Она просто сказала детям и внукам, что пойдет прогуляться. Взяла с собой минимум вещей. Иначе они бы заподозрили, что она уходит далеко и надолго и начали бы ее отговаривать. Где их мать и бабушка они узнали из газет.

В средине 1950-х жена обычного фермера Эмма Гейтвуд из Огайо прочла в журнале National Geographic об Аппалачской тропе — сложном пешем маршруте протяженностью в 3500 километров.

Только пятеро подготовленных мужчин смогли преодолеть его за сезон. 68-летняя женщина, мать 11-ти детей, бабушка 23-х внуков и прабабушка 30-ти правнуков не долго думая решила испытать свои силы и отправилась в дорогу.

Через 142 дня, похудев на 15 килограмм, Гейтвуд благополучно добралась до конечной точки маршрута, не имея подготовки и снаряжения: вместо специальной обуви у путешественницы были обычные кеды, вместо палатки и спального мешка — занавеска для ванны и армейское одеяло. Список прочих вещей настолько мал, что его можно привести полностью: куртка, свитер, шарф, шапка, мыло, полотенце, пластырь, антисептик, маленькая кружка с чайной ложкой, две пластиковые бутылки для воды, фонарик, спички и перочинный швейцарский нож. Все это уместилось в небольшой самодельной сумке через плечо. У нее не было ни карты, ни компаса, ни путеводителя. Имея лишь небольшой запас сыра и орехов, остальную еду она находила в лесу.

И это только начало истории. Бабушка Гейтвуд, как все ее называли, прошла этот же маршрут через пять лет еще раз, а потом прогулялась по нему еще разок, когда ей было 75 лет. Она принимала участие во многих других длительных переходах в горах Соединенных Штатов. И всегда неизменно путешествовала одна и налегке. В среднем в день она преодолевала 22 мили (35,5 км).

В конце 60-х «бабушка» становится кумиром огромного количества туристов. Возникает новое направление в туризме — легкоходство или ультралегкий туризм, где используется минимум легкого и простого снаряжения. Эмма Гейтвуд использовала свою известность в борьбе за мир, призывая людей жить в согласии с природой. Во время военных действий со стороны США в Корее и Вьетнаме, Эмма Гейтвуд часто выступает с лекциями в университетах, в церквях, дает интервью на радио и телевидении. Для примирения воюющих чернокожих банд Нью-Йорка Гейтвуд собирает восемь главарей и отправляется с ними в горы. Она называет себя «Пилигримом Мира». Ее путешествия не имели какой-либо организационной или финансовой поддержки. Все то немногое, что ей было необходимо, Эмма Гейтвуд получала от случайных людей.

«Прогулка» бабушки Эммы растянулась почти на 18 лет. Все эти годы она на своем примере показывала, что для счастья, для жизни в гармонии нужно совсем не много. Пройти пешком десятки тысяч километров ей помогли вера в успех, позитивное отношение к жизни и любовь к людям. Ее путь прервался так же неожиданно, как и начался. Эмма Ровена Гейтвуд погибла в автокатастрофе в возрасте 85 лет.

Она часто говорила: «Самая прекрасная вещь, которую может делать любой — это ходить! К тому же, это дешево!».

За эти подвиги Гейтвуд по праву называют основоположником целого направления в туризме, которое получило название «легкоходство».

Из сети

Аппалачская тропа (англ. Appalachian Trail) — размеченный маршрут для пешеходного туризма в североамериканской горной системе Аппалачи.

Аппалачская тропа имеет протяжённость около 3,5 тыс. км от горы Катадин (Мэн) на севере до горы Спрингер (Джорджия) на юге. Точную длину определить практически невозможно, так как существует несколько альтернативных путей.

Высшая точка на пути — гора Клингменс-Дом (2025 м), низшая — переправа через Гудзон.

Идея возникла в начале 1920-х гг., в 1923 году был отмечен первый участок в штате Нью-Йорк, после чего длина тропы постоянно увеличивалась.

