Бабушки-соседки. Автор: Мария Скиба

размещено в: Деревенские зарисовки | 0

Бабушки-соседки

Весеннее солнышко еще почти не грело, но светило очень ярко, ослепив девушку, которая вышла из рейсового автобуса вместе с четырехлетним сынишкой Степой, который испуганно смотрел по сторонам.
Они только что приехали в этот красивый поселок Верхние Островки, и теперь стояли, прикрывая ладошками глаза от солнца, рядом с большой сумкой, в которую вместились все их вещи.

Вернее, вещи, которые Саша успела собрать, убегая от пьяного мужа Руслана, окончательно потерявшего остатки разума. В этот раз муж, вернувшись под утро, приревновал Сашу к старику-соседу и схватил топор. Саша, кое-как смогла одеть ребенка и выбежать на улицу.

А позже, когда муж, разгромив полкухни, уснул, вернулась, собрала вещи, документы и уехала со Степкой к своей двоюродной бабушке Рае, которая жила в небольшом поселке на другом конце области. Саша была сиротой, поэтому ехать ей с сыном больше было некуда, да и хорошо, что Руслан не знал, где живет баба Рая.

Бабушка не очень-то обрадовалась приезду внучки с правнуком. Саша помнила, как в детстве мама рассказывала ей о том, что ее тетя непростой человек. Строгая, неласковая и никогда не улыбалась. Ее муж погиб всего через два года, после свадьбы, детей они родить не успели, а замуж бабушка больше никогда не вышла. Может быть, поэтому она была такой?

Баба Рая выделила Саше и Степке маленькую дальнюю комнату. Там была всего одна кровать, но девушка была и этому рада, главное, здесь не было Руслана.

Бабушка не пыталась поговорить с ней по душам, не расспрашивала ее о жизни, но Саше и самой совсем не хотелось вспоминать о пережитом кошмаре.
Просыпалась девушка очень рано, с удовольствием убирала в доме, готовила, потом взялась за огород, время-то весеннее.

Степка старался во всем помогать маме, ему очень нравилось здесь. Никто не ругался, во дворе можно бегать, играть камешками, а Снежок, пес на цепи, стал вообще его лучшим другом. Степка повеселел, часто звонко хохотал, чему Саша не могла нарадоваться.
Но баба Рая ее радости не разделяла. Мальчик не замечал холодного взгляда бабушки, он был здесь счастлив, поэтому часто подбегал к ней, обнимал ее ноги и, подняв вверх голову, говорил:
— Бабулечка, ты самая лучшая бабушка на свете! Когда я вырасту, я заработаю много денег и куплю тебе много конфет. Я очень хочу, чтобы ты улыбнулась, я вот всегда улыбаюсь, когда конфеты ем.

Но баба Рая лишь холодно отодвигала правнука и уходила. Несколько дней она, поджав тонкие губы, наблюдала за Сашей и мальчиком, и однажды, когда внучка что-то делала во дворе, раздраженно спросила у нее:
— Я надеюсь, ты ненадолго сюда приехала, Шура? Я привыкла жить одна, к тому же совершенно не выношу шум и визг. А твой ребенок слишком громко смеется.

В это время к ним во двор заглянула соседка, Елена Викторовна, она что-то хотела спросить, но увидев напряженное лицо бабы Раи и растерянную Сашу, промолчала.
— Бабушка, — ответила Саша, не обращая внимания на соседку, — Мне некуда ехать, можно мы поживем у тебя? Я устроюсь на работу, буду покупать еду, все делать по дому, только не выгоняй нас, пожалуйста. У меня, кроме тебя, больше никого нет.
— Я вас не звала, — сухо ответила баба Рая, — У каждого из нас есть свои проблемы и каждый должен решать их сам. Если ты надеешься на то, что дом скоро станет твоим, ты ошибаешься, я еще не собираюсь помирать.
— Ты что городишь, Рая? – вскрикнула, не выдержав Елена Викторовна, глядя, как слезы заполнили глаза Саши, — Девочка в беде, твоя единственная внучка, между прочим. Как ты можешь гнать их? Ох, видела я, что ты совсем зачерствела в одиночестве, но не так же!
— А ты, Лена, не лезь не в свое дело, нашлась правильная! Сама-то тоже после смерти Василия одна живешь.
— Ты уж с больной-то головы не перекладывай. Живу одна, но и людей не шарахаюсь. А если тебе внучка с малышом мешают, я их к себе заберу. Собирайтесь, Сашенька, у меня как раз свободная комната есть, живите, сколько хотите. И помощница мне не помешает, и детский смех мне в радость.

