Он знал
Дарья вышла замуж не по любви, а по указу родителей.
Сосватал её Архип, кузнец с соседней деревни. Мужик он был работящий и серьёзный, поэтому, когда приехал свататься, родители Дарьи нисколько не сомневались и отдали дочь замуж без малейшего сомнения.
Иметь в зятьях такого человека означало- не знать нужды.
Они знали, что за таким мужем Даша будет как за каменной стеной.
На тот момент Даше было 19, а вот муж был старше её на десять лет.
Когда Даша в первый раз увидела то, чему стала хозяйкой, она обомлела.
По сравнению с родительской, усадьба Архипа была просто огромной.
Архип был мужик хозяйственный, да и работа кузнеца в селе была востребованной и очень хорошо оплачивалась, а кузнец Архип был от Бога.
Первое время Даша побаивалась мужа.
Архип видя это, берёг молодую жену и относился к ней очень внимательно и бережно.
Его отношение к Даше принесло свои плоды и совсем скоро она поняла, что любит своего мужа.
Жили они душа в душу.
Даша привыкла управлять хозяйством, вела его аккуратно и держала всё в полном порядке, а Архип со своей стороны только приумножал их достаток.
Так они прожили два года и всё бы хорошо, но вот никак не получалось у них с наследником.
Архип ничего не говорил Даше, но она знала, что он очень хочет сына.
Если Архип молчал, то мать Даши совсем заклевала дочь.
— Вот бросит тебя Архип, узнаешь тогда! Кому ты нужна то будешь? Уж можно было двоих родить, а ты всё одного не можешь! Да зачем ему жена такая! Иди говорю к Лючихе, она не одной бабе помогла, а не пойдёшь так пеняй на себя!
Лючиха была деревенской ведьмой.
Жила она на краю деревни. Люди её откровенно боялись, а она словно упивалась их страхом. Смотрела на всех исподлобья и улыбалась злой беззубой улыбкой.
Особенно боялись Лючиху молоденькие девушки, но и им порой приходилось обращаться к Лючихе.
Ну, а что поделать дело-то молодое.
Какой девице парня приворожить надо, а какой и грех скрыть. Вот в таких случаях и приходилось идти к ведьме.
Даша боялась Лючиху до смерти и до последнего сопротивлялась воле матери, но дитя всё не было, а Архип стал странно поглядывать.
По крайней мере Даше, запуганной матерью, так казалось.
И Даша решилась.
Шла пора сенокоса, а в эту пору мужики в деревне словно вымирали. Все были на полях.
Архип от мужиков никогда не отставал и в это время года его дома было не сыскать.
Вот в такую ночь и пошла Даша к Лючихе.
Взяла для ведьмы гостинцы, без этого никак нельзя было и пошла на окраину к дому Лючихи.
Та встретила Дашу недобро. Да так глянула на неё, что у той от страха чуть не отказали ноги , а ещё она словно онемела.
— Чаво надо?
Лючиха пристально смотрела на Дашу, а та от страха не могла и слова вымолвить.
— Чаво молчишь? Али язык проглотила? Мне тут молчать с тобой некогда. Либо говори с чем пришла, либо иди вон!
Даша решилась. Она знала, что если сейчас уйдёт, то больше никогда не сможет вернуться.
— Вот бабушка, я Вам тут гостинчик .
Лючиха забрала протянутый узелок, а Даша немного осмелившись продолжила.
— У меня бабушка такое дело… В общем замужем я уж как два года, а деток всё нет.
Лючиха отложила узелок и впритык подошла к Даше.
Ту обуял настоящий, неподдельный страх.
Старуха усмехнулась, протянула морщинистую руку и положила её на живот Даши.
Немного постояв покачиваясь из стороны в сторону, она резко убрала руку и отправилась в угол избы.
Даша не видела старуху, лишь свет свечи туско поблёскивал из угла.
Через некоторое время Лючиха вышла и протянула Даше какой-то пузырёк.
— Пей!
Даша протянула руку, взяла пузырёк, но пить опасалась.
— Пей говорю!
Лючиха почти кричала.
Даша посмотрела на старуху. При свете свечи, которую старуха держала в руке, она выглядела ещё зловещее.
Даша зажмурилась и выпила содержимое пузырька. Это было что-то терпкое и очень горькое.