В настоящее время туризм по этому маршруту имеет огромную популярность. В США существуют десятки клубов любителей Аппалачской тропы. С весны до осени по маршруту (или его части) проходят тысячи туристов. Самому юному покорителю тропы было 6 лет, когда он с родителями преодолел маршрут за 8,5 месяцев.

67-летняя Бабушка Гейтвуд   прошла эту тропу 3 раза с минимальным снаряжением, с тех пор её походы по этой тропе приводятся как примеры туристического направления «Легкоходство».

Наибольшие опасности для туристов — чёрный медведь, ядовитые змеи, плющ ядовитый, клещи-распространители клещевого боррелиоза (Болезнь Лайма

Цитаты про путешествия: заряжаемся духом приключений

Цитаты про путешествия, которые дают ценные напутствия для будущих поездок по свету. Рано или поздно локдауны закончатся, страны откроют свои границы, и эти советы лучше всяких навигаторов и компасов укажут путь к незабываемым приключениям.

Сейчас отправиться в поездку – целый квест для обычных туристов. В отличие от заядлых путешественников они пользовались проторёнными путями с минимумом пересадок и оформляли не так много бумажек. Сейчас же частично закрытые границы и бюрократия лишили их изведанных туристических тропинок и превратили подготовку к отдыху в целую спецоперацию.

Теперь каждый, кто планирует отпуск, чувствует себя немного исследователем и первооткрывателем. Надо проложить из точки А в точку Б маршрут так, чтобы не сидеть на карантине, не менять в дороге кучу рейсов и при этом не разориться.

Поездки дальше границы своей страны стали сложнее. Но не стоит бояться препятствий, если знать истинную ценность смены обстановки и новых впечатлений.

Мы не откроем новый континент, если выскажем избитую мысль: главное в путешествиях – это не конечный пункт назначения, а сам путь. Те, кто не любят строить чёткие планы, с этим не согласятся.

Но нельзя забывать, что жизнь – совершенно непредсказуемая штука! Путешествие, особенно полное неожиданных происшествий, – эдакая микрожизнь, где мы за какие-то дни и недели переживаем кучу больших и маленьких испытаний.

Хорошее сравнение подобрал Джон Стейнбек, сравнив супружескую жизнь и странствия. Стоит помнить, что от бурь и и прочих катаклизмов в них никто не застрахован:

«Путешествие как брак. Главное заблуждение – думать, что они у вас под контролем».

В галерее собрали цитаты о путешествиях, которые расскажут, что такого важного и ценного в странствиях по миру:

«Любое путешествие расширяет горизонты и прочищает мозги».
© «Кошка, шляпа и кусок верёвки», Джоанн Харрис

«Не люди создают путешествия, а путешествия создают людей».
© Джон Стейнбек

«Я теперь понял, что самый верный способ узнать, нравится тебе человек или нет, – это поехать с ним путешествовать».
© «Том Сойер за границей», Марк Твен

«Путешествия помогают нам быть скромнее. Каждый из нас лишь крохотная песчинка в этой пустыне людей».
© Гюстав Флобер

«…я вообще люблю уезжать, потому что, не уехав из одного города, довольно затруднительно приехать в другой, а приезжать мне нравится больше всего на свете».
© «Большая телега», Макс Фрай

«Путешествуй только с теми, кого любишь».
© «Праздник, который всегда с тобой», Эрнест Хемингуэй

«Дороги – самый сильный наркотик, какой только есть на земле, а каждая из них ведёт к десятку других».
© «Волки Кальи», Стивен Кинг

Когда долго не покидаешь родных мест, забываешь чувство новизны. Все видели Эйфелеву башню на открытке, Эльбрус в документальных фильмах или мальдивский белоснежный песок в постах в соцсетях.

Но быть в этих местах лично совсем другое дело. Увиденное и пережитое в реальности наполняют нас до краёв получше всяких фантазий.

Не зря мы сразу хотим поделиться впечатлениями: после поездки встречаемся с друзьями или выкладываем кучу картинок с отдыха в Instagram.