Саша с болью в глазах посмотрела на бабу Раю, но та, фыркнув, отвернулась. Тогда девушка опустила голову и медленно пошла в дом собирать вещи.

Елена Викторовна оказалась очень хорошим и душевным человеком. Она сумела так поговорить с девушкой, что та рассказала ей всю свою жизнь. Как без родителей осталась, как замуж вышла в надежде, что Руслан станет ей опорой и защитой, но тот оказался пьяницей и ничтожеством. Как сбежала от него и приехала к бабушке, единственному родному человеку.

Елена Степановна даже расплакалась, когда Саша закончила свой рассказ.
— Ты не переживай, Сашенька, у тебя все будет хорошо. Ты добрая, хозяйственная, найдется человек, который это оценит, обязательно найдется. А бабушку ты не вини, в молодости она веселая была, все ее любили, это после гибели мужа она потеряла себя, будто высохла ее душа от слез, пролитых тогда.

Баба Рая же сначала наслаждалась тишиной в доме. Но через пару дней невольно прислушалась к доносящемуся от соседки звонкому смеху Степки. Она даже представила, как малыш обнимает Елену Викторовну и вдруг почувствовала, что что-то кольнуло в ее груди. Неужели она скучает по мальчику?

Нет, она не хочет больше ни к кому привязываться! Раиса Ивановна с болью вспомнила своего мужа, которого любила больше жизни, и резко, со злостью вытерла слезы, навернувшиеся на глаза. Нет, не даст она слабину, не нужен ей никто!
Но, как ни убеждала себя в этом Раиса Ивановна, а думать о Саше и Степке перестать не могла. Она бы уж и рада была их вернуть назад, но не могла переступить себя и позвать. Так и мучилась, глядя на соседский дом в окно и прислушиваясь, как разговаривают Елена Викторовна и Саша, работая в огороде.

Однажды утром увидела Раиса Ивановна, как соседка уходила из дома, громко крикнув Саше, что вернется на следующий день, она собралась проведать сестру в соседнем районе. Саша и Степа пообещали, что все будет хорошо и помахали ей руками.

А Раиса Ивановна задумалась, не пойти ли к Саше, не поговорить ли, пока Лены нет дома? Она уже была готова даже извиниться перед внучкой, так тяжело ей вдруг стало одной. Пока Раиса Ивановна мучилась сомнениями, она вдруг увидела, как к дому соседки подъехала легковая машина и из нее вышел высокий крепкий мужчина.

Это был внук Лены Сергей. Раиса Ивановна знала, что он недавно развелся и была уверена, что причиной были его измены. Сергей был обеспеченным и довольно видным мужчиной, а такие, по мнению бабы Раи, никогда не бывают хорошими мужьями.

Сергей вытащил из машины сумку и пошел в дом. А баба Рая заметалась по комнате. Он представляла, как этот ловелас осыпает неопытную Сашу комплиментами, дурманит ей голову, потом ведет ее в спальню и… Раиса Ивановна не выдержала и побежала к соседям.

Степа играл во дворе, он очень обрадовался бабушке, подбежал и, как раньше обнял ее за ноги. Раиса Ивановна на секунду замерла, не в силах оторваться от него, сердце ее защемило от радости, но вдруг она услышала тихий вскрик Саши и бросилась в дом.

