СЛИШКОМ КРАСИВАЯ.
— Очень толковый специалист, требовательная, эффектная женщина, она вполне подойдет на пост руководителя.
— Вот видите, даже вы не удержались, чтобы отметить: «эффектная женщина». А мне надо, чтобы на первом месте было производство, возведение объектов, а не красота Волошиной.
Николай Романович Забродин, первый заместитель управляющего трестом, был серьезно озабочен назначением нового начальника строительно-монтажного управления. В тридцать шесть лет он выглядел немного старше, на висках уже проблескивала седина, в серых глазах была заметна усталость. На стройку пришел сразу после школы, и за двадцать лет достиг должности первого заместителя управляющего трестом.
— Николай Романович, насчет «эффектности» — это я к тому, что на любом совещании треста за словом в карман не полезет, находчивая, инициативная, к тому же опыт хороший, руководит планово-экономическим отделом, а ещё в производственном поработала.
Начальник отдела кадров того же треста по фамилии Верхоградов, был уверен в кандидатуре Волошиной.
– Уж простите, Николай Романович, но не вижу никаких оснований отказывать, она справится, СМУ в передовики выведет.
— А я говорю: Чебышева поставим, он будет начальником СМУ. – Забродин придвинулся ближе к столу, сложив руки, как школьник за партой, въедливо посмотрел на Верхоградова. – Они могут быть совершенно на одном уровне по профессионализму, но из двух кандидатур я выберу мужчину. И точка. Красивая женщина слишком на свою внешность отвлекается.
Верхоградов развел руками: — Конечно, Николай Романович, я возражать не стану, просто лично для себя интересно стало, у нас ведь в стране очень много женщин, занимающих ответственные посты, суда морские водят, в конструкторских бюро трудятся, науку, так сказать, двигают… Непонятно всё же, почему Ольга Петровна не может быть начальником строительно-монтажного управления?
— Почему не может? Может! Но не будет, это моё мнение. И скажу тебе, Владимир Степанович, по-дружески: слишком красива она.
-Да-ааа, не скрою, красивая женщина, а разве это плохо.
— Хорошо, для мужа хорошо, для производства – нежелательно. – Забродин встал, отодвинул папку на столе, прошёлся по кабинету. – Мне надо, чтобы на производстве коллектив был сосредоточен, а не на внешних данных Волошиной.
— Помилуйте, Николай Романович, ничего такого, никогда не позволяла, безупречная репутация у Волошиной. Она и в костюмах строгих ходит, даже, извините за подробность, лицо не красит. Можно намекнуть, чтобы ещё строже одевалась…
— Владимир Степанович, вы себя слышите, что говорите? Какие костюмы?Это тут причем? Да на нее хоть мешок надень, первой красавицей останется. И давайте закончим этот разговор. Руководить СМУ должен мужчина. Ставим Чебышева и дело с концом.
______________________________
— Как это не утвердили? – Нина Федоровна ждала ответ от дочери. – Почему отказ, что сказали?
Ольга устало стянула сапоги. – Ты не поверишь, мама: сказали, что слишком красива… по крайней мере, намекнули на это. Чушь какая-то…
— Может, решили, что молода ещё, тебе ведь только тридцать.
— Нет, мама, про молодость как-то промолчали. Ты, знаешь, тут дело не в карьере… Просто самой любопытно стало, почему такой неопределенный отказ, причина просто смешная.
Из комнаты вышла Тамара – младшая сестра Нины – полная ее противоположность, и тут же включилась в разговор: — Ты, Оля, не сдавайся, напиши, куда следуют, пусть разберутся.
Тамара жила в деревне, часто приезжала, и с её приездом в доме становилось как-то веселее. – Покажи мне, кто тебе отказал, я его «правдой» к стенке припру.
— Да что ты, тётя Тамара, — Ольга рассмеялась, — не сомневаюсь в твоем правдолюбии, но это ни к чему.
— Да и правда, дочка, уже почти два месяца вся ваша организация на тебе, считай что, все за советом идут, может выше обратиться…
— Не стоит, это первый заместитель управляющего трестом, у него свои взгляды. А вот поговорить с ним очень хочется, завтра же поговорю.
______________________________
— Можно к вам? – Ольга постучалась в кабинет и тут же открыла дверь. – Забродин кивнул.
— Хочу сразу внести ясность: должность выпрашивать не собираюсь, хотя непонятно, в чём причина. Вот за этим и пришла. Скажите, Николай Романович, почему моя кандидатура вас не устроила? Разве у меня не профильное образование? Или мало опыта?
Забродин серьёзно выслушал также серьёзно ответил: — Ну, допустим, вы ещё молоды.
— А вы в тридцать шесть лет первый заместитель треста – разве не молоды?
