— Слышали, к Ивану жена приехала ?- шептались бабы в магазине.
— Ой, божечки, а как же Павлина, — запричитала Катька счетоводша.
— А вот так. Придется ей подвинуться, все же жена родная, — важно изрекла Петровна, главная сплетница деревни.
— А откуда она взялась ? Иван говорил, что пропала она в войну.
— Бедная Павлина, — расстроилась Катя.
— Вот чего не знаю, так не знаю. Откуда и куда, не наше дело, бабы, — Петровна резко оборвала разговор.
А тем временем в доме Ивана стояла тишина. Молчал Иван, тихо у стены плакала Павлина, а неожиданная гостья сгорбившись сидела на стуле.
— И что теперь делать, Ваня ?- прервала молчание Тоня, его жена. Павлина всхлипнула и испуганно зажала рот двумя руками.
Иван беспомощно оглядел своих женщин и сказал: «Не знаю, но буду думать. Вы пока тут сами,» — и схватив фуражку, выбежал из дома.
Иван с Тоней познакомились за три года до войны. Вместе работали на заводе. Он токарь, она секретарь-машинистка.
Она вся такая тоненькая, воздушная, а Иван по-крестьянски крепкий и обстоятельный. Увидел ее в заводской столовой и влюбился.
Месяц он ходил и не решался подойти. Только издали пристально наблюдал. Тоня замечала эти взгляды и краснела.
Ее подруги над ней подшучивали, и Тоня не выдержала. Сама к нему подошла и прямо спросила: «Что вам от меня надо ? Постоянно глазеете, мне неприятно.»
Он сначала смутился, но набрался храбрости и выпалил: «Я жениться хочу, вот и смотрю.» Она расхохоталась до слез. Так и познакомились .
На фронт он ушел добровольцем. Тоня была в положении, но крепилась. Только украдкой вытирала слезы. «Пацан родится, назови Егором, в честь моего отца. А девка если, пусть будет Любой,» — говорил он ей на прощание. «И береги себя, уезжай в эвакуацию.»
Тоня кивала и судорожно его обнимала. «Ну все, жив буду — найду.» Поцеловал крепко и побежал к эшелону. Тоня еще долго смотрела вслед и уже не замечала горьких слез, которые текли по щекам.
Ребенка она не уберегла. Ее и еще многих людей немцы взяли в плен, когда их поезд сошел с рельсов. Уже в неволе у нее случился выкидыш. Как она выжила, сама до сих пор не понимает.
Было трудно, голодно, но она выстояла. До сих пор, хотя и времени много прошло, она видит кошмары. Ивана она искала, отправляла запросы, куда только можно. И вот нашла, приехала, а у него уже другая.
Его оправдывает лишь то, что он считал ее погибшей. У него даже бумага была, где черным по белому было написано: «Считается пропавшей без вести.»
Вот такие невеселые мысли крутились в голове Тони. «Я, наверное, пойду,» — встала она со стула.
Павлина вздрогнула, оттерла слезы и решительно сказала: «Куда вы пойдете ? Ночь скоро. Нечего людей смешить. Давайте мойте руки и за стол. Я тоже хороша, человек с дальней дороги, а я слезы лью. Когда еще Иван явится. Садитесь кушать. Я таких щей наварила, Вы таких и не едали.»
Тоня смотрела на хлопотавшую Павлину и думала: » Все правильно. Вот такая ему жена нужна. И домовитая, и детей родит. А я что ? Старая, уставшая женщина.»
Павлина хоть и крепилась, у самой сердце кровью обливалось. Как там Ваня ? Она то знала, какой он порядочный. Если бы он знал, что супруга жива, он никогда бы не связал свою судьбу с ней. Это она знала точно.
Он приехал к ним в деревню после войны. Одинокий, потерянный. Павлина, когда его в первый раз увидела, от жалости чуть не разревелась.
Из вещей шинель да котомка со сменой белья. Поселился у них в казенке. Делал все сам: и стирал, и готовил, хотя мамка Павлины все пыталась его накормить. Но он только смотрел сурово и отказывался.
Год понадобился для того, чтобы он немного оттаял. Павлина, уже влюбленная в него по уши, сама призналась ему в своих чувствах. Он долго молчал, а потом скупо сказал: «Ну, давай попробуем.»
Вместе они уже два года, только одно огорчение — детей пока нет. «А вдруг он с ней уедет ?»- вдруг подумала Павлина и испугалась.
Иван пришел уже ночью. К ней не пришел. Павлина слышала, как он стелил себе на лавке. Наступила тишина, только часы отсчитывали минуты. Не спал никто. Каждый думал о своем.
«Я решил. Ты, Тоня, остаешься здесь, как законная жена. Но жить совместно мы не будем.
Прости меня, но люблю я Павлину. Мы уйдем в другую избу, а ты живи тут. Помогать буду, обещаю. С дровами, огородом и, если захочешь, со скотиной,» — сказал он утром.
Но Тоня покачала головой: «Нет, Ваня. Слишком много времени прошло, и мы стали чужими друг другу. Тем более, что деревенская жизнь не для меня. Я ж всю жизнь в городе прожила.
Мы с тобой, если надо будет, разведемся. Жена у тебя хорошая, береги ее. Она тебе сына или дочь родит. А я как-нибудь сама.»
Тоня уехала, но Иван раз в месяц ездил к ней. Павлина собирала ей большую сумку. Молоко, мясо, яйца. Все свое, деревенское.
Мужа она не ревновала, считала правильным помогать Тоне. Но в глубине души мучила вина. Ведь она, хоть и не виновата, по факту чужого мужа увела. И тут же успокаивала себя, ведь они Тоню не бросают, помогают.
Вот такая история. Здесь нет ни виноватых, ни правых. Судьба распорядилась их жизнями по-своему. Можно обвинить во всем войну. Все можно. Но как сложилось, так и сложилось. Всю жизнь Иван прожил, помогая двум своим женам.
Тоня ушла первой. Кстати, все его трое детей всегда считали ее родной тетей. А Павлина очень горевала, когда Тони не стало.
Эту необычную историю она старалась не вспоминать, считая себя единственной женой своего Ивана…
Из сети