Забежав в комнату, она никого не увидела, тогда, прихватив швабру, стоявшую в прихожей, бросилась в спальню. Саша и Сергей в странных позах, одетые, лежали на диване. Раиса Ивановна, не раздумывая, с силой принялась обхаживать шваброй соседского внука:
— Не трожь ее, охальник! Я внучку в обиду не дам, она все, что у меня есть на этом свете!
Сергей, охая и увертываясь, вскочил и, выбежав из спальни, возмущенно закричал:
— Баб Рай, Вы чего это? С ума сошли, что ль? Кого я обижаю?
А Саша села на диване и засмеялась:
— Бабушка, мы котенка из-за дивана доставали. Кошка притащила его в дом с чердака, а он такой дикий, спрятался под наш диван, орет и царапается. Мне всю руку исцарапал. Вот Сергей и хотел мне помочь, — Саша замолчала, а потом вдруг очень серьезно спросила: — Мы для тебя, правда, так дороги?
— Правда, — хмуро кивнула баба Рая, — Вы бы это, шли бы обратно, не прогоню я вас больше. Плохо мне без вас.
Саша встала, подошла к бабушке и осторожно обняла ее. Раиса Ивановна сначала напряглась, а потом медленно подняла руку и ласково погладила внучку по голове, как маленькую девочку.

Саша и Степа с радостью вернулись к бабушке. Баба Рая довольная, что все решилось, даже позвала Сергея пить чай, все же она чувствовала себя немного неловко за то, что успела пару раз огреть его по спине, к тому же ни за что.

Напившись чаю с оладушками и вишневым вареньем, он расслабился и рассказал, что его жена год назад поехала в командировку за границу, влюбилась там в местного бизнесмена, вернулась, развелась с Сергеем и уехала. Сергей долго не мог прийти в себя после такого, но понемногу начинает входить в колею, хорошо, хоть детей они не успели завести, он никогда не разрешил бы увезти своего ребенка за границу.

Рассказ Сергея впечатлил даже бабу Раю. Она возмущенно прижимала ладони к щекам и качала головой. Это было так на нее непохоже, что Саша улыбалась, глядя на нее, но украдкой, боясь обидеть бабушку.

С того дня ожил дом Раисы Ивановны. И сама хозяйка посветлела, заулыбалась, глаза ее засветились радостью и любовью, словно что-то тяжелое и темное скинула она со своей души, распахнув ее для своих близких.

Елена Викторовна, когда вернулась, вовсе и не расстроилась, узнав, что Саша и Степа ушли обратно к бабе Рае. Потому что это правильно. Не должны родные люди быть чужими.
А Сергей стал частенько навещать свою бабушку. Елена Викторовна, конечно, была этому только рада, хоть и понимала настоящую причину этих визитов.

Через три года, в новом доме, построенном Сергеем, дружно жила большая семья. За Дашенькой, годовалой сестренкой Степки с радостью ухаживали две бабушки. Совершенно не разрешая Саше даже поднимать ее на руки. К тому же это уже было небезопасно, на седьмом-то месяце…

Автор: Мария Скиба, 2022

Поделиться с друзьями:

Жизнь заставила… История из сети

размещено в: Наши птички | 0

Жизненное:
Знакомый рассказал.

Мой приятель, старый холостяк, живет с котом Барсиком. Этой осенью, в придачу к коту, он приобрел совсем молодого попугайчика.
Птаха совершенно маленькая и безобидная. Но, на беду, она пришлась по душе коту. Сытый и холеный котяра устроил попугаю жуткую жизнь.
Бегать за попугаем ему было не в жилу, и он стал периодически пугать попугая тем, что подкрадывался к нему и неожиданно бросался, заставляя чирикающего попугая в панике биться по комнате.