— У меня другая история, я после школьной парты сразу на стройку. И вообще, Ольга Петровна, женщине сложно управлять коллективом, где большинство мужчины, это я вам по опыту говорю. Мужчина, уж извините, и перебранку на стройке вытерпит, а для ваших ушей это непозволительно.
— Вот о чём вы беспокоитесь. Напрасно, я уже слышала много чего на наших участках, и хочу вам заметить: убеждать надо делом и профессиональным подходом, тогда и люди за тобой пойдут и лишнего не позволят. На объектах при мне никто не говорит бранных слов. Да-да, представляете, как-то сдерживаются.
— Это радует. – У вас всё? — Забродин смотрел без доли смятения.
— Пожалуй, да. – Она встала. Строгий костюм сидел на ней элегантно, темно-русые волосы безупречно прибраны, Забродин задержал взгляд, отметив правильные черты лица. Было в этой молодой женщине что-то невероятно привлекательное, на неё хотелось смотреть и смотреть, — блестящее сочетание красоты и профессионализма.
Уже у двери сказала: — Знаю я истинную причину. Вы глубоко неправы, возможно, со временем в этом убедитесь.
_________________________
Строительная выставка была похожа на муравейник. Люди крутились вокруг стендов, вокруг выставленной техники, перемещаясь по залу плавно, тут же знакомясь и наводя мосты сотрудничества. Забродин увлеченно разговаривал с партнером, листая брошюру. Здесь, на выставке, он встретил много знакомых. Неудивительно, ведь в этой сфере работает тридцать лет. Седины на висках прибавилось, но все такой же подтянутый, энергичный.
Совершенно случайно бросил взгляд в сторону, потом ещё раз взглянул. Его партнер уже торопился уходить, пожали руки и расстались. Забродин стал искать глазами женщину, на которую хотелось взглянуть ещё раз, даже испугался, что не найдёт среди массы народа. Но нет, вот она – не заметить было невозможно. Он вспомнил, что уже видел это красивое лицо. Не смазливое, а именно красивое с правильными чертами. Вокруг неё были люди, и она спокойно отвечала, иногда улыбалась…
Множество лиц видел бывший первый заместитель управляющего трестом, потом и сам стал управляющим, но это лицо врезалось в память, казалось, навсегда. А ведь прошло десять лет, и страна пережила перестройку, вместо трестов появились компании. Вот и Забродин управляет одной из таких строительных компаний. На федеральную выставку в Москву отправился лично, слишком много значения придавал ей. «Неужели она? – Размышлял Забродин. – Значит также в строительной отрасли работает. Вероятно представляет компанию. Кто она сейчас? Судя по её амбициям, не ниже, чем коммерческий директор».
Он пытался отозвать её хоть на минуту, терпеливо ждал, когда схлынет народ.
– Ольга Петровна?! – Они встретились взглядом. – Наверное, не помните меня, десять лет прошло. Забродин я, Николай Романович, первый заместитель управляющего трестом, а вы в строительно-монтажном работали…
Она вдруг улыбнулась искренне, даже обрадовано. – Как хорошо, что я вас встретила, я ведь иногда вспоминала вас.
— Наверное, недобрым словом вспоминали.
— Почему недобрым? С чего вы решили?
— Ну так я же тогда был против вашего назначения, — ему вдруг так захотелось с ней поговорить, не здесь, в этом шуме, а где-нибудь вдвоём. – Знаете, а тут недалеко кафе хорошее есть, давайте сходим вечером.
— Хорошая идея, давайте сходим.
— Ну, так я жду вас в семь вечера у входа.
Он отошёл и вдруг смятение охватило его: «А если она не придёт, вполне имеет право. Увижу ли я её ещё? А ведь так хочется поговорить…»
Ольга Петровна пришла в назначенное время. Когда сели напротив, он, наконец, мог так близко разглядеть её лицо, — казалось, она не изменилась, только глаза стали чуть выразительнее из-за лёгкого макияжа.
— Так получилось, что не увиделись мы больше, — начал Забродин. – Да-аа, было время: проекты, планы, собрания… Сейчас, в общем-то, то же самое, только на новый лад.
— Мне самой удивительно, что встретились с вами через десять лет на строительной выставке.
— Да, приехал свою компанию продвигать. У меня коммерческий директор тоже здесь. Я ведь потом управляющим трестом стал, но не надолго. Распустили трест, а жаль… столько предприятий просто канули в лету. Ну ничего, свою создал… Ну, а вы как? Вы тоже своё предприятие представляете?
— Совершенно верно, своё предприятие.
— Ну, я думаю, уже в должности коммерческого директора?
— Ну никак вы не хотите, чтобы я возглавляла предприятие, — Ольга тихо рассмеялась, — генеральный директор я.
