Когда в Сивинское отделение госбанка зашла промерзшая до последней жилочки колхозница с холщевым мешком за плечами, никто из банковских служащих и подумать не мог, что он под завязку набит банкнотами.
Чуть отдышавшись, отогрев негнущиеся от холода пальцы, женщина развязала мешок и вывалила на стойку перевязанные суровой ниткой пачки денег.
– Вот, примите, пожалуйста, – тихо сказала она. – Здесь сто тысяч. Мне говорили, на самолет хватит. Так это было или немного иначе – сегодня вряд ли кто скажет. Главное, что было.
В стране жили люди, способные на подвиг. Забыть о них было бы жестоко и несправедливо.
Земляки Матрену Яковлеву не забыли. История о ста тысячах на строительство боевого самолета передается жителями Сивинского района из поколения в поколение.
А в с. Буб, где последние годы жила Матрена Ивановна, память о своей славной землячке увековечили в камне.
Памятник стоит в сквере у дома культуры: пожилая женщина в платочке словно присела на минуту передохнуть. Раздавленные тяжелой крестьянской работой руки в узлах вен. Взгляд устремлен в вечность. А над ней – застывший на взлете самолет. Ее мечта. Ее вклад в Победу. Такой увидел Матрену Яковлеву молодой скульптор Алексей Татаринов.
– Деньги на памятник собирали всем миром, – вспоминает Вера Боталова, внучатая племянница Матрены Ивановны.
– Односельчане, по-моему, откликнулись все. Давали кто сколько мог. Неловко только, что не нам, ее землякам и родственникам, пришла идея увековечить подвиг Матрены Яковлевой. Инициатором выступила Зоя Козлова, председатель краевого отделения Российского фонда мира. Я помню ее слова о том, что этот памятник станет символом всех женщин Прикамья, внесших неоценимый вклад в победу над фашизмом.
Лизе Боталовой четырнадцать. Перешла в восьмой класс. Свою легендарную прапрабабку видела только на фотографиях. Матрена Ивановна умерла в 1995 г., не дожив до своего 101-го дня рождения всего несколько месяцев.
Совсем еще юной девчушке захотелось вдруг всему миру рассказать о том, какой удивительный человек жил на этой земле. И два года назад праправнучка начала собирать по крохам материал о родственнице, подарившей Красной армии самолет.
– В нашем селе о Матрене Ивановне знают все, но рассказывают примерно одно и то же. Да, жила такая героическая женщина. Трудилась в колхозе. Не чуралась самой тяжелой работы. В 1943 г. как-то умудрилась собрать огромную по тем временам сумму. Будто бы всю домашнюю скотину продала, а деньги отдала государству на строительство самолета. И на этом все, – удивляется Лиза.
– Подвигом Матрены Яковлевой все восхищаются, а как она жила, каким была человеком – никто, в общем-то, и не знает. Свою работу Лиза Боталова назвала «Величие подвига скромной труженицы».
Юный автор великодушно поделилась собранной информацией. Родилась Матрена Ивановна 19 ноября 1894 г. на починке Орлы, что в 8 км от с. Буб. Вышла замуж за жителя д. Бровилята Сергея Яковлева. Жили своим хозяйством.
Неплохо жили, справно. Когда началась коллективизация, вступили в колхоз «Ромашинский». Своих детей не было – взяли на воспитание мальчика из Украины Семена Ерещенко. Его родители были репрессированы. С шестнадцати лет Семен начал работать в колхозе трактористом.
Началась война. В конце 1942 г. Матрена проводила на фронт мужа. Годом позже и приемыша. Одиночество и тоску по близким людям заполняла работой. По радио без конца сообщали о жестоких боях под Сталинградом. «А вдруг и мои там, – думала Матрена. – Надо бы им помочь».
А тут еще председатель колхоза чуть не каждый день напоминал о сборе средств на нужды фронта. «Хозяйство у тебя крепкое, – твердил он. – Можно и поболе денежек перечислить в фонд обороны. Вон Александр Гачегов из д. Кичаново аж 50 тыс. сдал. Ну что молчишь, Яковлева?»
Знал бы председатель, о чем «молчала» Матрена Ивановна. Узнав от кого-то, что боевой истребитель стоит около 100 тыс. руб., она решила: все продам, а на самолет денег соберу.