Но то ли поимка попугая не входила в планы кота, то ли попугай оказался слишком осторожным, и эти кошки-мышки продолжались несколько месяцев. Кот обнаглел вчистую, заставляя попугая искать пятый угол каждые пол часа.
Приятель уже начал искать, кому отдать птичку, чтобы спасти от неминуемой смерти или в пасти кота или от сердечного приступа.
Но однажды, когда кот, как обычно, подкрался к попугаю совсем близко и уже собирался прыгнуть, попугай вдруг голосом друга рявкнул:
— Барсик! Пшел вон!!
С этими словами мой приятель обычно отфутболивал попавшего под ноги кота. Присевший для прыжка кот обомлел, застыл, а потом начал медленно оседать, лапы его подогнулись, и он свалился в натуральный обморок…

Инет

Поделиться с друзьями:

Через какие тропки ходит любовь. Автор: Фонарщик Эрл

размещено в: Деревенские зарисовки | 0

Который год дед Иван страдает язвой. Есть не может, спать не может, пить — нельзя. Мучение да и только. Но иногда, конечно, позволяет себе маленечко для аппетиту. Выпьет пару стопочек, глаз заблестит, и давай байки травить.

Бабка Евдокия кашеварит, да в паузах поддакивает Ивану. Туга на ухо давно уж стала, слышит еле-еле. Для видимости деду отвечает, будто разбирает, о чем он речь ведёт.

Наготовит щей, нальёт в алюминиевую миску, на стол поставит, а дед Иван нос воротит. Вроде как и не видит тарелки, хотя перед носом она.

— Ванька, ешь! — кричит Евдокия.

— Да не могу я, господи, понимаешь?! Ну как тебе объяснить? Болит у меня, понимаешь? Бо-лит! — машет руками дед Иван, указывая на живот. Потом рассердится — Ай! Не слышит ни черта! Совсем глухая стала! — И ест бабкины щи. А они кислые-е… Тут и без них изжога изводит. Но ест. Сопит в усы, но ест. Бабка ведь варила.

Евдокия посмотрит на него, сядет у краешка стола, голову наклонит, хлебушек аккуратно деду придвинет, и улыбается.

— Ест Ванька.

Ванька щи похлебает, крошки со стола в ладонь сметёт, и в рот.

— Покурю пойду.

— А? — переспросит Евдокия.

— Покурю, говорю, пойду! — крикнет Иван.

— Вот ты, господи, иди кури! Чего орать-то?! Тоже мне, событие… — возмутится Евдокия.

Дед Иван выйдет на крылечко, раскурит козью ножку, посмотрит вдаль. С крыльца-то как раз закат хорошо видно — забор не мешает, да задумается о жизни в который раз. И вроде как позади она, и вот он закат перед глазами, а мысли всё равно о завтрашнем рассвете.

Евдокия тем временем скрутит два кулёчка из газеты, наберёт семечек, да молча мимо пройдёт. А дед Иван докурит, покряхтит о чём-то своём, почешет бороду, да следом за бабкой за двор. Усядутся вместе на лавку, и давай на пару семечки плевать. Всё вокруг в шелухе! И как только беззубыми ртами умудряются — непонятно.

Дед Иван посмотрит, — подмести бы надо. Да темно уж на улице совсем. Тихонько буркнет себе под нос:

— Ладно, завтра подмету.

— Идём спать! — громко скажет Евдокия. — Завтра подмету. — И тяжело опёршись на плечо Ивана поднимется, да пойдёт потихоньку в дом. А за ней следом и дед Иван, бурча под нос:

— Подметёт она… встану да и подмету…

Но бабка Евдокия ничего не слышит, а только знай себе ковыляет по дорожке.

Дед Иван остановится, взглянет на Евдокию:

— Вот ведь вертихвостка! — хмыкнет он, посмотрит на неё с любовью и дальше пойдёт.

Вот и пойми, где она скрывается, любовь эта, да через какие тропки ходит.

Знать в чём-то другом она кроется, любовь эта.

© Фонарщик Эрл

Поделиться с друзьями:

Приличные люди. Автор: Евгения Липницкая

размещено в: Такая разная жизнь | 0

ПРИЛИЧНЫЕ ЛЮДИ

— Женечка, вы дома? — доносится сквозь шум воды дребезжащий голосок.
Чертыхнувшись, наскоро смываю ароматную пену и выскакиваю из душа.

— Здравствуйте, Наина Ивановна! — кричу через дверь ванной, натягивая на мокрое тело сережкину футболку вместо банного халата, всё равно по длине почти одинаково будет.

