Наивная, простодушная фрейлина отдавала царской семье всю себя, почти ничего не получая взамен.
И как же горько от того, что после революции ей пришлось заплатить полную цену за эту неравную дружбу
Аня родилась в чрезвычайно музыкальной семье — ее отец и дед были страстными композиторами-любителями, бабушка превосходно играла на фортепиано.
К ним на завтрак заглядывал Чайковский; вечера дети проводили в театре, следя за исполнением оперы по партитуре. Дома у Танеевых никогда не говорили о деньгах, только об искусстве; и хотя Анин папа служил главным управляющим императорской Канцелярии, он всегда представлялся «свободным художником Петербургской консерватории», скромно умалчивая о своем основном месте работы.
Именно любовь к музыке накрепко связала императрицу с Танеевыми. В композиторе Александре Сергеевиче государыня нашла интересного собеседника, а в его дочери — компаньонку по пению. Как вспоминала потом Анна, «у Императрицы было чудное контральто, у меня высокое сопрано, и мы постоянно вместе пели дуэты».
Аня была младше Александры Федоровны на 12 лет и смотрела на нее восторженными, доверчивыми глазами — такая редкость в надменном петербургском свете! Как сообщает мемуаристка баронесса Буксгевден, «императрица прониклась подлинно материнскими чувствами по отношению к девушке, столь пылко ее обожавшей».
И в 1905 году фрейлина Танеева удостоилась исключительного знака внимания со стороны государыни — Александра Федоровна пригласила Аню в путешествие на императорской яхте.
Мемуары фрейлины наполнены рассказами о счастливых днях рядом с государыней. Аня потом всю жизнь перебирала эти щемящие воспоминания, словно драгоценные жемчужины.
«Каждый день мы съезжали на берег, гуляли по лесу с Государыней и детьми, лазили на скалы, собирали бруснику и чернику, искали грибы, исследовали тропинки… Вспоминаю наши первые задушевные разговоры у рояля и иногда до сна. Не все сразу, но понемногу Государыня рассказывала мне о своей молодости. Разговоры эти сблизили нас, и она стала мне еще дороже. Офицеры яхты говорили мне, что я проломила стену, столько лет окружавшую Государыню…
Как ясно я помню светлые июньские вечера, когда каждый звук доносился с миноносцев, стоящих в охране; запах воды и папироски Государя. Сидим мы на полупортиках и беседуем. Длинные рассказы о его юности или впечатления прошедшего дня, — и как мирно было в окружающих лесах, и на озерах, и на далеком небе, где зажигались редкие звездочки; так же мирно и ясно было на нашей душе. Проснемся, и опять будет день, наполненный радостными переживаниями; все будем вместе, та же обстановка и люди, которых любили Их Величества. «Я чувствую, что здесь мы одна семья», — говорил Государь».
Однако близость к царской семье перечеркнула личную жизнь фрейлины. Все, что происходило с самой Аней, для царицы было всего лишь «забавным». Так, в 1907 году императрице показалось неприличным, что 23-летняя Танеева до сих пор не замужем. Государыня быстро нашла ей подходящего жениха — морского офицера Александра Вырубова, круглолицего обаятельного брюнета. Свадьба обернулась кошмаром. Сразу после венчания выяснилось, что Вырубов страдал сильнейшим нервным расстройством, полученным на русско-японской войне. Через год тяжелейших переживаний брак был расторгнут.
Анна так описывала день свадьбы: «Я не спала всю ночь и встала утром с тяжелым чувством на душе. Весь этот день прошел как сон… Во время венчания я чувствовала себя чужой возле своего жениха… Гостей звали, кажется, лишь по выбору Их Величеств».
Фрейлина осталась одна в крошечном ледяном сарайчике неподалеку от царскосельского дворца: «Помещение было очень холодное, так как не было фундамента и зимой дуло с пола… Когда Их Величества приезжали вечером к чаю, Государыня привозила в кармане фрукты и конфеты, Государь «черри-бренди». Мы тогда сидели с ногами на стульях, чтобы не мерзли ноги. Их Величества забавляла простая обстановка… Помню, как Государь, смеясь, сказал потом, что он согрелся только в ванной после чая у меня в домике».
Императрица намеренно не назначала Ане жалование. Александра Федоровна хотела быть уверенной, что фрейлина дружит с ней просто так, а не ради вознаграждения. При этом Вырубова должна была постоянно находиться при царской семье, времени на другую работу у нее не оставалось. Аня жила на 400 рублей в месяц, которые посылал ей отец. Львиная доля этих денег уходила на пошив придворных платьев, без которых ей было не обойтись.
Даже когда Вырубова попала в страшную железнодорожную катастрофу, сделавшую ее инвалидом, государыня никак не помогла подруге материально, хотя и старалась приободрить ее добрым словом. Аня, со свойственным ей идеализмом, была благодарна Александре Федоровне и за эту малость.
После железнодорожной катастрофы 1915 года Вырубова долгое время оставалась в инвалидном кресле, потом ходила с костылями
После революции для подруги опальной императрицы наступили чудовищные времена. Большевики арестовывали Вырубову пять раз, содержали в нечеловеческих условиях, требуя выдать им все ее несметные сокровища.
Некоторые следователи были удивлены ее «дешевенькими кольцами на пальцах», но в целом они отказывались верить, что за столько лет дружбы с Романовыми фрейлина ничего не накопила.
Тяжело читать воспоминания Анны о ее страданиях в промозглой камере Петропавловской крепости:
«В первый месяц от слабости и голода у меня часто бывали обмороки. Почти каждое утро, подымаясь с кровати, я теряла сознание. Солдаты, входя, находили меня на полу. От сырости от кровати до двери образовалась огромная лужа воды. Помню, как я просыпалась от холода, лежа в этой луже и весь день после дрожала в промокшем платье.
Иные солдаты, войдя, ударяли ногой, другие же жалели и волокли на кровать».

Лишь в 1921 году Ане удалось бежать из России.
Рискуя жизнью, она на своих костылях, босиком, в драном пальтишке, перешла финскую границу.
Жизнь в изгнании была безопасной, но снова нищей: никакого содержания беженцам не полагалось, а другие эмигранты не желали помогать фрейлине, которая поощряла дружбу императрицы с Распутиным — хотя роль Вырубовой в этой истории была всего лишь посреднической.
Анна Вырубова дожила до 80 лет

Пытаясь найти средства к существованию, Анна написала чудесные мемуары «Страницы моей жизни», посвященные ее дружбе с царской семьей. Но раскупали книгу плохо, и Вырубовой пришлось зарабатывать уроками пения и игрой на фортепиано.
Ее жизнь началась и закончилась музыкой.

Много лет назад, прощаясь в конце первого плавания на яхте, Николай II сказал Анне: «Теперь вы абонированы ездить с нами».
Так и получилось. Вырубова была рядом с Романовыми в их солнечные дни, сама оставаясь в тени; попала вместе с ними в страшный шторм. И, выбравшись едва живой на тихий финский берег, наверняка не раз вспоминала слова Грибоедова: «Минуй нас пуще всех печалей и барский гнев, и барская любовь».

P.S. Анна Вырубова постриглась в монашество и закончила свою жизнь в монастыре в Финляндии. Есть её переписка с духовником Валаамского монастыря схиигуменом Иоанном Алексеевым.