Может, Сергею с Семеном облегчение на фронте будет. Под нож ушла вся домашняя живность: корова с теленком, свиньи, овцы, птица. Мясо продавала на рынке в Перми. Много чего о себе-спекулянтке услышала от голодных горожан. Вслед за скотом ушли из дома и все съестные запасы: мед со своей пасеки, масло, мука, соленья и варенья. Все продала Матрена подчистую.
И сто тысяч собрала. Горькие это были деньги, соленые от слез обиды и за спекулянтку, и за хапугу, и за «бесстыжие твои глаза».
За небывалую душевную щедрость, доброту и терпение Господь отмерял Матрене Яковлевой полный век.
Счастливым ли он был для простой русской бабы – не нам судить. Дождалась мужа с войны – и то ладно. Приемыш в люди вышел – и слава богу. Израненный супруг Матрены Ивановны скончался в 1956 г. Достала фронтовика война.
Приемный сын нашел своих родителей и уехал. В пожаре сгорел дом, где прожила почти полвека. Одинокую старость коротала с племянницей.
В 1982 г. колхоз построил для них просторный дом в с. Буб. В этом доме Матрена Ивановна отметила столетний юбилей. Из него ее проводили в последний путь. А в 2012 г. в центре села появился памятник Матрене Ивановне Яковлевой – обычной русской женщине с такой необычной судьбой.
Мама с Юлькой приехали на дачу под вечер. Их ждали. Бабушка накрывала стол на терраске, пес Гришка радостно толкался возле ворот.
— Ну вот, хлеб забыли купить, — огорчилась мама, доставая из машины сумки с продуктами.
— Я в местный магазинчик сбегаю, — с готовностью откликнулась Юлька. — Десять минут туда и обратно. Юльке повезло, магазин еще работал. Она взяла буханку и поспешила назад. В ста метрах от дома дорогу перегородили два подвыпивших парня.
— О, привет, красавица! Пойдем-ка с нами на речку прогуляемся. Посидим, выпьем, поговорим… Юлька молча попыталась их обойти, но безуспешно.
— Отстаньте, я кричать буду!
— Да ори, сколько влезет, никто не услышит, — загоготали парни. Один из них схватил Юльку за локоть и потащил в проулок, ведущий к речке.
— Мама! Гришка! — закричала девушка и уцепилась за забор. Парни схватили ее уже вдвоем. Юлька изо всех сил сопротивлялась.
Внезапно в этой свалке появился кто-то четвертый. Парни от неожиданности резко отпрянули в сторону. И застыли на месте от ужаса.
Перед ними, заслоняя собой девушку, стоял здоровенный страшный пес. Пасть оскалена, шерсть дыбом, жуткий взгляд голубых глаз направлен куда-то между ними…
Выставив перед собой руки, парни попятились назад. — Все, все, мы уходим, — заикаясь, пробормотал один из них. Когда подоспела взволнованная мама, их уже и след простыл.
— Что они тебе сделали?
— Ничего. Гришка спас, — кивнула Юлька на собаку. И разревелась. Точь-в точь, как тогда, восемь лет назад…
…В тот день они пришли к ветеринару со своей старой собачкой на прививку. Ветеринар принимал женщину с маленьким щенком.
— Не пойму, что с ним, — озабоченно говорила она.
— Странный щенок какой-то. Ветеринар осмотрел пациента и с сожалением посмотрел на хозяйку.
— Он слепой. Слепой от рождения.
— Вылечить можно? Ветеринар развел руками. Женщина ненадолго задумалась потом со вздохом произнесла:
— Тогда усыпите его. Зачем всем мучиться? Сколько это стоит? Ветеринар назвал сумму. Женщина оставила деньги и быстро ушла. Щенок неуклюже ползал по полу, пока не уткнулся в Юлькину ногу. И сел рядышком.
Юлька разревелась. Она понимала, что значит «усыпить». У мамы тоже слезы на глаза навернулись.
— Не надо усыплять щенка , — решительно сказала она.
— Мы его себе забираем…
Так началась Гришкина история. Сейчас почти круглый год он живет с бабушкой на даче. Несмотря на физический недостаток, он хорошо ориентируется и в доме, и на участке, а еще знает дорогу в магазин и на речку.
И его хозяйки ни разу не пожалели, что когда-то спасли маленького слепого щенка…