Наина Ивановна, подозреваю, что она и есть та самая, пушкинская, — наша квартирная хозяйка. Маленькая моторная старушка с задатками мирового лидера.

Меня она не одобряет, считая совершенно несерьёзной, ветреной девицей, а вот Серёжу просто обожает — даже как-то организовала ему «случайное» знакомство с собственной дочкой. Еле ноги унёс.

Распахнув ногой дверь, прислушиваюсь, пытаясь определить в какую часть квартиры направила стопы железная леди. Тишина.

На ходу наматывая на голову полотенце, двигаюсь в направлении кухни. Если бы я пришла в дом в качестве ревизора, первым делом обследовала бы именно её — вероятность обнаружить то, что по мнению Наины Ивановны является бардаком, выше именно там.

Дедукция не подвела — прообраз сказочной ведьмы обнаруживается около крошечного кухонного стола. Брезгливо разглядывает пачку овсяных хлопьев.

— Доброе утро, — как можно дружелюбнее улыбаюсь я, — Не слышала, как вы вошли. Хотите кофе?
— Добрый день, — поджав сморщенные губы ответствует Наина Ивановна, — Скоро полдень.

Ну да, забыла. Порядочные люди не спят до обеда, они встают с рассветом, чтобы успеть задолбать как можно больше окружающих.

— Так вы будете кофе? — улыбаюсь я ещё дружелюбнее, кажется, только что установив в этом деле мировой рекорд. Не дожидаясь ответа, ставлю на плиту старенький, с вечно закопченым бочком чайник и достаю из шкафа ярко-жёлтую в крупных ромашках керамическую банку.

Подумав несколько секунд, Наина Ивановна благосклонно кивает и устраивается на табуретке как птичка на жердочке.

— Мне без сахара, — важно сообщает она, — С молоком.
Киваю и лезу в холодильник за пакетом молока, гадая за каким таким экзотическим корнем принесла нелёгкая мою собеседницу на этот раз.

В прошлый свой визит, не далее как неделю назад, Наина Ивановна читала мне пространную лекцию об энергосбережении, суть которой сводилась к тому, что порядочные люди спать ложатся рано, а не сидят при электрическом свете полночи, наматывая на счётчике киловатты почём зря.

Ещё раньше я получила выговор, за то что мыла посуду под проточной водой. Оказывается, порядочные люди для этих целей пользуются тазом, чтобы не расточать природные ресурсы и, самое главное, сократить расходы на коммунальные платежи.

Тот факт, что за коммунальные услуги мы с Серёжкой платим самостоятельно, для Наины Ивановны не аргумент.

«Вы, девонька, так считаете, потому что не знаете что такое труд! Знали бы, как деньги порядочным людям достаются — умели бы экономить! » — с видом оскорбленного достоинства заявила мне она тогда.

На мои попытки объяснить, что я точно так же, как и другие люди работаю,только удаленно, Наина Ивановна лишь презрительно фыркнула. Подозреваю, что слово «фриланс» она приняла за ругательство.

Надрывно свистит закипевший чайник. Гашу огонь и рассыпаю по чашкам арабику, под цепким взглядом выцветших серых глаз.

— Как поживает Антон Павлович? — интересуюсь я, чтобы как-то заполнить затянувшуюся паузу.

— Здоров, — отвечает Наина Ивановна, принимая кружку. Прежде чем пить, она внимательно разглядывает ободок несчастной посуды, принюхивается и только потом осторожно отхлебывает.

Да уж, прав был знаменитый тезка её мужа, краткость — поистине сестра таланта. Впрочем, этой замечательной формулой Наина Ивановна пользуется, к сожалению, нечасто.

Когда дело доходит до её авторитетного мнения, она бывает весьма многословна в своих рассуждениях о том, как поступают или не поступают порядочные люди. Под порядочными людьми подразумевается сама Наина Ивановна и пара-тройка столь же достойных личностей, включая президента.
Мне, разумеется, до возведения в этот статус далеко.