Лючиха молча наблюдала за Дашей, а потом резко протянула руку и снова положила её на живот Даши.
Покачиваясь из стороны в сторону она простояла так некоторое время. При этом Лючиха издавала какие-то странные, нечеловеческие звуки.
Через некоторое время старуха убрала руку и торжествующе сказала.
— Так я и думала! Пустая ты! Никогда в твоём чреве не зародиться жизнь! Пустая, ясно! Ни чем тебе не помочь, хоть полцарства отдай.
Даша слушала слова старухи как во сне.
Она и не поняла как оказалась на берегу реки. В голове стучали слова старухи.
— Пустая! Пустая! Пустая!
— Всё закончилась жизнь, — думала Дарья, — Ну зачем я ему нужна такая! Пустая! Ему наследник нужен, а я, что? Ничего не могу я ему дать! Пустая.
Дарья подошла к самому берегу и только тут услышала тихий плач.
Она обернулась и увидела девушку, которая пряталась в ближайших кустах.
Девушка испуганно смотрела на Дашу и всхлипывала.
— Ты кто?
— Анисья.
— А, что ты здесь делаешь в такую пору и почему одна.
Девушка замолчала, а потом вдруг закрыв лицо руками, тихонько заплакала.
— Ну чего ты, не плачь. Расскажи, что случилось-то, глядишь и легче станет, а в душе всё держать себе дороже. Уж я то знаю, о чём говорю.
И Анисья рассказала.
Она сирота. Живёт у родственников, которые приютили её из жалости.
Полюбился Анисьи парень. Ну и случилась у них любовь.
Только обманул он её, а она оказалась беременна. Теперь, что делать она не знала.
Знала лишь одно: родственники узнают, из дома выгонят. Им лишний рот ни к чему, а ей деваться некуда. Разве что в омут с головой. Больше выхода у неё нет.
Даша обняла Анисью и с горечью подумала:
— Я от бездетности в омут, а тут от того, что дитё дано. Каждому своё.
И тут её осенило.
Через минуту она взахлёб рассказывала Анисьи свой план.
Следующая неделя была суматошной. Даше нужно было очень много сделать для осуществления своего безумного плана, но она шла к его исполнению чётко и не разу не пожалела о задуманном.
Вскоре Даша сообщила Архипу, что скоро они станут родителями.
Архип был безумно рад и ещё больше стал оберегать жену.
Прошло несколько месяцев.
Даша переживала всё больше и больше. Она носила широкие сарафаны и не подпускала мужа к себе
Вскоре Даша сказала мужу, что поедет к матери. Мол, боюсь, а мать в деревне первая повитуха, да и о беременности знает всё.
Даша боялась, что муж не согласиться, но к её удивлению Архип согласился с её доводами довольно легко и на следующий день Даша уехала к матери.
Мать её была в курсе плана дочери и обещала во всём помогать ей.
За то время пока Даша была у матери, Архип приезжал всего несколько раз.
Даша сказывалась слабой и встречала мужа в кровати. Было видно, что Архип переживает за молодую жену и беспокоится за неё.
До положенного срока Даша прожила у матери, а в срок родился крепкий мальчуган.
Да только родила его не Даша, а Анисья.
Та тоже всё это время жила у матери Даши.
Анисья родила, получила причитающееся ей вознаграждение и отбыла восвояси.
Куда и зачем — никто не спрашивал.
Молились лишь о том, чтобы подальше и чтобы никогда не возвращалась.
Вскоре Даша вернулась домой с сыном.
Архип, как увидел наследника, так и полюбил его сразу. Всей своей большой душой.
Годы шли, Матвей- так назвал сына Архип-, рос здоровым и активным ребёнком.
Родители Матвейку очень любили, лишь Даша иногда пристально вглядывалась в сына, пытаясь найти в нём чужие черты и откровенно опасаясь этого.
К её счастью, Матвей рос чернявым и кареглазым, как и его отец.
Даша успокоилась и стала жить, не оглядываясь по сторонам.
Матвею стукнуло пять.
В один из дней Даша управлялась по хозяйству.
Вышла она из курятника, в руках была большая миска, полная яиц, да только донести её до дома Маша не смогла.