Поэтому стоит прислушаться к фразе из романа «451 градус по Фаренгейту» Рэя Брэдбери:

«Посмотри на мир. Он куда удивительнее cнов».

Путешествия не просто возможность для перезагрузки себя. Это способ отладить свой внутренний компас. Знакомство с новыми людьми и другими культурами напоминает, что есть какая-то иная жизнь, совершенно не похожая на привычный нам домашний порядок вещей.

Мир интересен и разнообразен. Когда это узнаёшь, освобождаешься от предрассудков, ненависти и обид. К тому же встреченные на пути испытания показывают человеку, из чего он сам сделан. Камю писал:

«Путешествие как самая великая наука и серьёзная наука помогает нам вновь обрести себя».

 

Далее идут фотографии 60-х годов из материалов чашинской группы о походах школьников с учителями  в те годы.

Глеб Травин. Подвиг, забытый за ненадобностью.
85 тысяч километров на велосипеде вдоль границ Советского Союза. 40 из них — по побережью Северного Ледовитого океана, от полуострова Ямал до мыса Дежнева — безумие, на которое не отважился ни один человек за всю историю. Если бы дело происходило в Америке, про Глеба Травина давно сняли бы с десяток фильмов, но судьба сложилась так, что сейчас имя Травина практически забыто.

О Глебе Травине известно немного. Есть книга, которая описывает его путешествие, есть обстоятельный очерк, несколько заметок и статьей разной степени давности. Но в его случае этого явно недостаточно. Вивиан Итин — первый из авторов, написавший о Травине, был впоследствии репрессирован.

После этого родственники Травина уничтожили весь архив путешествия, опасаясь любых связей с осужденным писателем. Фотографии, дневник — все исчезло, не оставив ни малейшего шанса на новые подробности. Да и «настоящим» путешественником или профессиональным спортсменом Травин не был. Не было никакого практического или научного смысла в его приключении. Не оценили.

Сын дворника из Пскова, молодой командир Красной армии, только что уволенный в запас, электрик, претворявший в жизнь план ГОЭЛРО на Камчатке, романтик, мечтавший вместе с друзьями об использовании энергии камчатских вулканических сопок.

26-летний Глеб Травин и на Камчатку попал весьма авантюрным способом — после армии воспользовался правом бесплатного проезда на родину, но в качестве родного города назвал Петропавловск-на-Камчатке. В представлении жителя Пскова — край света, самый дальний город страны.

Травин мечтал о кругосветном путешествии. Понял, что выехать из страны не разрешат, изменил планы и задумал объехать вдоль границ молодого Советского Союза — для тренировки. Объявив свой поход пропагандой физкультуры, под шумок первой пятилетки Травин выпросил у исполкома Петропавловска-на-Камчатке отличный американский велосипед, который специально для него был доставлен на пароме — дорожный Princeton, модель 404 в одной из двух стандартных расцветок — красный с белыми эмалевыми стрелами на раме.

И раз уж речь зашла о велосипедной экзотике, тренировался Травин на армейском складном Leitner, который то ли он сам, то ли его биограф Александр Харитановский ошибочно называли иностранным, а ведь собирался он в Риге, на фабрике российского инженера, предпринимателя и пионера отечественного велостроения Александра Лейтнера, чья история заслуживает отдельного рассказа.

С паромом прибыло кое-что из оборудования, в том числе японский Kodak — с его помощью было сделано немало уникальных кадров, из которых уцелели очень немногие. На этом сборы Травина завершились.

Теплых вещей не брал, так как был человеком чрезвычайно закаленным, обладавшим большим походным опытом и редким здоровьем. Шорты, майка, трико и легкая куртка. Вместо шапки — длинные волосы, которые он специально отрастил перед поездкой. Из запасов еды — только галеты и шоколад. Немного денег.

Для Травина было важно отправиться налегке, не обременять себя бытовыми удобствами.
В октябре 1928 года велосипедист выехал из Владивостока, добрался до Хабаровска и повернул на запад — вдоль Транссибирской магистрали к Байкалу.