— Кофе у вас кислит, — морщит нос Наина Ивановна, — Небось, храните неправильно.

«Так это, наверное, ваш яд привкус даёт», — мысленно парирую я, но вслух предлагаю представительнице ада шоколад. Горький.

— Так вы зашли счётчики проверить или цветочек забрать? — не особо изящно пробую я выяснить причину её визита.
Впрочем, изящество тут и ни к чему. Как показывает практика, намеков Наина Ивановна упорно не понимает, так что вести с ней светскую беседу и пытаться что-то узнать обходными путями — дело гиблое.

Поэтому я сразу озвучила наиболее подходящие на мой взгляд варианты. Особенно меня обрадовал бы второй.

Облупленный горшок с чахлым растением, зовущимся непроизносимым латинским словосочетанием, Наина Ивановна притащила нам на второй день после заселения с ненавязчивой просьбой «подержать у себя несколько деньков» этот выкидыш Флоры.

Мы с Серёжкой имели неосторожность согласиться. С тех пор обитатель глиняной посудины стал железобетонным поводом для вторжения его хозяйки в любое время суток.

Уход за подлой растительностью оказался делом сложным и ответственным, так что доверить это дело такой несерьезной барышне, как я, у Наины Ивановны и мысли не возникло.

Она самолично каждую неделю рыхлит, опрыскивает и удобряет бледные побеги, громко сетуя, что у неё в квартире «неблагоприятное солнце» большую часть года, но, как только активность светила придет в норму, она непременно заберёт свой драгоценный цветочек обратно.

Честно говоря, всерьёз опасаюсь, что, если этот благословенный момент не настанет достаточно скоро, мои нервы не выдержат и забирать ей будет нечего…

— К сожалению, ещё рано, — рассасывая шоколадный квадратик, лишает меня радужных надежд Наина Ивановна, — Сегодня день полива. Надеюсь вы не вылили воду из баночки?

Очень хотелось, но я сдержалась…

Когда Наполеон местного значения удаляется на лоджию, ворковать над драгоценной растительностью, с облегчением вздыхаю и топаю в ванную — сушить волосы.
От этого занятия меня отвлекает истеричный вопль, сделавший бы честь любой пожарной сирене.

Спотыкаясь, бегу на звук, лихорадочно соображая, что могло повергнуть благообразную Наину Ивановну в такой первобытный ужас. Неужели я трусы на батарее оставила?

Я успеваю как раз вовремя, чтобы подхватить оседающую на пол старушку, уже прекратившую издавать душераздирающие звуки.

Примостив худенькое тело на перевёрнутый таз, ею же принесённый несколько недель назад, чтобы безалаберная я постепенно приобщалась к быту порядочных людей, не без удовольствия выплескиваю в лицо Наины Ивановны ту самую отстоянную воду, предназначавшуюся для полива растения.
Помогает.

— Что случилось?! — На всякий случай слегка встряхнув её за плечи, спрашиваю я.
— Бусик, — шепчет Наина Ивановна бледными губами, прижимая правую руку к груди, — Там…

Следуя вялому жесту, выглядываю в окно, только сейчас заметив, что с улицы раздается безудержный басовитый лай и не менее басовитый кошачий боевой клич.

Бусик — огромный матерый серо-бурый кошак самого разбойного вида, наверное, единственное существо в мире, к которому Наина Ивановна питает нежную привязанность.

Не скажу, что абсолютно взаимную, но она единственная кому этот шерстяной гавнюк милостливо позволяет чесать себя за остатками ушей, изрядно потрепанных в дворовых поединках.

Взамен Бусик получает всю нерастраченную любовь и полный пансион. Кормит Наина Ивановна его, как кормила бы любимого внука — так, что кошачья хитрая морда уже не проходит в форточку.

Выглянув во двор, сразу понимаю, что именно стало причиной волнений Наины Ивановны — задиристый Бусик нашёл себе достойного противника — соседского мастифа Джона. Мгновенно оценив расстановку сил, прихожу к выводу что на Джона я бы не поставила…
— Бусик! — тихонько стонет, сидящая верхом на тазике Наина Ивановна, — Это чудовище его сейчас сожрёт! Мой бедненький котёночек!