Миска выпала у неё из рук, как только она увидела своего сына. Матвей стоял у калитки и разговаривал с женщиной.
Той женщиной была Анисья.
Страх сковал сердце Даши.
Что здесь нужно Анисье? Зачем она здесь появилась? Зачем говорит с её сыном?
Пока Даша бежала до калитки, она задала себе тысячу вопросов и ни на один из них не нашла ответа.
Ответ ей дала сама Анисья.
— Ну здравствуй, Даша.
— И тебе не хворать, Анисья. Зачем пришла?
— А пришла я, Даша, чтобы на сына посмотреть и себя показать.
— А где же ты здесь сына увидела? Здесь только наш сын есть. Твои дети здесь откуда?
— Ты, Дашка, прекрасно знаешь, откуда. Да только я не за этим пришла. Дело у меня к тебе есть.
— Какие у нас с тобой, Анисья, ещё могут быть общие дела?
Анисья как-то сникла и закрыв лицо руками, разрыдалась.
Даша стояла, смотрела на неё и не знала, что ей делать.
В конце-концов она решилась.
Взяла плачущую женщину за руку. завела во двор и усадила на скамью.
Сама метнулась к колодцу и набрала холодной колодезной воды.
— На, Анисья, попей. Вода у нас чудодейственная, все хвори да болезни снимает. Глядишь, и тебе поможет.
Конечно же, вода была самая обычная, и Дарья прекрасно об этом знала. Просто-напросто она не знала, как успокоить плачущую женщину и говорила всё, что придёт в голову.
Сама же краем глаза наблюдала за сыном и девушкой, которая жила у них и помогала ей по хозяйству.
Она была какой-то дальней родственницей Архипа и недавно стала круглой сиротой.
Архип пожалел девушку и взял её к ним в дом.
Даша была совсем не против. Одной ей было трудно управляться с хозяйством и сыном одновременно.
Сейчас Алёна, так звали сироту, играла с Матвеем во дворе.
Даша жестом попросила её зайти с ребёнком в дом, ей всё думалось, что Анисья пришла за сыном.
Та попила воды и понемногу стала успокаиваться.
— Вода, говоришь, у тебя волшебная? Ну-ну.
— Да это я так. Ты вот, что Анисья. Говори, зачем пришла и уходи. Скоро вернётся Архип, не хочу, чтобы он тебя видел.
— Да и мне не очень хочется с ним встречаться. Говорят, он у тебя мужик лютый?
— Когда к нему хорошо и он хорошо.
— И то ладно. Я, Даша, знаешь зачем пришла, — Анисья ненадолго замолчала, как будто не зная, как всё же рассказать то, зачем пришла, но всё же решилась и продолжила, — Жизнь моя, Даша, только-только устроилась. Встретила я недавно хорошего человека и предложил он стать для него женой.
Анисья снова замолчала.
— Так что же ты задумалась? Заходи в его дом хозяйкой, раз говоришь, что человек хороший.
— Я бы, Даша, с превеликой радостью, но не могу.
— А что так?
— Беременная я, Даша. Да только отец не он. Он им никак быть не может, понимаешь? Если узнает, бросит и тогда-то уж я точно сгину.
Даша опешила.
В её голове не укладывалось, как можно быть такой беспечной, а проще говоря, безголовой.
— А от меня что ты хочешь? Я тут при чём? Я тебе не мать и даже не родственница. Зачем ты ко мне пришла?
— Я знаешь, что подумала, Даша, а может, ты и второго ребёночка заберёшь? Я для своего суженого что-нибудь придумаю, а ты как тогда. Ведь, чай, не чужой он тебе будет, родной брат или сестра сыну твоему.
Даша смотрела на Анисью и не понимала, зачем Анисья всё это говорит? Она, что совсем с ума сошла, если думает, что Даша во второй раз пойдёт на это?!
Да её до сих пор трясло от мысли, что Архип узнает правду, а тут она предлагает ей такое!
— Ну вот, что, Анисья, уходи. Уходи и больше никогда не приходи сюда. Никогда!
— Даша!
— Уходи, Анисья! Слышишь меня, уходи!
Анисья встала со скамьи и ещё раз посмотрела на Дашу, но видя, как у той горят глаза от негодования и злости, поплелась к воротам.
Как только Анисья вышла со двора, Даша подбежала к воротам и заперла их на засов.
Она даже не взглянула, куда пошла Анисья, ей было всё равно.
Лишь бы подальше от них.
Лишь бы никогда её больше не видеть.
К тому времени когда домой пришёл Архип, Даша не успокоилась.
Внешне она была совершенно спокойна, но вот в душе её бушевала буря.
Каждый вечер, с тех пор как у Даши появился сын, она сама укладывала его спать.
Качала люльку и напевала колыбельные, а потом долго смотрела на сына и благодарила Бога за то, что он дал ей этого малыша.
Бога и… Анисью.
Сегодняшний день не был исключением, разве что после того, как сын уснул, Даша заплакала.
Она плакала долго и беззвучно.
Слёзы текли по её щекам, а она словно не замечала их.
Даша сидела так пока не начало светать. В эту ночь она не уснула ни на одну минуту.
Когда Архип пришёл завтракать, он увидел жену, как обычно хлопотавшую у печи, но вот её лицо было совсем не таким, как раньше. Даша была сосредоточенной и задумчивой.
Позавтракав, Архип ушёл по своим делам, а Даша целый день была сама не своя.
На вопросы отвечала невпопад, не сделала и половины того, что задумывалось, да и вообще сегодня всё валилось у неё из рук.
Архип вернулся поздно.
Жену он застал в кухне. Она сидела за столом и была более чем напряжена.
— Собирай ужин, жена. Устал, сил нет.
— Подожди, Архип. Сядь. Мне с тобой поговорить надо.
Архип в недоумении посмотрел на жену.
— Что же такое важное, что обождать нельзя? Вроде всё, что у меня в хозяйстве, да в хате происходит, я знаю.
Даша посмотрела на мужа и сказала:
— Нет Архип, не всё.
И Даша стала рассказывать.
Всё подробно.
Про неё, про Лючиху, про Анисью, про Матвейку…
Даша рассказала Архипу всё.
Всё время, пока жена говорила, Архип смотрел на жену и молчал.
Даша закончила свой рассказ и теперь не знала, чего ей ждать.
Она была готова ко всему. Даже к тому, что Архип с позором выгонит её из дома.
Молчание затянулось.
— Что ж ты молчишь- то, Архип? Скажи уж, хоть что-нибудь. Я любое твоё решение приму. Знаю, что виновата, но…. Знаешь, Архип, я не о чём не жалею и Матвея, как родного, люблю. Да впрочем почему как. Он для меня что ни на есть самый родной!
Архип пристально посмотрел на жену.
— Он не только тебе сын родной, но и мне тоже и ещё… Даша… Я ведь не зря сказал, что знаю всё, что происходит у меня в хате.
Архип немного помолчал, а потом продолжил.
— Ты, Даша, завтра эту самую Анисью найди. Дитё не виновато, что мать такая бестолковая. Пусть до родов у нас живёт, а потом идёт восвояси и никогда не возвращается. Ну, а мы… Мы воспитаем. Где один, там и двое.
Даша опешила.
До её сознания с трудом доходили слова Архипа.
Получалось, что Архип всё знал!
Знал с самого начала!
Всё это время Даша ходила с огромным грузом на душе и боялась поделиться с мужем, а он оказался вот каким?!
Самым лучшим на свете!
Наверное, только теперь Даша поняла, какая душа у её мужа.
Чистая и открытая.
…Прошло почти два года.
Даша стояла на крыльце своего дома и наблюдала за мужем и сыном.
Архип что-то чинил. Матвейка старался помочь отцу, тот как раз что-то ему объяснял, а сын стоял рядом и слушал совсем, как взрослый.
Из дома послышался плач, и Даша поспешила зайти внутрь.
Проснулась маленькая Марьяна.
Даша взяла дочку на руки и стала убаюкивать.
На руках у мамы Марьяша снова уснула, а Даша, положив её в люльку, посмотрела на икону и перекрестилась. Она была благодарна Богу за свою семью, за своих самых дорогих и любимых людей.
А ещё она снова вспомнила Анисью и помолилась за неё.
Даша вновь и вновь благодарила эту женщину, которая дала ей самое дорогое в жизни и принесла в их дом такое огромное счастье.
Счастье, которого им так не хватало и которого сейчас у них было в избытке.
из сети