От Новосибирска — на юг, в пустыни и горы — Казахстан, Узбекистан, Таджикистан, Туркменистан. Жесткий режим — не менее восьми-десяти часов в седле, еда и вода два раза в день — в шесть часов утра и в шесть часов вечера. Ел то, что мог добыть на местности охотой и рыбалкой, спал ровно там, где застанет ночь, на голой земле, подложив под голову свернутую куртку.

Достиг Каспия, пересек его на пароме, перевалил через Кавказ, добрался до европейской части страны — этот огромный отрезок Травин вспоминает как приятную прогулку. Ни безводная пустыня, ни горное ущелье, кишащее змеями, ни нашествие полчищ саранчи не шли ни в какое сравнение с тем, что ждало его на Севере.

В ноябре 1929 года путешественник добрался до Мурманска. Оттуда начался отрезок пути в 40 тысяч километров, которые он проедет вдоль побережья Северного Ледовитого океана, большую часть пути — прямо по его гладкой замерзшей поверхности.

Проснувшись после ночлега в районе острова Долгий, Травин обнаружил, что его сапоги и нового меховой комбинезон, которым он разжился в одном из северных селений, вмерзли в лед — спал он, как обычно, зарывшись в сугроб, ночью из трещины выступила морская вода, пропитала шерсть и застыла.

При помощи ножа Травину с трудом удалось выбраться, но вещи были безнадежно испорчены — комбинезон превратился в лохмотья, насквозь прорвалась подошва сапог, которые и без того уже приходили в негодность.

Почти сутки велосипедист без остановки мчался в поисках жилья. Когда, наконец, Травин ввалился в ненецкий чум, ноги были сильно обморожены. Опасаясь гангрены, он решил, что потемневшие и распухшие большие пальцы лучше ампутировать, и тут же отрезал их ножом.

Глядя на это, ненцы решили, что перед ними не человек, а дух. Так по окрестностям распространилась весть — едет по тундре сам черт на железном олене. Сам питается древесным углем, а оленю и вовсе не нужна пища.

В июле 1931 года Травин добрался до мыса Дежнева — крайней точки северо-восточной части России. Там он соорудил скромный памятный знак в честь окончания полярного перехода и сразу же принялся отправлять телеграммы — вновь просил разрешения выехать за границу, чтобы не медля продолжить путешествие — проехать по западному побережью обеих Америк, достичь Огненной Земли, переправиться в Африку, пересечь Сахару и Аравию, оттуда — в Индию и Китай, чтобы через Тибет и Монголию вернуться в Россию.

Ответная телеграмма в выезде отказывала и предлагала с ближайшим судном вернуться в исходную точку своего путешествия. В августе на китобойном пароходе Травин вернулся на Камчатку.

Что было дальше? Травину вручили вымпел с памятной надписью: «Камчатский облсовет физкультуры активному ударнику физкультурного движения Камчатки». И значок ГТО. Номенклатурный писатель Викторин Попов, посвятив Травину главу в своей книге про Север, назвал ее «Никчемный герой» — пока страна выполняла пятилетку в три года, тот прохлаждался неизвестно где.

Травин вернулся к обычной жизни, состриг волосы, работал монтером на электростанции, инструктором, преподавал военное дело.

Харитановский вспоминает, что когда он впервые попал домой к уже немолодому путешественнику, тому пришлось потрудиться, отыскивая по всему дому артефакты своего путешествия. «Видимо, о реликвиях в доме вспоминали не часто», — заключил Харитановский.

Говорят, что умер Травин всеми забытый в 1979 году. Сейчас о нем вспоминают только завсегдатаи велофорумов. Вспоминают и снова принимаются критиковать рамы, вилки, ободья — эти ломаются, эти гнутся. А допотопный «Принстон» прошел 85 тысяч километров, преодолел пустыни, горы, Арктику — и ничего. А с ним и Глеб Травин — великий путешественник, про которого когда-нибудь обязательно должны снять фильм.

(VovchiKarel)
(интернет)