Если во дворе и есть чудовище, то это собственно, сам Бусик, но это мнение я благоразумно решаю оставить при себе.
Хозяин мастифа беспомощно мечется вокруг поля боя, явно не зная, как спасать загнанного в угол питомца. Парень похоже напуган не меньше, чем Наина Ивановна, даром что не орет дурниной.

Действую я не раздумывая, интуитивно выбрав из всех возможных зол меньшее.

Схватив стоящий под рукой облупленный горшок, прицельно метаю импровизированный снаряд во двор. Пролетев с десяток метров, посудина ударяется о землю прямо перед носом Бусика, как раз собиравшегося проводить контратаку и с глухим треском рассыпается на осколки.

Не ожидавший такой подачи котяра, отпрыгивает назад. Воспользовавшись заминкой противника, мастиф Джон стартует к спасительному подъезду со всех четырех лап, едва не сбив с ног оказавшегося на пути хозяина. Бусик, осознав, что добыча ушла, яростно набрасывается на виновника данной неприятности — лишившееся горшка растение.

— Не вставайте! — кричу я пребывающей в крайнем смятении Наине Ивановне, выбегая из квартиры прямо в пушистых комнатных тапочках.

Завывающего над остатками цветка Бусика, я накрываю захваченным по пути с дивана покрывалом и как получилось в это покрывало завернув, тащу хозяйке.

Вернувшись, нахожу Наину Ивановну на том же месте, всё ещё пребывающую в прострации. Выпустив из рук брыкающийся и шипящий, как сотня змей узел, на всякий случай отхожу подальше. Из под покрывала появляется корноухая морда с пучком увядающих листьев в зубах.
— Бусик! Хороший мой! — кидается к нему плачущая Наина Ивановна, — Цел! Слава Богу! Цел!

Кот, воинственно вякнув, выбирается наружу, выплюнув зелень, обводит помещение мрачным взглядом и, не найдя никого подходящего, чтобы запустить в него когти, больше напоминающие кривые кинжалы, похоже расстраивается.

Но времени чтобы предаваться грусти у Бусика всё равно не оказалось, потому как рыдающая от избытка чувств хозяйка резво вскочив с насиженного таза, моментально сгребла свою лохматую драгоценность в охапку и принялась расцеловывать офигевщую от такого поворота событий кошачью морду.

Бусик попытался было оказать сопротивление, но семидесятишестилетняя Наина Ивановна — это вам не какой-то мастиф, от неё так просто не отбиться.

В этом я вслед за горемычным Бусиком убеждаюсь через полчаса, когда выпущенный, наконец, из цепких старушечих объятий котяра справляется со стрессом, лакая под столом молоко, щедро пожертвованное мной ему как потерпевшему, а его счастливая хозяйка в сотый раз благодарит меня за спасение питомца.

Тот факт, что во время операции спасения геройски пал её драгоценный цветочек, конечно, несколько омрачает радость Наины Ивановны, но не настолько чтобы перестать умиляться и охать.

Допив третью чашку чая и аккуратно собрав останки цветка, — «Поставлю в водичку, они пустят корешки, тогда я и вам, Женечка, отросточек дам, посадите!» — обнадежила она в процессе, Наина Ивановна начинает прощаться.

Напоследок, бросив умильный взгляд на меня, всё ещё рассекающую по квартире в футболке на пять размеров больше, она сообщает:
— Думаю, я вам могу Бусика иногда оставлять. Вижу, вы поладите. Раз уж вы спасли жизнь беззащитному котёночеку, значит и присмотреть за ним сможете. Видно же, что люди вы порядочные.

Переглянувшись с Бусиком, уныло свисающим с хозяйкиной руки, согласно киваю.
— Оставляйте, конечно, чего уж там.

Порядочные люди не отказывают в невинных просьбах милым старушкам…

Автор: #Евгения_Липницкая

Поделиться с друзьями: