– Он был четвертым из пяти детей, рожденных Фредом Трампом и его женой Мэри Энн Маклеод. Его дед по отцовской линии эмигрировал из Европы в США в 1885 году и нашел богатство, управляя ресторанами и пансионатами во время золотой лихорадки. Мать Дональда была шотландской иммигранткой, которая приехала в Нью-Йорк в 1930 году. ⠀ – Его семья владела недвижимостью ⠀ – Когда Дональду было 13 лет, его родители отправили его в военную академию ⠀ – Получил четыре военных отсрочки ⠀ – Возглавил семейный бизнес ⠀ – Инициировал масштабные постройки. До его поглощения компания инвестировала в арендованную недвижимость среднего класса.
Трамп инвестировал в недвижимость в Манхэттене, и построил свою знаменитую застройку, Башню Трампа. Это 58-этажный небоскреб с видом на Центральный парк и большими апартаментами и офисными помещениями. ⠀ – Ему принадлежали конкурсы Мисс Вселенная С 1996 по 2015 ⠀ – Получил политическую известность после критики Обамы ⠀ – Выступил против нелегальной иммиграции ⠀ – Его поддерживали простые люди ⠀ – Почти построил стену между Америкой и Мексикой ⠀ – Стал самым богатым президентом в истории США
«Чемодан воспоминаний всегда стоит под кроватью» (Вадим Гордеев)
Иногда годами не вспоминаешь о чём-то, а то вдруг как нахлынет, захлестнёт… только успевай записывать. Откуда-то из подсознания память достаёт и подсовывает моменты, способные ожить.
Правда, сперва картины приходят неясные, едва прорисованные. Как на переводных картинках моего детства. Помните? Их надо было макать в горячую воду,а потом пальцами мокрую бумагу с картинки в трубочку скатывать, чтоб изображения проявились и стали чёткими.
Яблоки, укрытые снегом, сиротливо висят на ветках. Это они увели меня мыслями в то время, когда люди такой бесхозяйственности не допускали.
Ведь как говорили? Лето – припасиха, зима – собериха. Всё, что земля уродила, надо было прибрать.
Детские воспоминания – самые сильные. Попробую-ка настроиться на волну моего детства. И, как будто на экране широкоформатного телевизора, яркие и сочные, высокой чёткости, прямо в качестве HD, пошли картинки…
На каникулы нас с сестрой родители отвозили в деревню Вертушкино — к бабушке и деду. И на летние, и на зимние. Зимой лучшим лакомством для нас там были мороженые яблоки.
Собранные осенью – все — до последнего яблочка – они поднимались дедом на чердак, или, как говорила бабушка, на потолОк. Там, «на потолОке», яблоки эти лежали до морозов.
Ко времени моего с младшей сестрой появления в деревне они становились твёрдыми, гладкими, будто каменными.
Дед приносил их с потолОка в большой зелёной эмалированной чашке и ставил между нами на лежанку.
— Пусть тают! В тепле яблоки, лежащие сверху, тут же покрывалось мелким белым инеем, который мгновенно таял под теплом пальца.
Если бабушка занята своими делами и не смотрит, можно было взять этот ледяной комок в руки и подышать на него. Правда, руки сразу становились ледяными, зато яблоки, морковно-коричневые, как будто вырезанные из камня, сразу теплели и пахли летом.
Дожидаться полного оттаивания было невозможно. Мы отодвигали от стенки старенькие одеяльца, которыми лежанка была накрыта от лишнего жара, и выкладывали вдоль неё в рядок несколько яблок, поворачивая время от времени их с ног на голову.
От тепла звонкие комочки теряли свою похожесть на вырезанные из оникса и делались мягкими. Украдкой от бабушки мы начинали есть яблоко задолго до его полного оттаивания…
Сочные, с хрусткой серединкой, вкусноты необыкновенной! Берёшь в руки, всасываешь отмякший бок, прокусываешь твёрдую шкурку.
Сладкий липкий сок течёт по подбородку, посасываешь яблоко, вгрызаясь дальше. Зубы сводит от льдинки внутри.
Её, эту сердцевинку, сильно холодящую нёбо, было принято медленно рассасывать, а потом жевать, выталкивая языком в кулак несъедобные перепонки. В другой кулак складывались коричневые крупные семечки с острым носиком.
Поймаешь его, скользкое, на зуб, выдавишь твёрдое ядрышко на язык, сплюнешь шкурку и долго-долго жуёшь на передних зубах, время от времени показывая сестре язык, на котором белеет чуть горчащая кашица.
Мороженые яблоки съедались дотла. Полностью. До плодоножки, до хвостика. Потом по количеству хвостиков можно было предположить, у чьего горла больше шансов заболеть после зимних каникул…
Давно нет на свете деда и бабушки, и дом тот совсем обветшал, и сад зарос… А вкус мороженых яблок из вертушинского сада – до сих пор – на языке.
