Иван Крамской «Созерцатель», 1876 год

На этой картине Крамского мы видим крестьянина, идущего по едва присыпленной снегом тропе. Начались заморозки, поэтому мужчине холодно. Он съёжился и спрятал руки в рукава. Одет странник достаточно просто, даже бедно. В его руках — пустая котомка и деревянная трость для ходьбы.

У крестьянина усталый и задумчивый вид. Он весь ушёл в свои мысли и, кажется, не замечает ничего вокруг. Сосредоточенное лицо путника словно перебирает в памяти какие-то воспоминания, тревожащие его мысли. Несмотря на одолевающие его размышления, мужчина упорно движется вперёд по лесной дорожке.

Когда Крамской только начал писать картину, она сразу же понравилась Третьякову, и тот пожелал купить полотно. Есть даже мнение, что сам меценат и дал ей название. Купец так говорил о герое сюжета:

«Я его называю созерцателем потому, что я вижу, что он созерцает… Не говорю, что он непременно природу созерцает: может быть, он созерцает тихую семейную жизнь свою после окончания пути, может быть, непроходимую бедность и холод, и голод, и злобу, ожидающие его и дома, может быть, веселие первого кабака представляется ему, может же просто представляется, как вот он сию бы минуту стянул что-нибудь — если бы бог помог!»

Хотя Третьякову очень понравилась картина, он её всё же не купил, поэтому полотно два года лежало в мастерской художника. Потом на работу обратил внимание общественный деятель Фёдор Терещенко, который и стал её хозяином.

«Созерцатель» был очень популярным среди современников Крамского. Его образ даже использовал Достоевский в романе «Братья Карамазовы»:

«У живописца Крамского есть одна замечательная картина под названием «Созерцатель»: изображен лес зимой, и в лесу, на дороге, в оборванном кафтанишке и лаптишках стоит один-одинешёнек, в глубочайшем уединении забредший мужичонко, стоит и как бы задумался, но он не думает, а что-то «созерцает». Если б его толкнуть, он вздрогнул бы и посмотрел на вас, точно проснувшись, но ничего не понимая. Правда, сейчас бы и очнулся, а спросили бы его, о чем он это стоял и думал, то наверно бы ничего не припомнил, но зато наверно бы затаил в себе то впечатление, под которым находился во время своего созерцания».

Сейчас картина является частью собрания Киевского музея русского искусства и пользуется большой популярностью у туристов.

Борис Михайлович Кустодиева «Осень в провинции. Чаепитие», 1926 год, Государственная Третьяковская галерея

На этой картине мы видим провинциальный город с его размеренной устоявшейся жизнью. Стоит тёплая осенняя погода, которая заставляет местных жителей выходить на прогулку и наслаждаться жёлтыми солнечными деньками.

В нижним углу пейзажа расположились две дородные дебелые купчихи, которые пьют чай из самовара. Под чаепитие они ведут тихую мирную беседу, чтобы развлечься и скоротать погожий денёк.

Женщины очень аппетитно накрыли свой стол пирогами, булками и сезонными фруктами. Особое внимание привлекает арбуз, который красуется ярким пятном с центре застолья.

Осень Кустодиева полна позитива, тепла, света и достатка. Она такая яркая и сочная, что зрителю невольно хочется попасть туда и насладиться чаепитием со старосветскими купчихами.

Почему же Кустодиев так любил рисовать купчих на своих полотнах? Дело в том, что после революции в стране стояла разруха, голод и холод. Семья художника сильно нуждалась, он даже был вынужден распродавать свои вещи. При этом сам живописец последние 15 лет был прикован к инвалидному креслу из-за тяжёлой болезни.

В письме театральному режиссеру Василию Лужскому в те дни Кустодиев писал: «Живем мы здесь неважно, холодно и голодно, все только и говорят кругом о еде да хлебе… Я сижу дома и, конечно, работаю и работаю, вот и все наши новости».

Пышнотелые купчихи были для Кустодиева символом сытости, достатка и спокойствия. Они, словно феи, населяли сказочный мир художника, где всё было размерено, гармонично и красиво. Погружаясь в свои позитивные полотна, Кустодиев душой отдыхал от болезни, голода и разрухи.

Сам художник вырос в провинциальной Астрахани, поэтому писал картины по своим детским воспоминаниям. Мастер в то время уже не выходил из дома, поэтому различные образы создавал исключительно по памяти, прибегая при этом к ярким колористическим сочетаниям.

Можно сказать, что купчихи Кустодиева олицетворяли собирательный образ уездных городов, которые отличались спокойствием, размеренностью, умиротворённостью и медленно текущей уличной жизнью.