— Простите, — Забродин смутился, — не хотел обидеть…
— Да вы меня не обидели, а только развеселили своим предположением. Знаете, я ведь вам благодарна. Во-первых, потому что «придержали» тогда мою кандидатуру, потому как вскоре начались такие времена, что мало кто мог выстоять. Зато опыт хороший получила. Во-вторых, ваш отказ так подстегнул меня… Создала свою компанию. Надо сказать, помог мой дядя, родной брат покойного отца. Можно сказать, он был моим капитаном, он в меня верил, при нём я стала генеральным директором. Жаль, нет его уже на свете.
Так что может вы и правы были тогда. Но в одном всё же не правы: насчёт красоты. В работе это не мешает, если рассуждать здраво. А вот в семейной жизни красота не помогает, на собственном опыте убедилась. Муж всегда говорил, что у него красивая жена, но, тем не менее, нашёл себе другую.
— Оля, — Забродин готов был схватить её руку, такое желание было утешить её, — это несправедливо…
— Не подумайте, я не жалуюсь, просто хочу сказать, что не в красоте дело, а в человеке. Наверное, моему бывшему супругу не хватило внимания, я ведь много работала. Это сейчас более рационально распределяю и рабочее, и личное время, стараюсь как можно больше времени проводить с дочкой.
— Оля, вы очень красивая женщина, мне казалось тогда, что производство – это не для вас. Я был неправ, простите меня, иногда было ощущение, что я испортил вам карьеру.
— Абсолютно нет, не за что вас прощать.
— Да, работа много сил и времени отнимает. Всегда считал, что жена понимает меня, столько лет прожили… Даже мысли не возникало… И вот такой удар… Говорит, что полюбила, сказала, что не хочет больше притворяться… ай, зачем это вам.
— Ничего, я же рассказала свою историю. Вы давно разошлись?
— Два года.
— И я два года, как развелась.
Они смотрели друг на друг, ничего не говоря. Наконец Забродин предложил: — А давай прогуляемся!
На улице было тепло, шум автомобилей почти заглушал их разговор. Добравшись до парка, смогли спокойно продолжить разговор.
— Выставка ещё три дня продлится, я предлагаю сходить в музей, кстати, никогда не был в Третьяковской галерее…
— Я тоже не была. Помню, классом ездили, потом с отцом в Москве были, сама приезжала несколько раз, а всё никак не получалось.
— А в этот раз получится. Ты когда уезжаешь?
– В воскресенье вечером, поездом.
— Успеем.
______________________________
Ближайшие три дня Забродин находил время, чтобы встретиться с Ольгой. К завершению выставки ему казалось, открылось второе дыхание. Даже коммерческий директор заметил в нём перемену. Обычно сдержанный, скупой на похвалу, Николай Романович был разговорчив, сыпал шутками.
— Так, вот её гостиница, — он вошёл, заметив, что ещё есть запас времени. Присел в кресло. Прошло минут пятнадцать, Ольга не выходила.
— Скажите, Волошина из 218-го не выходила?
— Волошина Ольга Петровна? Так она уехала полчаса назад.
— Как уехала? У неё ведь поезд через два часа… Он растерянно посмотрел по сторонам, взглянул на часы и вспомнил, что перепутал время. Такого с ним никогда не было. Забродин не мог забыть или опоздать, потому что он Забродин – всегда собранный, всегда правильный.
— Вам записку оставили.
Он взял конверт, машинально открыл его: «Прощай, мой нерешительный друг, это были замечательные три дня».
— «Я успею, это недалеко, я должен успеть, иначе, что она подумает». Он поехал на вокзал, в надежде увидеть её, сказать главное, ведь не должно быть так, чтобы люди встретились и расстались, как будто что-то оборвалось.
Он всматривался в лица, в окна поезда, но так и не увидел её. Подавленный, вернулся в гостиницу.
_______________________________
Было ранее утро. Поезд медленно приближался к вокзалу. Ольга подхватила чемодан, чтобы спуститься по ступенькам, как вдруг чьи-то руки тоже взялись за её чемодан. Подняла глаза: Николай стоял перед ней на перроне, помогая спуститься.
Они немного отошли, чтобы не мешать пассажирам. – Я решительный, Оля, очень решительный, но я забыл, потому что очень влюблённый. В тебя. Спасибо нашей авиации, самолётом быстрее.
— А я подумала, что мы случайно встретились и также расстались ещё лет на десять.
— Ну, уж нет, на ближайшие десять лет у меня другие планы – быть с тобой вместе.
— Коля, не забывай, я руководитель компании, работы много…
— О-ооо, я сам такой, — он подхватил чемодан, — пара мы с тобой.
— Что? Так быстро? – Ольга рассмеялась.
— Хоть сейчас. Хоть завтра, хоть через месяц, хоть через год – только скажи, когда, я буду ждать.
Он обнял её за плечи, и они пошли к выходу.
©Татьяна Викторова